Читать онлайн «Мозг освобожденный. Как предотвратить перегрузки и использовать свой потенциал на полную мощь». Страница 102

Исследователи назвали это направление «бихевиористской теорией» от английского слова behavior – «поведение». И исключительно на нем они вначале и сосредоточились. Однако затем они также стали изучать ментальные модели и эмоции, сопровождающие поведение. Они сделали тысячи исследований и опубликовали тысячи научных работ, оставив нам богатые научные знания о самых эффективных способах изменения поведения. А в процессе этой научной работы название их метода было изменено на «прикладной бихевиористский анализ» (прикладной анализ поведения).

То, как происходит формирование и изменение поведенческих привычек, показывает простейшая модель АВС. Это сокращение от английских слов Antecedent, Behavior, Consequence – антецедент (предшествующее событие), поведение, последствие. Иногда эту аббревиатуру расшифровывают как активизирующее событие (триггер), поведение (привычка) и вознаграждение.

Очень коротко – вот в чем суть этой модели: когда мы хотим изменить привычку, нам надо определить, что именно провоцирует такое поведение и какое вознаграждение оно приносит. Затем мы можем устранить этот триггер или вознаграждение, или то и другое вместе. Или же можем оставить триггер и вознаграждение, но изменить поведение, с которым они связаны.

Хороший способ начать борьбу с глубоко укоренившейся привычкой – вести дневник. Но записи не должны быть пространными и повествовательными, делайте их в лаконичном Twitter-стиле.

Каждый раз, когда вы повторяете привычную модель поведения, открывайте дневник и записывайте обстоятельства, при которых это произошло, что вы сделали и что получили в результате.

Можно достичь более глубокого понимания, если записывать также предшествовавшие этому поведению мысли – в одной колонке с триггерами или отдельно. Таким образом, вы можете выявить ментальные шаблоны, которые на первый взгляд кажутся логичными, но на самом деле не имеют под собой рациональной основы.

Недавно я работал по программе личностного развития с одним финансовым директором. Он полушутя посетовал, что в стрессовом состоянии ест слишком много шоколадных батончиков, которые продаются в автоматах по всему офисному зданию. В результате в периоды стресса он легко набирал до 20 кг лишнего веса и так же легко сбрасывал их во время отпуска. Его анализ ABC выглядел так:

Мы проанализировали и обсудили нескольких десятков записей в дневнике директора. И выяснили, что тяга к сладкому была ранним предупредительным сигналом о том, что его стрессовое равновесие нарушилось (= триггер) и ему необходимо делать регулярные перерывы. Это знание значительно помогло моему клиенту, но… он не перестал злоупотреблять сладким. От батончиков его не отвлекали даже фрукты, которые он стал держать в своем кабинете, чтобы избежать перекусов нездоровой едой.

Тогда мы решили посмотреть на эту привычку с точки зрения вознаграждения. Мы обнаружили несколько видов вознаграждения: сахар давал быстрый прилив энергии, поход за батончиками к автомату позволял оторваться от компьютера, поболтать с людьми и расслабиться. Последние причины объясняли, почему директор так и не начал есть фрукты: калории сами по себе были недостаточным вознаграждением. Тогда директор начал оставлять фрукты не в своем кабинете, а в приемной на первом этаже как угощение для всех. Теперь, когда мой клиент чувствовал потребность в сладком, он вставал из-за компьютера (= вознаграждение), выходил из кабинета (= вознаграждение), шел по офису (общение с людьми = вознаграждение), спускался на три этажа (физическая активность = вознаграждение), ел фрукты (удовлетворял потребность в калориях = вознаграждение), возвращался в кабинет (физическая активность = вознаграждение) и продолжал работать (восстановление работоспособности = вознаграждение). Неожиданным бонусом стало то, что через несколько недель компания поставила рядом с «шоколадными» автоматами бесплатные корзины с фруктами.

