Читать онлайн «Война с самим собой». Страница 39

В то же время интерес психиатров большей частью лежит в области изучения причин, порождающих это социальное явление, а не его результатов.

Вряд ли действие алкоголя на человеческий организм изменилось с течением веков. Так что говорить приходится не о переменах в отношении человека к спиртному, а скорее о том, как со временем менялся подход врачей к этому явлению. Наконец-то психиатры с должным вниманием — и с учетом гуманных традиций — подошли к изучению случаев, в которых негативные изменения психики спровоцированы передозировкой смертельного зелья. В то же время бытовое пьянство, не приводящее к ярко выраженным патологиям — галлюцинациям и психозам, — принято считать скорее социальной, чем психиатрической проблемой. Нельзя не отметить то обстоятельство, что психиатры не уделяют этому пороку должного внимания, оставляя алкоголиков на попечение чиновников, социальных работников или самого дьявола.

Винопитие известно со времен Ноя, но употребление вина еще не означает алкогольной зависимости. Напиваются многие, но не все становятся хроническими алкоголиками. Скажу более — некоторых заядлых пьяниц вовсе не считают таковыми, ибо они постоянно находятся под влиянием винных паров и привыкли в таком состоянии контролировать свое поведение. В мою задачу не входит обсуждение культуры пития или восхваление прелестей бытового пьянства. Слишком многое свидетельствует о том, что алкоголь является неотъемлемой частью культуры нашей цивилизации, и его утилитарная функция может служить как во благо, так и во вред человеку.

Речь пойдет о сознательном самоуничтожении, порожденном пагубной привычкой к регулярным и чрезмерным возлияниям; привычкой, которой человек не может противостоять самостоятельно1.

Психологически наркомания ничем не отличается от алкоголизма. Разница лишь в том, что употребление алкоголя не считается социально опасным, в то время как наркотики запрещены законом и поэтому менее губительны с точки зрения распространения и привыкания.

Всем знакомы примеры, когда человек напивается в стремлении уйти от повседневных забот и обязанностей. Любой социальный работник сталкивался с множеством примеров, когда семейный уклад рушился вследствие пристрастия к алкоголю отца, матери или сына. Более того, каждый психиатр может поведать о таком типичном и распространенном явлении, как крушение карьеры, да и всей жизни блестящего и подающего надежды человека именно по этой причине. Как это ни странно, сама причина, то есть алкоголь, парадоксальным образом становится инструментом самоуничтожения, в то время как на протяжении веков служил стимулирующим и доставляющим удовольствие средством.

Возникает искушение отреагировать на мое замечание таким образом, что коль скоро вино — средство уничтожения, то уж, несомненно, приятное средство. Однако с таким утверждением наверняка не согласятся те, кто сам пострадал от этой привычки, или члены их семей. Вызывая улыбку праздного наблюдателя, алкогольная зависимость вовсе не является предметом шуток для самого пьяницы и его близких.

И все же в подобном зубоскальстве есть своя доля истины, хотя такие шутки можно по праву отнести к разряду «шуток висельника». Так, приговоренный к смерти человек, поднимаясь на эшафот, заявляет: «Это определенно послужит мне хорошим уроком на будущее».

В некотором смысле употребление алкоголя можно рассматривать как средство самолечения. До определенной степени спиртное оказывает болеутоляющий эффект и снимает эмоциональное напряжение. Одни алкоголики это осознают, а другие считают очередной запой чем-то вроде невинной шалости. Именно эта категория запойных пьяниц недооценивает свою потенциальную агрессивность и подсознательно стремится к тому, чтобы к ним относились как к шаловливым детям. Это приводит к тому, что люди теряют способность противостоять силе привычки.

Попробуем выяснить, кто и в силу каких обстоятельств выбирает этот способ самоубийства. Перед тем как делать выводы, я приведу несколько типичных ситуаций.

