Читать онлайн «Новая психокибернетика». Страница 61

Шпатлевка, а не штукатурка

Мог ли этот человек устранить эмоциональные рубцы и освободить самовосприятие? Вне всяких сомнений, но только с помощью тех инструментов психокибернетики, о которых мы уже говорили: сознания, рационального мышления, решительности, целенаправленного использования воображения, включая уже хорошо известный вам «театр сознания» и другие методики ментального тренинга. В своей замечательной книге «Контуры успеха и силы» доктор Джин Ландрум пишет: «Самовосприятие заключается не в штукатурке, а в шпатлевке». Меня хорошо знают в качестве пластического хирурга, но уже много лет я являюсь скульптором–любителем и часто использую скальпель для создания из глины той или иной формы лица, причем работаю над скульптурой до тех пор, пока не добиваюсь нужного результата. При этом очень похожая на шпатлевку глина все время остается мягкой, эластичной и податливой, что позволяет мне переделывать работу много раз подряд. В своей непостижимой для простых смертных мудрости Господь Бог создал человеческое самовосприятие из подобного материала, и именно поэтому оно до сих пор остается мягким и эластичным в течение всей жизни. Никто не может сказать, что он слишком стар, слишком измучен жизнью, слишком напуган обстоятельствами или слишком травмирован, чтобы смочить глину и приступить к ваянию своего нового облика в полном соответствии со своими личными желаниями и представлениями.

Как и в случае со шрамами на лице, интенсивная защита против первоначального источника психологической травмы может сделать нас еще более уязвимыми и причинить много вреда в других сферах. Эмоциональная стена, которую мы обычно сооружаем с целью зашиты от какой‑то личности или травмирующей ситуации, отгораживает нас от других людей, от многих возможностей и даже от самих себя. Как мы уже показали раньше, человек, который чувствует себя одиноким, отрезанным от других людей, оказывается отрезанным и от реальной жизни, и от себя самого. Все перечисленные выше методики психокибернетики в самом различном сочетании вручают вам наиболее мощный, почти магический эмоциональный скальпель и делают вас талантливым, первоклассным эмоциональным хирургом, способным устранить практически любой эмоциональный шрам на вашей душе. Но при этом вам придется пойти на определенный риск и быть готовым к встрече с «ухабами на дороге», разочарованием, отвержением и многочисленными ошибками. Впрочем, вы успешно преодолеете все эти препятствия, если будете уверены в своих силах и станете настойчиво продвигаться вперед к намеченной цели.

Наслоение эмоциональных шрамов друг на друга делает самовосприятие человека настолько уязвимым и незащищенным, что рано или поздно это провоцирует запуск «поведенческого стереотипа на выживание», предусмотренного сервомеханизмом: бегство, борьба, страх, немотивированная агрессивность и так далее. Причем все эти стереотипы срабатывают каждый раз, когда человек оказывается в ситуации, подобной той, в которой произошел оставивший шрамы травмирующий случай. В книге под названием «Фобии, связанные с беспокойством и тревогой» авторы — Эрон Т. Бек, Гари Эмери и Рут Л. Гринберг — утверждают, что «тот же самый аппарат, который предотвращает приближение личности к грани физической опасности, удерживает ее от угрозы опасности психологической». Другими словами, сервомеханизм может оказаться не в состоянии точно оценить соотношение между двумя этими угрозами. К примеру, если на каком‑нибудь званом обеде вы чувствуете смущение по поводу своего небольшого заработка и очень не хотите, чтобы вам задавали вопросы на эту тему, никакой физической опасности в этом для вас, разумеется, нет. И тем не менее эта ситуация может спровоцировать у вас такое же беспокойство или тревогу, какие обычно настигают человека, оказавшегося в темной аллее наедине с грабителем. Но если в этом случае вы можете вынуть бумажник, швырнуть его грабителю, а потом броситься прочь что есть мочи, надеясь на быстрые ноги и нерасторопность преследователя, то в социальной ситуации такой выход из положения был бы крайне непродуктивным. Вы не можете бросить своих друзей и знакомых, лишить себя приятного вечера и убежать прочь сломя голову, тщетно пытаясь отыскать надежное убежище. Во–первых, дурные мысли будут неотступно преследовать вас многие годы, а во–вторых, вы тем самым только усилите интерес к собственной персоне и в конце концов добьетесь результата, противоположного тому, к которому стремились. И тогда любая социальная ситуация, хоть немного напоминающая травмирующую, будет вызывать у вас приступ страха и беспокойства, так как инстинкт самосохранения и соответствующие ему поведенческие стереотипы начнут свою разрушительную работу, лишь углубляя те эмоциональные шрамы, которые уже имеются в вашей душе. Я хотел бы обратить ваше внимание на один вывод, сделанный ранее в этой книге: нет никакой необходимости постоянно возвращаться к травмирующим психику инцидентам раннего детства, чтобы провести эмоциональную операцию по восстановлению испещренного рубцами самовосприятия и освободить его от борьбы за выживание в каждой аналогичной ситуации. Такой подход был бы неадекватным, разрушительным и в высшей степени контрпродуктивным. Нужно начинать с создания новой программы действий, используя для этого воспоминания о прошлых успехах, конструктивные картинки прошлого, позитивные ментальные образы, ментальные тренинги и другие психокибернетические методы. Восприятие новой программы автоматически приведет к устранению старых шрамов. Помните о существовании ориентированной на положительные решения терапии, особенно эффективной в том случае, если она проводится самим человеком, а не посторонним специалистом, что практиковалось лет тридцать назад при еженедельном посещении психоаналитика.

