Читать онлайн «Думай медленно... решай быстро». Страница 96

Разговоры о жизни как истории

«Он отчаянно пытается сохранить целостным сюжет честно прожитой жизни, хотя последний эпизод оставляет желать лучшего».

«То, с какой силой он стремился к этому мимолетному приключению, говорит о полном игнорировании длительности».

«Похоже, ты весь отпуск посвятил созданию воспоминаний. Может, лучше отложить камеру и насладиться мгновением, пусть даже не таким памятным?»

«У нее болезнь Альцгеймера. Она не удерживает в памяти сюжет своей жизни, но ее ощущающее „я“ по-прежнему открыто красоте и добру».

Лет пятнадцать назад, когда я заинтересовался изучением благополучия, вскоре стало ясно: почти все, что нам известно о предмете, основывается на ответах миллионов людей на немногочисленные варианты одного и того же вопроса, обычно воспринимающегося как мера счастья. Очевидно, что вопрос адресуется воспоминающему «я», которое должно задуматься о жизни:

«С учетом всех обстоятельств насколько вы довольны жизнью в целом?»

К теме благополучия я обратился после исследования ошибок памяти в экспериментах с колоноскопией и «холодной рукой», поэтому изначально с подозрением относился к утверждению, что общее удовлетворение жизнью является точным измерителем благополучия. Поскольку вспоминающее «я» в моих экспериментах не проявило себя достоверным свидетелем, я решил в оценке благополучия обратиться к ощущающему «я». Предположим, что выражение «Хелен была счастлива в марте» будет иметь смысл, если

она большую часть времени занималась тем, что ей скорее хотелось бы продолжать, а не прекратить, редко оказывалась в ситуациях, которых хотелось бы избежать, и – это важно, ведь жизнь коротка, – мало времени проводила в нейтральном состоянии, не вызывающем ни удовольствия, ни неудовольствия.

Есть много разных занятий – приятных и для души, и для тела, – которые мы скорее продолжим, чем прекратим. Опять же предположим, что примером ситуации, которую Хелен захочет продолжать, станет полное погружение в процесс, иначе называемое «потоком», – состояние, охватывающее людей искусства в момент творчества, и известное многим увлеченным фильмом, книгой или решением кроссворда; во всех этих ситуациях прерывать процесс нежелательно. Еще я припомнил счастливое раннее детство: я всегда капризничал, если мама отрывала меня от игрушек и вела гулять в парк, а потом упирался, когда меня уводили из парка домой, лишая качелей и горки. Сопротивление вмешательству означало, что я замечательно провожу время – и с игрушками, и на качелях.

Я предложил измерять удовольствие Хелен точно так же, как мы измеряли ощущения двух пациентов во время колоноскопии, – оценивая профиль благополучия, ощущаемого ею в каждый момент жизни. В этом я следовал идее гедониметра Эджуорта. Воодушевленный таким подходом, я сначала игнорировал вспоминающее «я» Хелен как ненадежного свидетеля реального благополучия ощущающего «я». Я догадывался, что моя позиция чересчур радикальна (так оно и оказалось), но начало было положено.

Я собрал великолепную группу исследователей, куда входили три психолога разных специализаций и один экономист; вместе мы взялись за разработку метода измерения благополучия ощущающего «я». Непрерывная запись ощущений оказалась, к сожалению, невозможной – человек не может нормально жить, постоянно сообщая о своих ощущениях. Ближайшей альтернативой был «метод отбора переживаний», изобретенный Михаем Чиксентмихайи. Со времени первых экспериментов технологии усовершенствовались. Сейчас фиксация переживаний производится при помощи программы на мобильном телефоне: через произвольные интервалы звучит сигнал или вибрация; телефон выдает респонденту краткое меню вопросов: чем он занят, кто с ним рядом в данный момент и тому подобное. Участнику также предлагается шкала оценки для указания интенсивности различных чувств: радости, напряженности, гнева, беспокойства, увлечения, физической боли и других.

Отбор переживаний – дорогой и трудоемкий метод (хотя вовсе не такой отвлекающий, как поначалу кажется; ответы на вопросы занимают немного времени). Нужен был более практичный подход, и мы разработали метод, названный «метод реконструкции дня» (МРД). Мы надеялись, что такой подход даст результаты, близкие к отбору переживаний, и предоставит дополнительную информацию о том, как люди проводят свое время. Участницы (в первых исследованиях были только женщины) приглашались на двухчасовую сессию. Сначала мы просили их подробно описать прошедший день, разбив его на эпизоды, как в кино. Затем испытуемые отвечали на несколько вопросов о каждом эпизоде, как в методе отбора переживаний. Они выбирали из списка дел, которыми занимались, то , чему уделили больше всего внимания. Они также перечисляли тех, с кем встречались за день, и указывали на 6-балльной шкале интенсивность некоторых чувств (0 – отсутствие чувства; 6 – максимальное чувство). Наш метод предполагал, что люди, способные подробно описать ситуацию в прошлом, могут вспомнить сопровождавшие эту ситуацию чувства и вновь выказать внешние психологические признаки эмоций.

