Читать онлайн «Анализ личности». Страница 94

В этом сеансе с больной было легко сотрудничать. Но было ясно, что она все еще с тревогой наблюдает за тем, что происходит, что она была <под охраной> для того, чтобы не потерять контроль над собой, и что она усиленно сопротивлялась, чтобы снова не войти в состояние транса.

Сеанс следует продолжать до тех пор, пока аналитик не будет уверен в том, что недоверие проявилось полностью. Шизофреник более открыт, чем невротик, выражая это типичное недоверие. У невротиков нужно докапываться до недоверия, находящегося под маской дружелюбия и вежливости. Наша больная спросила прямо: <Могу я доверять вам? О, если бы только я могла довериться вам...> И добавила, глядя на меня с огромным страхом в глазах: <Ведь вы - немецкий шпион?>.

Это было вскоре после того, как ФБР расценило все мои оргонные исследования как деятельность немецкого шпиона и меня арестовали (как <враждебного иностранца>) в момент вступления Соединенных Штатов во Вторую мировую войну. Я, безусловно, был вскоре освобожден, но это не имело большого значения для пациентки. Дело в том, что меня заподозрили в подрывной деятельности, и это подозрение находилось в полном соответствии с главной позицией невротиков (так же как и психически больных) - не доверять всему, особенно своим внутренним чувствам. Наша пациентка хотела доверять мне, потому что она нуждалась в моей помощи в своей борьбе против <сил>. Я уверил ее, что я не немецкий, не какой бы то ни было другой шпион и никогда им не был. Затем она сказала, что каждый думает только в соответствии со своей природой или структурой характера, следовательно, ФБР не могло думать ни о чем другом, как о шпионской деятельности, поскольку они не могли понять, чем я занимался. Я должен был согласиться с этим утверждением и вновь убедился в правильности своей характеристики мышления шизофреника. Шизофреники в периоды просветления сознания в состоянии осмысленно смотреть на личные и общественные дела так, как не может никакой другой тип личности. Позже мы увидим, что это прояснение сознания шизофреника - одна из главных опасностей, которые угрожают его существованию в современном обществе.

Пациентке составили расписание посещений государственной клиники. Я сказал ей, чтобы она не скрывала ничего, но предупредил ее быть готовой к неспособности врача понять все, что она объяснит ему. Нам повезло: мы имели дело с психиатром, который был не из тех жестоких хирургов, применяющих шоковую терапию. Пациентка завершила этот сеанс спокойно и полностью приведенной в хорошее самочувствие. Подведем итоги восьмого сеанса:

1. Пациентка пришла с остатком обостренного чувства восприятия реальности.

2. Пациентка искала моей помощи, потому что она верила, что я понимал <силы> и имел контакт с ними.

3. Пациентка думала, что она была лучше, чем остальная часть мира, из-за ее контакта с <силами>. Ее критика мышления человека нормального была совершенно рациональной.

4. Ее защита отличалась от защиты в случае простой невротической биопатии тем, что она не была завершена. Ее грудная клетка была подвижна, но она не выдыхала полностью. Из-за слабости своей защиты она чувствовала себя висящей над пропастью. Вне ее были <силы>, которые были <дьявольскими> и <притягательными> одновременно.

5. Ослабевающие ощущения оргонотических потоков в ее теле были тесно связаны с ее мыслью о <силах>, но эти ощущения проецировались на стены и потолок. Ее шизофренический страх, связанный с ухудшением здоровья, так или иначе зависел от ее контакта с <силами>.

6. Восприятие внутренних <сил> на стенах и потолке составило основную загадку. Слово <проекция> ничего не объясняло.

<СИЛЫ>

Пациентка знала <силы> очень хорошо и подробно описала их. Некоторые характеристики <сил> были такими же, как те, которые приписывались всемогущему Существу, Богу, другие были такими, которые приписывались дьяволу - ловкому, хитрому и злобному искусителю. Первая группа характеристик давала больной ощущение безопасности и защищенности; в отношении второй группы характеристик больная старалась оградиться от <сил>, их злых намерений и искушений (таких, как убийство). Эта неоднозначность в характере <сил> станет совершенно ясной в процессе продолжения психоанализа.