Психиатр Бернард Холланд отметил в свое время, что хотя подростковая преступность является относительно самостоятельным фактором современной жизни, на самом деле в ней скрыты многие психологические проблемы. Под внешней плотной оболочкой этой преступности, говорит доктор Холланд, «скрываются мягкие, уязвимые и психологически травмированные личности, которые хотят во что бы то ни стало быть зависимыми от других». Однако они не могут сблизиться с другими людьми, так как никому практически не доверяют. Можно предположить, что в ранние годы жизни эти подростки были обижены кем‑то, кого любили и кому всецело доверяли. И вот теперь они больше не хотят снова подставлять себя под удар и доверять людям, которые могут причинить им эмоциональную боль. Они начеку, всегда готовы к отпору и защите собственного достоинства и всегда предпочитают наносить удар первыми, чтобы обезопасить себя от возможного поражения и новой боли. Таким образом, они отторгают от себя тех самых людей, которые любят их и готовы помочь, если бы им дали хоть малейший шанс. Одной из самых популярных тем на современных телевизионных ток–шоу является как раз проблема поведения неконтролируемых подростков, то есть вызывающе грубых тинейджеров, которые оскорбляют родителей, пропускают занятия в школе, пьют спиртное, курят, употребляют наркотики, занимаются беспорядочным сексом, воруют в магазинах и угоняют автомобили. При этом многие гости телепередач и сердобольные родители пытаются свалить всю ответственность за безобразное поведение подростков на лидеров и организаторов молодежных военизированных лагерей, которые втягивают их в свои далеко не безобидные игры и создают определенное настроение у еще не сформировавшихся молодых людей. Именно после таких лагерей отдыха, как они считают, подростки возвращаются домой с драматическими искажениями в психике. Разумеется, все эти суждения весьма противоречивы и не всегда верно отражают истинное положение дел. Но стоит задуматься над тем, почему подростки так охотно идут в подобные молодежные лагеря. Совершенно очевидно, что за свой короткий век они накопили в душе немало эмоциональных шрамов, а их самовосприятие почти полностью подчинено негативным эмоциям и моделям поведения. Взращенный таким образом автоматический механизм поражения усиливает их агрессивность до невероятной степени. Не сомневаюсь в том, что вы уже не раз слышали знаменитую поговорку: «Чрезвычайные обстоятельства требуют от человека чрезвычайных поступков». Так вот, эти молодежные лагеря предстают сейчас в качестве чрезвычайных мест, последних убежищ для подростков, которые отчаянно ищут себя в этой жизни и пытаются восполнить недостающие эмоциональные элементы их существования. Это своего рода необыкновенно острый эмоциональный скальпель, с помощью которого они пытаются решить свои проблемы. Чтобы устранить эти наслоения эмоциональных защитных шрамов, они идут на крайние меры и охотно используют принципы конфронтации с обществом. Таким образом, подростковая преступность является симптоматическим признаком ожесточения юных душ, наслоением грубых эмоциональных шрамов, глубоко нездорового самовосприятия и бесконтрольной и оттого еще более губительной деятельности автоматического механизма поражения.