Читать онлайн «Измененные состояния сознания». Страница 42

Различные электроэнцефалографические исследования (Schultz & Luthe, 1959; Geissmann, Jus & Luthe, 1961; Luthe, Jus & Gessmann, 1962; Franek & Thren, 1948; Heimann & Spoerri, 1953; Israel & Rohmer, 1958; Israel, Geissmann & Noel, 1960; Jus & Jus, 1960; Geissmann & Noel, 1961; Jus & Jus, 1961; Luthe, 1962), проведенные во время пассивной концентрации на стандартных формулах, выявили, что определенные стандартные упражнения и аутогенные состояния сопровождались определенными изменениями, сходными, но не идентичными, паттернам, возникающим во время сна или гипноза (Luthe, Jus & Geissmann, 1962; Luthe, 1962).

Согласно наблюдениям Гайзмана и Ноэла (Geissmann & Noel, 1961) во время стандартных упражнений у совершенно расслабленных практикующих не возникало никаких истинных психогальванических реакций; определенные реакции, отмеченные у некоторых испытуемых, по-видимому, провоцировались трудностями в связи с экспериментальным соглашением.

Систематическое изучение изменений в дыхании, возникающих во время стандартных упражнении, выявило значительное снижение частоты дыхания, сопровождаемое постепенным и значительным повышением амплитуды грудного и брюшного дыхания с соответствующим значительным возрастанием соотношения вдоха и выдыха (Luthe, 1958, 1962; Luthe, 1960; Schultz & Luthe, 1959). Более того, было отмечено, что пассивная концентрация на тяжести в конечностях сопровождалась значительным уменьшением полноты дыхания и что различные стандартные формулы способствовали некоторым качественным изменениям дыхательного паттерна практикующих. У астматических пациентов часто наблюдалась почти устойчивая нормализация нарушенного паттерна дыхательной иннервации (Schultz, Luthe, 1959).

Скрытые психологические и топологические связи между дыхательным и циркуляторными механизмами дали повод для дальнейших исследований влияния стандартных упражнений на сердечную деятельность (Schultz, Luthe, 1959), давление крови (Schultz и Luthe, 1959), электрокардиограмму (Schultz & Luthe, 1959, Luthe, 1959; Polzien, 1962b) и определенные переменные, более тесно связанные с метаболическими процессами (Hiller, Muller-Hegemann & Wendt, 1961, 1962; Marchand, 1956; Polzien, 1955, 1959, 1962a, b, c; Schultz & Luthe, 1959). Группа испытуемых показала (Schultz, Luthe, 1959; Luthe, 1960), что пассивная концентрация на тяжести вызывает легкое, но заметное ослабление сердцебиения (5 — 10 %) и тенденцию к понижению кровяного давления. У пациентов с повышенным кровяным давлением, регулярно практикующих два первых стандартных упражнения, обычно происходило значительное понижение систолического (10–25 %) и диастолического (5 — 10 %) кровяного давления (Schultz, 1959; Luthe, 1960).

Различные авторы сообщили об электрокардиографических изменениях во время аутогенной стандартной терапии (Schultz & Luthe, 1959; Luthe, 1960; Jus & Jus, 1960, Geissmann & Noel, 1962; Polzien, 1962b; Schultz & Luthe, 1961). Можно сделать соответствующее заключение, что во время пассивной концентрации на тяжести (и тепле) работа сердца обычно замедляется. Однако в нескольких случаях было отмечено и повышение сердцебиения. Эта парадоксальная реакция связывалась с аутогенной разрядкой (Luthe, 1961, 1962; Luthe, Jus & Geissmann, 1962).

Более современное исследование, проведенное в Вюрцбургском университете, подтвердило эффект нормализации стандартных упражнений в отношении определенных гиперпороговых состояний (Polzien, 1962а). Другие экспериментальные исследования имели дело с влиянием аутогенной тренировки на работу тела, а в университете Лейпцига добились окончательного выздоровления (Hiller, Muller-Hegemann & Wendt, 1961, 1962).

Короче говоря, экспериментальные данные указывают, что пассивная концентрация на физиологически ориентированных формулах влияет на автономные функции, которые координируются диэнцефалличес-ким механизмом. И клинические результаты, и экспериментальные данные показывают, что аутогенная тренировка действует в высокодифференцированной сфере телесной саморегуляции и что с помощью аутогенных принципов можно эффективно использовать человеческий мозг для влияния на определенные телесные и психические функции. Очевидно, что этот тип психофизиологических манипуляций требует надлежащей тренировки, адекватных базовых медицинских знаний, критичного подхода и систематического контроля за лечебными эффектами (Luthe, 1961). Более того, я надеюсь, вполне понятно, что аутогенная тренировка — не простая техника релаксации и не самостимулирующий подход того типа, который используется Куэ[19].

