Читать онлайн «Анализ личности». Страница 115

Если бы мы не рассматривали эмоциональную чуму как болезнь в прямом смысле этого слова, мы бы призвали использовать для борьбы с ней полицию. вместо медицины и образования. Эмоциональная чума чрезвычайно опасна для человеческого общества, но она не может быть устранена силами полиции.

Никто не принимает за оскорбление, когда ему говорят, что он страдает сердечным заболеванием или что он нервный. Никому не следует считать оскорблением фразу: <он страдает сильным приступом эмоциональной чумы>. Мы иногда слышим, как об этом говорится среди оргономистов: <Нет никакого смысла сегодня проводить свое время со мной, я чумной>. В нашем кругу, когда кто-либо незначительно поражен эмоциональной чумой, он изолирует себя и ждет, когда приступ иррационализма пройдет. В острых случаях, когда разумное мышление и дружеский совет не помогают, оргонная терапия обычно устраняет <инфекцию>. Острейшие приступы эмоциональной чумы очень часто возникают из-за нарушений в личной жизни. Они исчезают при устранении этого нарушения. Приступ чумы - знакомый феномен для меня и для круга моих сотрудников, мы считаем его симптомом болезни и объективно с ним работаем. Очень важно для студентов, изучающих оргонную терапию, научиться распознавать острые приступы болезни до того, как они зайдут слишком далеко; знать, как бороться с подобными приступами, препятствовать их распространению в общественной среде. Мы достигли определенного успеха в сведении к минимуму вредных эффектов. Иногда на подобный приступ можно не обратить внимания, и пораженный человек причинит много вреда. Мы воспринимаем подобное несчастье так же, как восприняли бы тяжелый физический недуг или кончину любимого коллеги.

Эмоциональная чума имеет более близкое отношение к неврозу, чем к органической болезни сердца например, но она может привести к раку или болезни сердца в дальнейшем. Подобно любому неврозу, она поддерживается вторичными побуждениями. Она отличается от физических недугов, поскольку она - функция личности (к тому же сильно защищенная). В противоположность истерическому приступу, приступ эмоциональной чумы не ощущается как симптом и как эго-инородный. Поведение невротика обычно сверхрационально, а эмоциональная чума проявляется в значительно более слабой степени. Мы вообще едва осознаем это. Читатель спросит, как мы распознаем реакцию болезни и как отличаем ее от нормальной реакции. Мы ответим, что отличаем ее тем же способом, которым мы отличаем реакцию нормального человека от реакции невротической личности: как только мы касаемся мотивов реакции болезни, результатом является постоянное беспокойство или гнев. Давайте рассмотрим это более детально.

Человек, который совершенно свободен от эмоциональной чумы и оргазмически силен, не испытывает страха, когда врач говорит о нарушении динамики естественных жизненных процессов. Наоборот, у него развивается интерес к подобной дискуссии. Человек, пораженный эмоциональной чумой, будет становиться беспокойным и злым, когда обсуждаются механизмы этого заболевания. Оргазмическое бессилие не всегда ведет к эмоциональной чуме, но каждый человек, пораженный этой болезнью, или длительно остается оргазмически бессильным, или становится ненадолго бессильным перед приступом.

Естественное и здоровое поведение не нуждается в каком-либо медицинском лечении. Например, нет <лекарства от любви>. А вот невротический симптом всегда можно устранить. Болезненная реакция всегда может быть устранена подлинным характеро-аналитическим методом исцеления. Таким образом, скупость - типичная характерная черта эмоциональной чумы - может быть излечена, а вот от щедрости человека вылечить нельзя. Коварство можно вылечить; открытость личности - нет. Клинически, реакция эмоциональной чумы сравнима с половым бессилием; она может быть устранена, т. е. излечена. Половая сила абсолютно неизлечима.

