Читать онлайн «Поток. Психология оптимального переживания». Страница 75

Данте представляет собой важную модель ещё и потому, что каждому, кто прочитал его проникнутую искренней верой поэму, понятно, что его христианство было открыто им самостоятельно, а не просто принято. Другими словами, созданная им религиозная жизненная тема состоит из подлинно глубоких христианских прозрений в сочетании с греческой философией и исламской мудростью, проникавшей в Европу. В то же время в его Аду встречается множество пап, кардиналов и прочих священнослужителей, обречённых на вечное проклятие. Даже его проводник Вергилий — не христианин, а язычник. Данте признавал, что, как только духовный порядок принимает форму организованного института, он начинает испытывать на себе действие энтропии. [242]Поэтому для того, чтобы извлечь смысл из религиозных убеждений, человек должен сопоставить предлагаемые церковью пути поиска со своим личным опытом, взять то, что имеет смысл, и отвергнуть всё остальное.

И сегодня по-прежнему можно изредка встретить людей, в чьей жизни присутствует внутренний порядок, основанный на духовных откровениях великих религий прошлого. Несмотря на то,что мы практически каждый день слышим об аморальности биржевых дельцов, коррумпированности чиновников и беспринципности политиков, всё же существует и немало обратных примеров. Среди преуспевающих бизнесменов есть такие, кто помогает больным и умирающим, потому что они верят, что проявление милосердия есть неотъемлемая часть осмысленной жизни. Многие люди по-прежнему черпают силу и спокойствие в молитвах, и вера помогает им ставить цели и достигать того, что мы называем потоком.

Однако всё больше людей не находят поддержки в традиционных религиях. Многие оказываются не способны отделить содержащуюся в них непреходящую человеческую мудрость от временного и наносного и склонны полностью отметать религиозные догмы. Другие испытывают настолько сильную потребность в порядке, что им становится безразлична его природа, и они становятся религиозными или политическими фанатиками христианства, ислама или коммунизма.

Можно ли надеяться, что когда-нибудь человечество создаст новую систему целей и ценностей, которая придаст смысл жизни наших детей? Некоторые верят, что ей станет обновлённое христианство. Другие всё ещё продолжают верить, что коммунизм сможет победить хаос и установить порядок во всём мире. Однако сейчас нет оснований поддерживать ни ту, ни другую точку зрения.

Чтобы новая вера завладела нашим воображением, она должна учитывать то, что мы знаем, наши чувства, надежды и страхи. Это будет система убеждений, способная направить нашу психическую энергию на осмысленные цели и предложить нам правила, следуя которым можно превратить жизнь в поток.

Вряд ли можно полагать, что такая система не будет хотя бы в некоторой степени основана на научных открытиях, касающихся человека и Вселенной. Без этого наше сознание будет по-прежнему разрываться между верой и знанием. Но и наука должна будет измениться, чтобы принести настоящую пользу в формировании этой системы. К знаниям, полученным в рамках специализированных дисциплин, служащих описанию отдельных сторон реальности и контролю над ними, должна прибавиться интегрированная картина мира, включающая всё, что нам известно, в соотношении с человечеством и его судьбой.

Один из возможных подходов к созданию такой концепции мироздания использует понятие эволюции. [243]По сути, нам предстоит ответить на вечные вопросы: откуда мы? Куда мы идём? Какие силы влияют на нашу жизнь? Что такое добро и зло? Как мы связаны друг с другом и с миром вокруг нас? Каковы последствия наших действий? Поиск ответов на них должен осуществляться систематически и в свете того, что нам уже известно об эволюции, а также того, что, безусловно, будет открыто в будущем.

Очевидное возражение против такого сценария заключается в том, что наука в целом и наука об эволюции в частности имеют дело с актуальным положением вещей, а не с тем, что должно было бы быть. Между тем принципы и убеждения существуют не только в плоскости объективной реальности; они оперируют такими понятиями, как «правильное» и «желательное». Однако система убеждений, построенная на знании об эволюции, как раз могла бы уменьшить разрыв между тем, что есть, и тем, что должно быть. Если мы лучше поймём, почему мы такие, какие мы есть, и разберёмся в происхождении инстинктивных влечений, социальных стереотипов, культурных различий — словом, всех тех факторов, что оказывают влияние на формирование сознания, — нам будет проще направить нашу энергию куда следует.

Эволюционный подход также способен указать нам достойную цель. Ни у кого не вызывает сомнений тот факт, что за миллиарды лет существования нашей планеты на ней возникали всё более и более сложные формы жизни и высочайшим на сегодняшний день достижением развития является нервная система человека. Кора головного мозга стала основой для возникновения сознания, которое теперь, подобно атмосфере, окружает Землю. Это усложнение произошло потому, что согласно законам, действующим на Земле, оно должно было произойти, но оно может прекратиться, если мы не будем ему способствовать. Будущее эволюции теперь в наших руках.