Долгосрочные эффекты, происходящие от регулярной практики стандартных упражнений, разнообразны и зависят в основном от психофизиологических особенностей индивида и характера его состояния. Можно сказать, что развивается последовательный процесс многомерной оптимизации. Этот процесс отражается в психодинамических изменениях, которые можно подтвердить физиологическими измерениями и проективными тестами.

В связи с сообщениями о постепенных изменениях в поведении пациента (Schultz, 1959; Luthe, 1958, 1962d) мной был выявлен характерный паттерн изменений в проективной продукции, например по тесту «Завершение рисунка»: прогрессивная специализация проективного реагирования, повышение продуктивности, больше штриховок, проработка деталей, больший нажим в линиях, увеличение динамических качеств, улучшение целостности и композиции рисунка, меньшая ригидность, уменьшение подавлений, возрастание скорости выполнения и лучшая адаптация к различным стимулам. Подобные изменения наблюдались и при выполнении теста «Нарисуй человека» (Luthe, 1958).

Заключение о скачке прогрессивного улучшения пациента после четырех-восьми месяцев регулярной практики стандартных упражнений объективно отражается в результатах контрольных тестов, которые я проводил с регулярными интервалами во время аутогенной стандартной терапии. Что касается этих клинических заключений, то особенно интересно, что ЭЭГ тоже выявляет значительные различия между практикующими стандартные аутогенные упражнения от двух до четырех месяцев и теми, кто практикует их в течение более длительного периода (Geissmann, Jus & Luthe, 1961; Luthe, Jus & Geissmann, 1962). Диаграммы ЭЭГу испытуемых, практикующих аутотренинг от двух до четырех месяцев, похожи на ЭЭГ-диаграммы, свойственные человеку в предсонном состоянии. Диаграммы же нормального состояния испытуемых с более длительным стажем аутотренинга (6 — 36 месяцев) очень быстро сменяются на диаграммы со следующими характеристиками: а) выравнивание базовой линии с тета-колебаниями; б) возрастание скорости колебания альфа-волн (1 ед/мин); в) короткие пароксимальные всплески тета-волн (Geissmann, Jus & Luthe, 1961; Luthe, Jus & Geissmann, 1962; Franek & Thren, 1948; Heimann & Spoerri, 1953; Israel & Rohmer, 1958; Israel, Geissmann & Noel, 1960; Jus & Jus, 1961; Luthe, 196le; Luthe, 1961b).

Эти электроэнцефалографические различия между коротким и длительным периодом тренировок, по-видимому, указывают, что регулярная практика стандартных упражнений продолжительное время приводит к определенным функциональным изменениям в мозгу практикующего.

Клинические и экспериментальные наблюдения, собранные за последние тридцать пять лет, указывают, что физиологические изменения, возникающие во время аутогенных упражнений, имеют крайне сложный и дифференцированный характер, включая автономные функции, которые координируются диэнцефалли-ческими механизмами. Физиологические изменения, возникающие во время стандартных упражнений, связаны с фактом, что регулярная практика аутогенной тренировки в течение длительного периода времени оказывает нормализующее влияние на множество телесных и психических расстройств. Обобщив экспериментальные и клинические данные, я предположил (Schultz, 1959; Luthe, 1960; Luthe, Jus & Geissmann, 1962), что ключевой терапевтический фактор заключается в самовнушаемых (аутогенных) модификациях кортико-диэнцифаллических взаимосвязей, которые позволяют естественным силам восстановить свои ограниченные в других случаях способности к саморегуляторной нормализации. По-видимому, напрямую вовлечено функционирование всей нейрогуморальной оси (кора, таламус, ретикулярная система, гипоталамус, гипофиз, надпочечники), а терапевтический механизм не ограничивается либо только телесными, либо только психическими функциями.

Термин «психоделика» придумал Хамфри Осмонд, и буквально он означает «проявляющийся в уме». Осмонд считал, что такие термины, как «галлюциноген» или «психотомиметик», обычно используемые для описания эффектов ЛСД-25, вводят в заблуждение: они описывают наркотические эффекты, достигаемые в специальных психологических обстоятельствах, не слишком характерных для этого.

Подразумевалось, что этот термин будет эмоционально нейтральным, но он все же приобрел позитивно-эмоциональное искажение: психоделик — это «хорошо». Тем не менее поскольку лучшего термина для общего употребления не придумали, психоделик стал широко использоваться для определения ИСС, которые могут нам продемонстрировать кое-что о (возможных) способах, какими может функционировать мозг.