Еще один мой клиент обнаружил, что обычно он выходил в Интернет, когда чувствовал себя несчастным или подавленным. Для другого таким триггером была скука. Эти триггеры преодолеть было труднее, чем в ситуации с финансовым директором и шоколадками. Во-первых, как я объяснял во второй части книги, пребывание онлайн стимулирует центры удовольствия в нашем мозге. В результате любая деятельность, которая приводит к пониженной выработке дофамина (такая как выполнение важной умственной работы), становится менее интересной. Во-вторых, когда человек зависим от Интернета, то скука или подавленность во время работы может быть симптомом абстиненции. А когда он выходит онлайн, его организм вырабатывает очередную «дозу» дофамина, неприятные симптомы абстиненции исчезают… и порочный круг укрепляется.

Выход онлайн → дофамин → удовольствие → возвращение к сложной умственной работе → снижение уровня дофамина → симптомы абстиненции: плохое настроение, упадок сил, снижение концентрации, скука → выход онлайн → …

Вы можете использовать этот метод, чтобы лучше понять, когда и почему вы выходите онлайн. В примере, приведенном ниже, клиент уже после нескольких записей в дневнике осознал негативные последствия своего поведения. Такое происходит часто: дневник позволяет объективно взглянуть на собственное поведение.

После анализа ABC (с помощью дневника или без него) легче решить, что вы хотите сделать – заменить только само привычное поведение и сохранить триггеры и вознаграждение нетронутыми, или же изменить триггеры или вознаграждение тоже. Помните, что ваша цель – как можно быстрее превратить новое поведение в новую привычку, чтобы больше не приходилось каждый раз задействовать силу воли.

Заменить плохую привычку хорошей, сохранив при этом все триггеры и вознаграждения, намного легче, чем полностью избавиться от привычки. А если нежелательное поведение не заменить новым и хорошим, старая привычка будет возвращаться.

В вышеописанном случае любитель батончиков мог бы оставить все как есть: просто брать яблоко, относить его к автомату и съедать там – как он привык делать с шоколадом.

В главе «Оковы для мозга № 1» я описал эксперимент физиолога Павлова. Он сформировал у подопытных собак условный рефлекс: звон колокольчика (то есть совершенно не связанный с едой стимул) вызывал у животных повышенное слюноотделение. Важно выяснить, что является таким «колокольчиком» для вашей плохой привычки. С каким раздражителем, событием, ситуацией или обстановкой эта привычка бессознательно связана? Само по себе попадание в такую ситуацию или обстановку может «возбуждать» эту привычку или вызывать чувство, которое послужит таким триггером.

В том же примере финансовому директору помогло то, что он начал есть фрукты в приемной, а не рядом с «шоколадными» автоматами. Ведь автоматы были слишком сильными раздражителями и могли спровоцировать повторение негативного поведения.

С другой стороны, не всегда нужно точно выяснять, что именно является «активизатором», триггером плохой привычки – например, такой: прервать важную умственную работу, чтобы проверить сообщения на телефоне.

Вы можете использовать механизм формирования условных рефлексов, открытый академиком Павловым, в своих интересах – и не только избегать триггеров, «заставляющих» вас выходить онлайн, но и создавать триггеры, которые будут подталкивать вас к сосредоточенному умственному труду. В идеале вам следовало бы использовать разные помещения для выходов онлайн и для умственной работы. Но, как правило, сделать это нереально, поэтому вы можете облегчить себе вхождение в «режим умственного труда» при помощи небольших ритуалов. Ими может стать запуск приложения, отключающего вас от Интернета, установка таймера, выключение телефона (или передача его на хранение помощнику, коллеге). Наконец, можно вывесить табличку «Не беспокоить» на дверь или на стену вашего офисного кубикла и т. д. Когда вы проделаете это несколько раз, у вас сформируется рефлекс Павлова. Он будет переключать ваш мозг в режим умственного труда, как только вы вывесите табличку «Не беспокоить», перейдете в другую комнату и т. п.

Чуть выше я рассказывал о женщине-руководителе, которая использовала одну сторону рабочего стола для работы онлайн, а противоположную – для сосредоточенной умственной работы и разговоров с людьми. Так вот, она воспользовалась как раз этим механизмом. Благодаря ритуалу перемещения с одного конца стола на другой она переключала свой мозг из режима подключенности и многозадачности в режим однозадачности.