Основной характеристикой реакций эмоциональной чумы является то, что действие и мотив действия никогда не совпадают. Реальный мотив скрывается, а фальшивый мотив преподносится как причина к действию. В реакции естественного и здорового индивидуума мотив, действие и цель представляют собой органический союз. Ничто не скрывается. Например: здоровый человек не имеет никаких других мотивов к сексуальным действиям, чем естественная потребность любить, и никакой другой цели, чем удовлетворение им этой потребности. Пораженный болезнью человек, напротив, использует этические коды, чтобы оправдать свою сексуальную слабость. Это оправдание не имеет ничего общего со стилем его жизни, который далек от оправдания. Здоровый человек никому не будет навязывать свой образ жизни, но он будет помогать другим людям, когда его просят и когда он способен это сделать. Здоровый человек ни в коем случае не будет издавать закон о том, что каждый <должен быть здоровым>. Во-первых, такое требование было бы неразумным, так как человеку нельзя приказывать быть здоровым. Во-вторых, здоровый человек не имеет нужды навязывать свой образ жизни другим, так как мотивы поведения имеют отношение только к его собственной жизни и ни к чьей больше. Человек, пораженный эмоциональной чумой, отличается от здорового человека тем, что выражает свои требования к жизни не по отношению к себе, а в первую очередь - к своему окружению. В ситуациях, в которых здоровый человек помогает другим людям, оставляя им свой опыт и не настаивая на том, чтобы ему последовали, человек, пораженный эмоциональной чумой, навязывает свой стиль жизни другим силой. Люди, заболевшие эмоциональной чумой, не терпят взглядов, которые угрожают их панцирю или раскрытию их неразумных мотивов. Здоровый человек радуется, когда ему удается понять свои мотивы. Пораженный болезнью человек охвачен бешенством. Когда взгляды, противоположные его собственным, угрожают его жизни и работе, здоровый человек вступает в борьбу за сохранение своего способа жизни. Пораженный болезнью человек борется против других образов жизни, даже когда они его совсем не касаются. Его побуждает к борьбе то, что он воспринимает существование других способов жизни как провокационный вызов.

Энергия, которая поддерживает реакцию эмоциональной чумы, всегда извлекается из полового расстройства, которое очень часто является причиной садистских или клеветнических действий. Стаз сексуальной энергии - это то, что обычно имеет пораженный болезнью человек вместе с другими биопатиями. Основная биопатическая природа эмоциональной чумы, подобно другим биопатиям, может быть излечена пробуждением естественной способности любить.

Чувствительность к эмоциональной чуме универсальна. Нет четкой границы между легкой и тяжелой формой этой болезни. Так же как любой здоровый человек может быть предрасположенным к раку, шизофрении или алкоголизму, даже самый здоровый и наиболее жизнеустойчивый человек среди нас предрасположен к неразумной болезненной реакции.

Эмоциональную чуму легче отделить от структуры генитальной личности, чем от невротической. Мы можем определить эмоциональную чуму как человеческое поведение, которое, на основе биопатической характерной структуры, действует организованным или типичным способом в межчеловеческих, т. е. общественных отношениях и общественных институтах. Эмоциональная чума распространена так же, как личностная биопатия. Другими словами, где бы ни возникла личностная биопатия, она влечет за собой появление хронических эффектов и острой эпидемической вспышки эмоциональной чумы. Давайте коротко выделим несколько типичных областей, в которых эмоциональная чума или распространяется хронически или способна вспыхнуть наиболее сильно. Эмоциональная чума действует в самых важных сферах жизни: это - мистицизм в его наиболее разрушительной форме; пассивная или активная жажда власти; морализм; биопатии автономной нервной системы; политические кампании; садистские методы воспитания и образования; мазохистская терпимость к подобным методам; болтовня и клевета; авторитарная бюрократия; империалистическая военная идеология; рэкет; антиобщественная преступность; порнография; спекуляция; расизм.

Мы видим, что эмоциональная чума наиболее сильно проявляется в общественных злоупотреблениях, которые всегда существовали и которые преодолеваются общественным свободным движением. С некоторой оговоркой можно сказать, что сфера эмоциональной чумы совпадает с тем, что мы называем политической реакцией и, возможно, с принципами политики в целом. Однако это было бы верно, только если бы основной принцип всей политики, называемый третьим по силе и особым по привилегиям, был перенесен на те сферы жизни, которые мы не считаем политическими в обычном смысле слова. Например, мать, которая прибегает к неоправданно жестким методам отделения своего ребенка от мужа, представляет собой яркий пример человека, зараженного политической эмоциональной чумой. То же можно сказать и об амбициозном ученом, который поднимает себя на более высокую общественную позицию не научными достижениями, а интригами.