Читать онлайн «Метафизическая антропология». Страница 54

Генетический социализм — это одновременное осуществление идеалов теоретиков как левого, так и правого политического спектра. Идеал левых — свобода, а идеал правых — порядок, но и то и другое осуществляется в условиях генетического социализма на практике безо всякого ущерба для одних и других. Генетический социализм — это и свобода, и порядок одновременно. Всякая политическая борьба в результате становится бессмысленной, политика как форма жизнедеятельности постепенно отмирает. Политическое мышление, всякая лозунговость или случайный успех исчезают за невостребованностью.

Теперь нужно коснуться и весьма важного вопроса тонкого плана. Если государство стоит за клонирование, то есть воспроизведение одинаковых в генетическом плане людей, это вовсе не означает, что они будут совершенно похожи во всем. Нужно помнить, что существует еще 20 % влияния фенотипа, то есть внешних условий, которые невозможно воспроизвести даже для двух близнецов с максимальным подобием. Наконец, похожие люди не могут быть обладателями похожих душ, ибо евгеника — это совершенно языческая наука, основанная на вере в переселение душ. Одинаковые в генетическом плане люди могут воспроизводиться в разное время и в разных условиях, поэтому астрологические и геофизические факторы также обособят людей, наделив их разными характерами и уникальными судьбами. Антропотехнические опыты над людьми запрещает, как известно, больше всего христианская церковь, ибо боится конкуренции. В язычестве люди подобны Богам и вправе сами решать свою судьбу. Поэтому ни одна языческая религия никогда не запрещала стерилизацию, не запретит она и клонирование. Ведь ни один языческий Бог не будет возражать, чтобы как можно больше людей походили на него. Язычество антропоморфно по своей сути, Боги в нем — это квинтэссенция всего человеческого.

Напомним еще раз слова русского гения Н. К. Кольцова: «Евгеника — это религия будущего, и она ждет своих пророков». А мы уже сегодня, если сами того захотим, можем стать свидетелями нового мистического рассвета над необъятными просторами русской вольницы.

27 марта — 18 апреля 1997

Наша цель — здоровая порода. Станем все людьми группы А!

Церковный историк Феодорит, живший в V веке, писал, что энтузиасты — христианская гностическая секта, пользовавшаяся вместо присутствия Святого Духа содействием некоего демона. В царской России слово «энтузиасты» было не в чести, зато большевики с неподдельным воодушевлением взяли его на идеологическое вооружение. Характерно, что в Москве с их подачи появилась станция метро «Шоссе Энтузиастов», названная так в честь начала знаменитого Владимирского тракта, по которому гнали в Сибирь масонов-декабристов. Большевики признали в них энтузиастов.

В целом в мировой культурологии и эзотерике тенденцию смешения несоединимого, чистого и сатанинского, твердо принято ассоциировать с именем персидского лжепророка Мани, жившего в III веке. Наследственный дегенерат, страдавший эпилепсией, а также имевший одну ногу короче другой, он учил, что нет никакой разницы между добром и злом, и что подлинный мудрец — владелец высших гностических знаний — должен перепробовать все виды духовных и физических извращений, чтобы приобщиться к высшей мудрости.

Метафизическую часть своего учения, получившего название манихейства, Мани вырастил на базе древнейшей величественной арийской религии — зороастризма, занеся в самую ее метафизическую сердцевину несваримый эклектический бред из семитских культов Ближнего Востока. Зороастризм, как одна из самых древних аутентичных традиций на земле, исходит из базового положения, что в мире существуют два несоединимых вселенских начала — Добро и зло, между которыми нет и не может быть союза, и что каждый адепт светлой религии Ахура-Мазды обязан все свои силы и помыслы направлять на борьбу со злом. «Думать хорошо, говорить хорошо, делать хорошо», — этот простейший по форме, но всеобъемлющий по космическому смыслу принцип зороастризма, внушаемый с пеленок всем его приверженцам, Мани извратил в самой центральной животворной сути, смешав величие и низость, гармонию и вырождение, Божественное откровение и сатанинскую блажь, одев свою интеллектуальную уловку в роскошные одежды сладкоречивых проповедей.