За последние несколько тысяч лет, что в масштабах эволюции не больше, чем секунда, человечество достигло невероятного прогресса в области дифференциации сознания. Мы осознаём себя разумными существами, отличающимися от всех прочих форм жизни, и считаем, что каждый человек посвоему уникален. Мы изобрели абстрактное мышление и анализ, позволяющие выделять разные измерения у одних и тех же объектов, — например, рассматривать скорость падающего предмета отдельно от его веса и массы. Благодаря способности к дифференциации стал возможен прогресс науки и технологии, который в результате дал человечеству власть построения и уничтожения окружающего мира.

Но процесс усложнения предполагает не только дифференциацию, но и интеграцию, и главной задачей последующих столетий должно стать усиление этой составляющей сознания, до сих пор остававшейся без должного внимания. Научившись отделять себя от других, мы должны вновь научиться воссоединяться с другими сущностями вокруг нас, при этом не теряя с трудом обретённой индивидуальности. Если говорить об убеждениях, которые могли бы быть полезны в будущем, то наиболее многообещающе выглядит вера в то, что Вселенная есть система, управляемая общими законами, с которыми нам придётся согласовывать наши мечты и желания. Осознав ограниченность нашей воли и смирившись с тем, что нам необходимо сотрудничать с окружающим миром, а не управлять им, мы, скорее всего, ощутим облегчение, знакомое воротившемуся домой изгнаннику. Проблема смысла будет решена, когда личные цели индивидов сольются с общим потоком бытия.

Ach N. 1905. Uber die Willenst tigkeit und das Denkens. Gottingen: Vandenhoeck &. Ruprecht.

Adler A. 1956. The individual psychology of Alfred Adler. New York: Basic Books.

Adler M.J. 1956. Why only adults can be educated // Great issues in education. Chicago: Great Books Foundation.

Ainsworth M. D. S„ Bell S. M, Stayton D.J. 1971. Individual differences in strange situation behavior of one year olds // The origins of human social relations/H.R. Schaffer (ed.). London: Academic Press.

Ainsworth M., Blehar M., Waters E., Wall S. 1978. Patterns of attachment. Hillsdale, N. J.: Erlaum.

Alexander R. D. 1974. The evolution of social behavior // Annual Review of Ecology and Systematics. V. 5. P. 325383.

Alexander R. D. 1979. Evolution and culture // Evolutionary biology and human social behavior: An anthropological perspective/N. A. Chagnon, W. Irons (eds.) North Scituate, Mass.: Duxbury Press. P. 5978.

Alexander R. D. 1987. The biology of moral systems. New York: Aldine de Guyter.

Allison М. Т., Duncan М. С. 1988. Women, work, and flow // Optimal experience: Studies of flow in consciousness/М. Csikszentmihalyi, I.S. Csikszentmihalyi (eds.). New York: Cambridge University Press. P. 118137.

Allport G. W. 1955. Becoming: Basic considerations for a psychology of personality. New Haven: Yale University Press. Рус. пер.: Олпорт Г. Становление: основные положения психологии личности // Олпорт Г. Становле­ние личности: избранные труды/под ред. Д. А. Леонтьева. — М.: Смысл, 2002. С. 166216.

Altmann J. 1980. Baboon mothers and infants. Cambridge: Harvard University Press.

Altmann S.A., Altmann J. 1970. Baboon ecology: African field research. Chicago: University of Chicago Press.

Alvarez A. 1973. The savage god. New York: Bantam.

Amabile Т. M. 1983. The social psychology of creativity. New York: Springer-Verlag.

Andreasen N. C. 1987. Creativity and mental illness: Prevalence rates in writers and their first degree relatives // American Journal of Psychiatry. Vol. 144 (10). P. 12881292.

Andrews F. M., Withey S. B. 1976. Social indicators of wellbeing. New York: Plenum.

Angyal A. 1941. Foundations for a science of personality. Cambridge: Harvard University Press.

Angyal A. 1965. Neurosis and treatment: A holistic theory. New York: Wiley.

Aquinas T. 1985. Summa Theologica // Gratsch E.J. Aquinas' Summa: An introduction and interpretation. New York: Alba House. Рус. пер.: Аквинский Ф. Сумма теологии (разные части этого многотомного издания выходи­ли в разные годы в разных издательствах — Ред.).

Archimedes Foundation. 1988. Directory of human happiness and wellbeing. Toronto.

Arendt H. 1958. The human condition. Chicago: University of Chicago Press. Рус. пер.: Арендт X. Vita Activa, или о деятельной жиз­ни. — СПб.: Алетейя, 2000.

Arendt H. 1963. Eichmann in Jerusalem. New York: Viking Press. Рус. пер.: Арендт Х. Банальность зла. Эйхман в Иерусалиме. — М.: Европа, 2008.