При попытке выяснить, каким образом человек стал жертвой своих порочных наклонностей, довольно сложна провести грань между относительно невинным бытовым пьянством и хронической формой алкоголизма. Особенно часто и незаметно для себя самих эту грань переходят люди с нестабильной психикой. На первой стадии история выглядит примерно следующим образом: «Джордж — старший сын знатных родителей. Он хорошо учится в школе, хотя и не хватает звезд с неба; активно участвует в общественной жизни и занимается спортом. Учителя и одноклассники его любят. Затем его отправляют на учебу в университет. До этого времени он вообще не пил, так как родители категорически запрещали употребление спиртного. В университете он на каждом шагу сталкивается с пьянством в той или иной форме, но вначале сам к этому не стремится. Со временем на вечеринках и пикниках он постепенно присоединяется к общему застолью и начинает пить все больше и больше. Слух об этом доходит до родителей, и они устраивают сыну скандал. Поскольку юноша отличается скромностью и послушанием, он обещает впредь этого не делать. Спустя три месяца до родителей вновь доходят слухи о беспробудном пьянстве сына и грозящем ему отчислении из университета. Следует очередная семейная взбучка и очередные обещания и клятвы не пить.

Иногда, хотя и очень редко, на этом этапе родители обращаются за консультацией к психиатру, и суть их просьбы, как правило, сводится к следующему: «Как вы знаете, мы — люди уважаемые; наш сын — прекрасный и талантливый мальчик, который сейчас учится в университете. За последнее время он пристрастился к вину. Мы, конечно, понимаем, что в действительности ничего страшного не происходит и нет явных причин для обращения к психиатру, так как наш сын — не сумасшедший. По-видимому, все зло — в дурной компании. Мы не думаем, что он нуждается в лечении, а просим лишь припугнуть его, может быть, запереть в палате на один-два дня, чтобы неповадно было пить впредь. Пригрозите тем, что у него будет белая горячка, иначе он не оставит своих шалостей в компании университетских дружков».

За редким исключением родители алкоголиков слепы к страданиям своих детей. Им кажется, что, если сын хорошо учится и достигает результатов в спорте, в его душе царят покой и гармония. Такие родители не имеют ни малейшего представления, сколь тяжело бывает внешне благополучному ребенку и какие муки он молчаливо сносит. В один прекрасный момент эти страдания топятся в вине; оно становится другом, отвратить от которого не могут ни скандалы, ни угрозы. Психиатры неоднократно убеждались в том, что таким родителям бесполезно доказывать отличие взвешенных методик от тех радикальных методов, которые при первом признаке опасности им предлагают некоторые паникеры. Строгие запреты и грозные филиппики по поводу употребления алкоголя наносят больше вреда, чем пользы, и уж подавно не способны отвратить людей от потребления вина в разумном количестве.

Но чаще всего родители не советуются с нами; они вообще ни с кем не советуются. Вскоре их отпрыск оканчивает университет и поступает на работу. До них доходят кое-какие слухи о его возлияниях по выходным, но они не принимаются в расчет. Известие о том, что из-за пьянства сын потерял работу, повергает родителей в шок.

В большинстве случаев блудный сын возвращается к родному очагу. Его отец всем своим видом выказывает негодование и презрение, а мать льет слезы. Сын полон раскаяния и чувствует себя нашкодившим ребенком-переростком. Снова звучат извинения и обещания. Проходит несколькомесяцев, и родители решают, что их мальчик окончательно образумился и впредь не позволит себе ничего подобного.

Однако такие взгляды далеки от реальности. Я мог бы привести десятки и даже сотни аналогичных случаев, описанных в историях болезни алкоголиков. Дальнейшее развитие событий не отличается оригинальностью: новые места работы и очередные увольнения, увеличение доз ежедневного приема спиртного, бесконечные скандалы и бессчетные обещания. За исключением мелких деталей перспектива именно такова. Ранний брак также типичен и, как правило, подразумевает финансовую поддержку родителей. Иногда общую картину происходящего усложняет появление детей. За редким исключением ждать помощи от жены не приходится; часто она сама не прочь приложиться к рюмке. Припоминаю один случай, когда жена алкоголика, войдя в запой, прихватила с собой двух перепуганных дочек и отправилась навестить мужа, находящегося на излечении в клинике, расположенной на другом конце страны. По прибытии на место ей не составило труда уговорить его бросить лечение.

Нельзя обойти вниманием еще одно существенное обстоятельство. Невзирая на свое пристрастие к разгульному образу жизни, некоторые алкоголики преуспевают и добиваются значительных успехов. Среди них есть и такие, кто серьезно запивает, лишь достигнув намеченного результата. В этой связи уместно вспомнить о классических самоубийцах: некоторые из них решаются на роковой поступок лишь по достижении успеха или получении вожделенной награды. Не желая повторяться, я ограничусь упоминанием о явном сходстве между стилями поведения алкоголика и самоубийцы.