Читать онлайн «400 школьных сочинений». Страница 116

Гумилев по праву считается рыцарем русского Реннесанса, основателем нового литературного течения – акмеизма – и удивительным мастером слова. Дивный и солнечный свет исканий, мечтаний сопровождал Николая Степановича практически всю жизнь, он озарял его земные творения и сопутствовал ему в странствиях. Во всех уголках мира известны его стихотворные произведения, начиная от Азии и Африки и заканчивая Америкой. Память о нем жива до сих пор, как и жива его поэзия, которая так же чиста и прозрачна, как лесной ручей.

В начале творческого пути, испытывая свои первые литературные неудачи, Гумилев начал очень серьезно увлекаться французской литературой, историей живописи и театра, стремился постичь культуру прошлых эпох.

Тем самым он воплощал в жизнь заповедь: сделать себя таким, каким бы он хотел быть. Даже Владимир Набоков в своей повести «Соглядатай» назовет его певцом мужественности.

Период, предшествующий изданию книги стихов «Романтические цветы», знаменателен написанием очень важного для Гумилева стихотворения, которое послужило отправным пунктом к созданию образа романтического героя его лирических произведений. Это стихотворение было написано для готовящегося сборника «Романтические цветы» и называлось «Волшебная скрипка». Оно является ключевым для всего творчества поэта, поэтому он неслучайно дорожил им настолько, что даже согласился не включать его в печатающийся сборник для того, чтобы оно прозвучало впервые сначала на страницах такого авторитетного журнала, как «Весы».

В образе скрипки у Гумилева выступает поэзия, которая одновременно является и смертельным заклятьем, и высшим блаженством.

Итак, над второй книгой «Романтические стихи» Гумилев работал практически всю жизнь, в этот сборник входило около 32 стихотворений. Романтик Гумилев поэзии зла противопоставлял поэзию красоты земных странствий и мечтаний. В этом сборнике впервые проявляется африканская тема, навеянная посещением в 1907 г. африканского континента.

Свою жизнь Гумилев построил как приближение к идеалу поэта: многие годы он посвятил ученичеству и строгой дисциплине, постепенно расширял и в то же время конкретизировал мир своих образов. Даже в последнем сборнике Гумилев остался сосредоточен на своих глубинных душевных движениях, связанных с острым переживанием современности и с чувством трагической тревоги.

Основная заслуга Гумилева – это введение в русскую поэзию «элемента мужественного романтизма», а также создание собственной традиции, опирающейся на принцип особо строгого отбора поэтических средств, сочетание напряженного лиризма с декламативными интонациями, а патетики – с легкой иронией. Наделенный даром предвидения Гумилев мучительно переживал будущую трагедию России. Во многих его произведениях слышны отчаяние, надлом, предчувствие близкой смерти.

Являясь прекрасным художником, он оставил нам интересное и значительное литературное наследие, оказал несомненное влияние на дальнейшее развитие русской поэзии. Гумилев жил в почти призрачном мире, сторонился современной ему действительности, сам создавал для себя страны и населял их выдуманными героями.

Николая Гумилева нередко называют «аристократом», «рыцарем» и «паладином» поэзии Серебряного века. Этот человек, сын простого корабельного врача из Кронштадта, сумел добиться выдающихся успехов в литературной деятельности.

Николай Гумилев довольно рано увлекся поэзией и уже в гимназии выпустил свой первый сборник стихов. Тяга к всевозможным путешествиям привела к тому, что еще юношей он два года провел в Париже, потом тайком, в пароходном трюме, совершил свое первое путешествие в Африку. В дальнейшем поэт активно включился в литературную деятельность, явился одним из создателей нового поэтического направления – акмеизма, учредил цех поэтов.

В произведениях Н. Гумилева невозможно найти и строчки, которая восхваляла бы его современность; наоборот, стихи в какой-то мере порицали действительность. Несмотря на энергичность и активность, которые он проявлял в этой жизни, он чувствовал себя здесь чужаком. Чем интенсивнее разворачивались события, связанные со смутным временем и революцией, в реальной жизни, тем явственнее в стихах поэта просматривалось стремление окунуться в сон: «Я душу обрету иную, все, что дразнило, уловя».