Мое предположение на этой стадии работы было следующим: если <силы>, представляющие Добро и Зло, существуют в одном и том же эмоциональном формировании, тогда можно считать, что раскол на два диаметрально противоположных способа восприятия действительности произошел благодаря двум диаметрально противоположным процессам в структуре ее характера, которые были взаимно исключающими и не совместимыми. Шизофренический раскол личности следовало приписать этой несовместимости; каждая из двух противоположных эмоциональных структур могла попеременно управлять функционированием организма. Человек нормальный, в отличие от шизофреника, придерживается одной из эмоциональных структур, в этот момент другая находится в состоянии репрессии. Таким образом, в человеке нормальном раскол личности скрыт. Общий функциональный принцип <и Бога и дьявола> - базисное биофизическое функционирование организма, его <биологическая сущность>, которая проявляется в плазматических потоках и в их субъективном восприятии (таком, как ослабление ощущения любви, тревога и ненависть). Все это необходимо было подтвердить в дальнейшем.

Девятый сеанс

Пациентка подошла к девятому сеансу переполненная радостью и совершенно скоординированная.

За день до этого она посетила в клинике психиатра, и он сказал ей, что я для него - <светило>. Она объяснила ему мой метод терапии, как метод, <выпускающий пар>. Клинический психиатр одобрил ее дальнейшую работу со мной. Его отношение должно было означать поддержку ее личных надежд, так как перед этим она сомневалась в моей честности (<Вы - немецкий шпион?>).

Ее дыхание в тот день физиологически было почти в норме; ее взгляд был ясным, а не затуманенным, как обычно. Она сообщила, что у нее возникло желание удовлетворить себя генитально. Неопытный врач посчитал бы это большим успехом. Но я знал, что возникла серьезная опасность.

Слабый организм может незначительно увеличить энергетическое функционирование и наслаждается этим состоянием сильнее, чем здоровый организм, из-за большого различия между обычным состоянием напряжения и легким освобождением от напряжения после частичного разблокирования. Но биоэнергетическая система продолжает увеличивать свой энергетический уровень, если отсутствуют периодические высвобождения энергии. А прекрасным способом полного высвобождения энергии являются оргазмические судороги после коитуса. Проблема психической гигиены не была бы настолько трудной, если бы природа не сделала проявления оргазма полностью зависящими от наличия постоянных телесных панцирей. Естествоиспытатели и врачи не ответственны за эту ситуацию; они только нашли и описали ее.

Пациентка чувствовала близкую опасность сильнее, чем это ощущал бы обычный невротик. Она сообщила мне, что в последнее время <сил> вокруг не было, но они <могут, конечно, вернуться злонамеренными, как всегда>.

Она спросила меня, брошу ли я ее, если <силы> снова вернутся. Она хотела знать, каков был конкретный механизм лечения в оргонной терапии. Ее вопросы были очень точными и осмысленными. Она спросила, нужно ли ей смириться с теперешним восприятием мира, и может ли она стать нормальным членом общества.

При общении с шизофреником функции природы и общества понимаешь лучше, чем при общении с человеком нормальным. Чувство превосходства над средним человеком вдохновляет шизофреника, так как у первого не хватает понимания жизни. Логично предположить, что для того, чтобы стать <нормальным членом общества>, т. е. человеком нормальным, ей необходимо будет утратить некоторые из ощущений и связанное с ними превосходство.

Подобное ощущение превосходства содержит в себе очень много рационального. Шизофреник действительно превосходит среднего человека нормального в смышлености (точно так же, как криминальная личность). Но эта смышленость не применяется им на практике из-за глубокого раскола.

Я попытался оградить ее от будущих страхов. Я сказал ей, что она почувствовала только первое облегчение, но что она должна быть готовой к определенному страху, когда ее <силы> будут неожиданно являться к ней. Она поняла и пообещала мне тесное сотрудничество в последующих сеансах.

События, которые я собираюсь описывать сейчас, покажутся чрезвычайно невероятными тем, кто не пытался понять данный случай (или какой-либо другой) с самого начала с позиции естественного функционирования биоэнергии и ее блокировки. Эти события были бы для них такими же, как примеры <реакции сумасшествия>, <неспособности мыслить>, <опасности>, <антиобщественности>, - хорошие причины для того, чтобы поместить пациента в психиатрическую клинику. Я согласен, что то, что появилось, было опасным, антиобщественным и могло стать веской причиной для помещения в клинику, но не могу согласиться с тем, что это было более сумасшедшим, чем действия или бездействия наших диктаторов или военных, которых не помещают в клиники, а которым, наоборот, поклоняются массы нормальных людей. Следовательно, <сумасшествие> шизофреников меня больше не волнует. Известно, что когда шизофренику становится все хуже и хуже, то он убивает себя или угрожает кого-нибудь убить, но он никогда не выгоняет невинных людей из своих домов для <блага Отчизны>; он не требует, чтобы миллионы людей были принесены в жертву ради его амбициозных политических идей.