Мы предполагали, что участницы честно и точно воспроизведут чувства главного момента эпизода. Сравнение с выборкой переживаний подтвердило валидность МРД. Поскольку участницы указывали время начала и конца эпизода, мы смогли подсчитать взвешенные по длительности оценки чувств на протяжении всего дня. В суммарной оценке дневных переживаний более продолжительные эпизоды получали больший вес, чем короткие. Опросник также включал оценки удовлетворенности жизнью, которую мы рассматривали как удовлетворенность вспоминающего «я». Мы использовали МРД для исследования факторов эмоционального благополучия и удовлетворенности жизнью у нескольких тысяч женщин в США, Франции и Дании.

Чувства, испытываемые в какой-то момент или в течение эпизода, непросто выразить в одной оценке радости. Существует множество вариаций приятных чувств, включая любовь, восторг, увлеченность, надежду, веселье и другие. Отрицательные эмоции тоже многочисленны и разнообразны: гнев, стыд, депрессия, одиночество и так далее. Хотя положительные и отрицательные эмоции сосуществуют одновременно, большинство моментов определяются как в целом приятные или неприятные. Можно выделить неприятные эпизоды, сравнивая рейтинги положительных и отрицательных прилагательных. Эпизод считался неприятным, если негативная эмоция получала более высокий рейтинг, чем все позитивные. Оказалось, что американки испытывают неприятные ощущения примерно 19% времени – немногим больше, чем француженки (16%) или датчанки (14%).

Долю времени, когда человек испытывает неприятные ощущения, мы назвали U-индексом. Например, человек, который 4 из 16 часов бодрствования испытывает неприятные ощущения, получит U-индекс 25%. Этот индекс хорош и тем, что основан не на шкале оценок, а на объективном измерении времени. Если U-индекс для популяции падает с 20 до 18%, можно заключить, что время эмоционального дискомфорта или страдания населения сократилось на одну десятую.

Удивительным результатом оказалась степень неравномерности распределения эмоциональных страданий. Около половины участников сообщили, что за целый день не пережили ни одного неприятного эпизода. С другой стороны, значительное меньшинство опрошенных отметили, что испытывали эмоциональный стресс большую часть дня. Получается, что на небольшую часть населения приходится значительная доля страданий – в силу физических или психологических причин, из-за вздорного характера или в связи с неудачами и личными трагедиями.

Можно подсчитать U-индекс для разных вид ов деятельности, измерив, какую часть времени люди испытывают неприятные ощущения по дороге на работу, во время работы или в общении с родителями, супругами и детьми. Для 1000 американок в городе на Среднем Западе U-индекс составил 29% для дороги на работу, 27% – для работы, 24% – для забот о детях, 18% – для домашних дел, 12% – для общения, 12% – для просмотра телепередач и 5% – для секса. В будние дни U-индекс оказался примерно на 6% выше, чем в выходные, когда люди реже занимаются нелюбимыми делами и свободны от напряжения и стресса, связанных с работой. Самым удивительным открытием стало то, что американки от общения с детьми получают чуть меньше удовольствия, чем от домашней работы. Тут обнаружилось одно из немногих расхождений между американками и француженками: француженки меньше времени проводят с детьми, но получают больше удовольствия от общения с ними; возможно, потому, что к их услугам больше детских учреждений и меньше приходится по вечерам возить детей на всякие занятия.

Сиюминутное настроение человека зависит от его характера и общей удовлетворенности, но эмоциональное благополучие значительно меняется в течение дня и недели. Текущее настроение связано главным образом с ситуацией. Настроение на работе, например, мало зависит от факторов, влияющих на удовлетворение от работы в целом, включая привилегии и статус. Гораздо важнее ситуационные факторы, такие как возможность общаться с сослуживцами, уровень шума, напряженный график (значительный источник негативных аффектов) и постоянное присутствие начальника (в нашем первом исследовании выяснилось, что только этот фактор хуже одиночества). Главное – внимание. Наше эмоциональное состояние определяется тем, что мы делаем сейчас; обычно мы сосредоточены на текущей деятельности и ближайшем окружении. Иногда субъективные ощущения определяются навязчивыми мыслями, а не текущим моментом. Если мы счастливы от любви, нам хорошо даже в автомобильной пробке; если мы горюем, то остаемся подавленными, даже если смотрим комедию. Впрочем, в обычных условиях мы черпаем удовольствие или страдания из того, что происходит сейчас, если мы «включены» в процесс. Например, чтобы получить удовольствие от еды, нужно обратить внимание на то, что вы едите. Выяснилось, что француженки и американки проводят за едой примерно одинаковое время, но француженки уделяют процессу примерно вдвое больше внимания. Американки гораздо более склонны во время еды заниматься другими делами, и, соответственно, их удовольствие от еды меньше.