Так почему же действительность столь мало интересовала поэта? На этот вопрос Николай Гумилев сам дал ответ в одном из своих стихотворений:

Кроме того, ярко выраженный индивидуализм Николая Гумилева не позволял ему слиться с так называемой толпой, с ее интересами, идеалами и нуждами. Он в какой-то мере культивировал свою чужеродность этому миру. Всю свою жизнь он старался строить на контрасте с тем, что нужно большинству. И это, несомненно, не могло не отразиться на его творчестве: «Победа, слава, подвиг – бледные слова, затерянные ныне, гремят в душе, как громы медные, как голос Господа в пустыне».

Поэт постоянно перевоплощается, постоянно предстает перед читателем в разных удивительных образах. Как известно, именно так нередко случается во снах, когда человек, к примеру, начинает видеть себя то благородным рыцарем, то серебряной нитью. В грезах Гумилев как бы примеряет различные маски: «Я – попугай с Антильских островов...», «Я конквистадор в панцире железном...», «Я забытый, покинутый бог, созидающий, в груде развалин старых храмов, грядущий чертог». Он примеряет на себя маску за маской, выбирая более подходящую: «Снова заученно-смелой походкой я приближаюсь к заветным дверям, звери меня дожидаются там». Создается впечатление, что этот человек грезил наяву, как главные герои его произведений – «колдовской ребенок, словом останавливающий дождь» или «странный паладин с душой, измученной нездешними».

Гумилева считают единственным «сновидцем» в русской поэзии начала XX в. Нередко реальность представлялась ему дурным сном, тогда как забвение приносило свободу и, возможно, счастье. Ведь именно в забвеньи он мог перемещаться в возможность путешествовать в пространстве и времени, по различным континентам и странам: «На полярных морях и на южных, по изгибам зеленых зыбей, меж базальтовых скал и жемчужных шелестят паруса кораблей», «Ты помнишь дворец великанов в бассейне серебряных рыб». Он не останавливается даже перед тем, чтобы представить себя мертвецом: «Мне снилось, мы умерли оба, лежим с остановленным взглядом, два белые-белые гроба поставлены рядом».

Стремление уйти в небытие, а соответственно, и отсутствие политических стихов или произведений о реальности сыграли роковую роль в судьбе Николая Гумилева. Его молчание было истолковано как определенная гражданская позиция. Этот человек, не участвующий ни в белом движении, ни в контрреволюционных заговорах, вдруг оказался врагом народа. Он сам предсказал свою судьбу в одном из своих стихотворений: «И умру я не на постели, при нотариусе и враче, а в какой-нибудь дикой щели, утонувшей в густом плюще». Всей своей яркой, но, к сожалению, короткой жизнью Николай Гумилев доказал свою несовместимость с советской действительностью, свое стремление к свободному полету мысли и слова.

Н. С. Гумилев – представитель плеяды великих русских поэтов, живших и творивших свою бессмертную славу в то время, которое получило название Серебряного века поэзии.

Этот период подарил отечественной и мировой литературе такие великие имена, как Анна Ахматова, Марина Цветаева, Александр Блок, Саша Черный и другие. Их вклад в развитие русской поэзии конца XIX – начала XX в. неоценим.

Кроме того что Николай Гумилев создавал прекрасные поэтические произведения, он был тонким ценителем, критиком и теоретиком стиха. В гимназические годы он заинтересовался поэзией французских символистов. В результате этого увлечения юный поэт выпустил в 1905 г. свой первый сборник стихов «Путь конкистадоров».

В этом сборнике Гумилев определяет назначение поэта: «Наполнить сокровищницу поэзии золотыми слитками и алмазными диадемами». А потому Гумилев уподобляет себя завоевателю новой земли, открывающему неразграбленные доселе богатства ее недр.

Творчество Николая Гумилева далеко не однородно тематически: на протяжении разных периодов творческой жизни его поэзия наполняется новыми мотивами, новыми особенностями. Например, в раннем периоде своего творчества Гумилев мечтал изменить мир, подобно Будде или Христу.