Читать онлайн «Антропология. Хрестоматия». Страница 83

На основании палеоантропологических материалов можно уверенно говорить лишь о разной древности современных расовых типов. Население территории советской Прибалтики и севера европейской части СССР в неолитическое время морфологически мало отличалось от современного. В то же время основные антропологические комплексы населения Сибири еще не сформировались в эпоху неолита. Неолитическое население Сибири заметно отличалось от современного, хотя преемственность в данном случае несомненна. Она прослеживается палеоантропологически и демонстрируется и археологическими, и этнографическими данными.

Антропологический облик многих народов земли сложился очень поздно, не раньше эпохи позднего средневековья. К их числу относятся некоторые народы Северного Кавказа, Алтае-Саянского нагорья и многие другие. Напротив, антропологический состав населения долины Нила не изменился существенным образом примерно за 7 или минимум 6 тыс. лет, с эпохи древнего царства, несмотря на многочисленные исторические события, нашествия варваров и неоднократные языковые смены. Также не изменился и антропологический состав населения бассейнов Хуанхэ и Янцзы, начиная с III тыс. до н. э. и до современности. Таким образом, даже беглый просмотр палеоантропологической информации в сравнении с результатами антропологического изучения современного населения убеждает в неодновременности возникновения современных рас и популяций, а с нею и в хронологической асимметрии расообразования.

Однако наряду с хронологической асимметрией существует еще пространственная асимметрия расообразования. Она выражается в огромном разнообразии размеров, очертаний и структуры расовых ареалов, а также демографических характеристик расовых групп, их разном демографическом объеме. Действительно, есть гомогенные в расовом отношении группы, состоящие из нескольких сот миллионов человек (восточноазиатские, монголоиды, например). Существуют также специфические расовые комплексы, представленные лишь у одного или двух малочисленных народов, занимающих к тому же весьма ограниченный ареал (антропологический тип пигмеев Африки, андаманцев, аэта Филиппинских островов, айнов Хоккайдо и т. д.). Среди всех млекопитающих ареалы различных рас человека наиболее разнообразны. Сравнительно однородное сочетание некоторых признаков свойственно почти всем народам Восточной Европы, а ареалы огнеземельской расы, скажем, или тасманийской ничтожны. В пространственной асимметрии расообразования отражается сложность демографической структуры человечества.

Наконец, вместе с хронологической и пространственной асимметрией нужно говорить и о таксономической асимметрии расообразования — высшем и аккумулирующем типе расообразовательской асимметрии. Под ней подразумевается неоднородность структуры высших расовых категорий, их неодинаковый таксономический объем. Так, центрально-южноамериканская раса распадается, как мы увидим дальше, на семь локальных рас, северно-американская, равная ей по таксономическому весу, — на две. Между ними можно обнаружить все переходы, т. е. расы, распадающиеся на три, четыре, пять пространственных группировок. Асимметрия проявляется на всех уровнях и во всех аспектах расообразования. Расообразовательный процесс у человека (а возможно, и у других видов) по самой сути своей асимметричен. Он отражает панэйкуменное расселение человеческого вида, сложность его истории и его социальную природу, неравномерность действия расообразующих причин.

Асимметрия расообразования — следствие многих причин. В свою очередь, она — причина формирования разных модусов расообразования, т. е. различных типов изменчивости. Что подразумевают под модусом расообразования на той или иной территории? Всю совокупность популяций на этой территории со связывающей их системой таксономических отношений. Это структура групповой, или, как чаще ее называют, межгрупповой, изменчивости в том или ином пространственно ограниченном модусе расообразования.

Пока сделана лишь первоначальная попытка систематизации модусов расообразования. Выделены три главных направления изменчивости и соответственно им три модуса расообразования. Первый — модус локальной изменчивости, когда изменчивость от случайных причин не затушевывается какими-то закономерными процессами формообразования и составляет основу популяционной специфики. Такой модус образуется при популяционной непрерывности. Он свидетельствует о слабоидущих процессах сложения географических расовых комплексов. Эти комплексы хорошо выражены на территории Восточной Европы — их специфичность слаба, а ареалы отличаются неопределенными границами и незаметно переходят один в другой.

Второй — модус типологической изменчивости. Он отражает интенсивно идущее образование локальных сочетаний признаков, присущих многим популяциям, расовым комплексам или типам. Поэтому он и называется модусом типологической изменчивости. Территориально его ареалы четко очерчены. Таково население Кавказа и Передней Азии, финно-угорские народы, народы Индии.

Третий — модус направленной изменчивости. О нем мы говорим тогда, когда одна популяция или группа популяций приобретают резкие отличия от окружающих популяций по нескольким признакам, направленно изменившимся в ходе времени. Пример таких изменений генетических маркеров — дрейф генов, морфологических признаков — брахикефализация, акселерация. Модус направленной изменчивости часто пересекается с другими и действует совместно с модусом типологической, или локальной изменчивости. Пример взаимодействия его с модусом типологической изменчивости — групповая изменчивость у коренного населения Северной Америки» (с. 35–39).

Понятие покрова, или оболочки, широко вошло в географические и естественные науки, используясь в самых различных смыслах. Коснулось оно и науки о человеке, где о совокупности человечества в целом и результатах его деятельности говорят как о ноосфере — сфере разума. (Вернадский, 1944) […]

Для обозначения человечества как целого, но выражающегося не в грандиозных социальных проявлениях, а в сумме биологических индивидуумов, больше подходит не использованное пока в антропологии понятие покрова. […]

…неравномерность расселения — одно из основных свойств размещения человечества по земной поверхности. […]

В результате даже сейчас большие области суши имеют исключительно малую плотность населения, в то время как в других районах сосредоточены огромные массы людей (рис. 12). Таким образом, антропологический покров не может считаться непрерывным в масштабе планеты, он непрерывен лишь на отдельных участках материков. Однако даже в пределах этих якобы непрерывных участков его непрерывность на самом деле имеет место лишь при отсутствии эндогамных и иных социальных генетических барьеров.

Большое число районов с малой плотностью населения, если она еще сопровождается малопроходимыми географическими барьерами или эндогамией, образуют области дискретного антропологического покрова. […]

Суммируя сказанное, я склоняюсь к тому, чтобы рассматривать антропологический покров как диалектическое единство дискретности и непрерывности. Исключение составляют, конечно, начальные стадии расообразования, когда оно было преимущественно дискретным, что отражало малочисленность человечества, невозможность для него преодоления многих географических барьеров и слабые социальные связи между популяциями.

Дискретность антропологического покрова, особенно на ранних этапах расообразования, не могла не привести к локальности действия расообразующих причин, к ограничению любой монотонной расогенетической ситуации пространственными рамками, […] и на участках дискретного антропологического покрова, и в областях его непрерывности возникали локусы расообразования, каждый из которых отличался от других определенной спецификой. На ранних этапах расовой истории человечества роль таких локусов была особенно велика из-за преимущественной дискретности самого антропологического покрова […] (с. 65–69).

Дополняя теперь данное выше предварительное определение очага расообразования, мы можем сказать, что это участок земной поверхности, в пределах которого расообразовательный процесс имеет определенную интенсивность, специфическое направление и отличается относительной стабильностью на протяжении более или менее длительного времени.