Персидские маги, имея за плечами длительное кастовое образование и будучи деятельными проводниками главного космического закона жизни, положенного в основание этой арийской религии, недолго внимали вычурным речам дегенерата. Как гласит предание, по их решительному указу с него заживо содрали кожу и набили ее соломой, а чучело лжепророка выставили в людном месте для всеобщего обозрения.

Примечательный случай этот многократно описан раннехристианскими историками, а затем безо всяких комментариев плавно перебрался в европейскую историографию как непременное острое добавление к сухому перечню раннехристианских гностических сект. Древний перс не требовал пояснений к этому человечески жестокому, но эзотерически справедливому поступку, ведая поучение персидских магов, недоступное пониманию современного интеллектуала.

Человек — творение Бога, согласно представлениям зороастрийцев (каковое унаследовали и христиане), следовательно и внешний грациозный облик его является богоданным, а вот сущность у Мани — пустая, потому его и набили соломой. Персидские жрецы прекрасно надсмеялись над ущербной пропагандой этого лжепророка, сделав из него чучело, богоподобное снаружи и пустое внутри. Они ответили ему адекватно его проповеди, и отныне все видят, что манихейство пусто, как чучело сладкоречивого болтуна.

Но современный человек, погруженный в мутную тину гуманистических ценностей, совершенно лишен расового чутья и не имеет к гностическим извращениям иммунитета, каким обладали персидские маги, потому-то он и поддается с готовностью очередному фетишу современного профанированного мира, имя которому — Традиция.

Если массовая реклама кажется вам навязчивой, агрессивной и безвкусной, если вы полагаете, что современный театр и картинная галерея не соответствуют вашим духовным устремлениям, — ждите, скоро к вам придут традиционалисты. И чем больше у вас денег, тем навязчивее они будут.

Одна беда, как и во времена Мани и энтузиастов-гностиков, от Традиции тут осталось только название. Но если вы сами захотите этого, то сладкоречивый обман раскроется очень быстро, и вы без труда расщепите соблазн лжепророка, а прозрение остроумного персидского мага заслуженно возвысит вас в собственных глазах.

Выверните наизнанку расовую сущность любой лживой концепции — это и есть освобождение. И пусть чучело обманщика танцует на ветру, веселя просвещенных. Примечательно, что в русском языке одно из самых страшных ругательств, означающих предательство и обман, — шкура. Как и в случае с Мани. А ведь русский язык очень близок к древнеперсидскому.

Последнее время все разговоры о Традиции и о традиционном, которые с недавних пор сделались у нас очень модными в философских салонах, прочно ассоциируются с личностью французского эзотерика Рене Генона.

Само слово Традиция и имя ее проповедника превратились уже почти в мистическое заклинание в кругах интеллектуалов, претендующих на роль жрецов и духовидцев в современной жизни России.

Что ж, попробуем разобраться.

Уже внешние факты биографии этого эзотерика дают богатую пищу для раздумий как над феноменом Генона, так и над его почитателями.

Родившись в 1886 году в католической семье, он в 1912 году по собственному желанию переходит в ислам. Уже с первых сочинений он проклинает европейскую цивилизацию, буквально пресмыкаясь перед Востоком. Да и Восток в его исполнении какой-то странный, с характерным космополитическим привкусом сектантства. Первая статья так и называется «Демиург», следом появляется журнал с характерным названием «Гнозис». Перебравшись в Париж в 1904 году, еще юношей Генон попадает под сильное воздействие масонских лож. Первым его мэтром был всемирно известный теоретик оккультизма Папюс — «гроссмейстер Ордена мартинистов». Набрав членство во многих ложах, очевидно уже по разнарядке, Генон «получает направление» в ислам и отбывает в Египет, который с древнейших времен был известен как кузница и полигон всех новомодных ересей. Еще во времена возникновения христианства количество здешних гностических сект, в которых состояли десятки тысяч активистов, исчислялось десятками и сотнями. Сущность их идеологии была сугубо манихейской, они проповедывали смешение Добра и зла во имя достижения высшей мудрости, во имя ее же высот они культивировали и всевозможные виды половых извращений и сатанинских неистовств. Психоанализ и сравнительная расовая психиатрия уже установили нерасторжимую связь между миром идей и их биологическими носителями. На протяжении сотен лет своего существования гностическая философия доказала, что она не может развиваться в среде нормальных социально детерминированных людей, но только в среде дегенератов с пограничной психикой и ярко выраженной склонностью к гомосексуализму.