Читать онлайн «100 великих научных достижений России». Страница 93

ВОДА И ОГОНЬ ЧАЯНОВА

Ученый-агроном, экономист, социолог, социальный антрополог, педагог, писатель, искусствовед, краевед, москвовед, библиоман; профессор Петровской (ныне Тимирязевской) сельскохозяйственной академии; член Учредительного собрания, член коллегии Наркомзема РСФСР; один из организаторов и руководителей Центрального союза льноводческих кооперативов – Льноцентра, основатель и директор Научно-исследовательского института сельскохозяйственной экономии и политики, Александр Васильевич Чаянов (1888–1937) известен во всем мире своими литературными и экономическими трудами (18 монографий и брошюр, более 200 статей), а также как деятель кооперативного движения и основатель междисциплинарного крестьяноведения. Экономическими «бестселлерами» стали фундаментальные исследования Чаянова – «Организация крестьянского хозяйства», «Краткий курс кооперации», «Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации» и др.

«Кооперация и государство – это вода и огонь. Если их согласовать, то из огня и воды получится паровая машина, которая может производить огромную работу» – эта мысль Чаянова давно уже стала не просто метафорой, а основанием жизнедеятельности Китая, Индии, Японии.

Труды русского экономиста-аграрника по теории семейно-трудового крестьянского хозяйства и кооперации, изданные в 1960-е гг. на Западе и на Востоке, стали настольными книгами 700 млн аграриев. Как оказалось, в них была блестяще представлена логика экономического развития сельских регионов стран третьего мира. В азиатских странах кооперация является таким же основным сектором экономики, как частный и государственный сектора. Международный кооперативный альянс ныне включает в себя 192 национальных кооперативных союза из 76 стран.

Прежде чем рассмотреть главные идеи «последнего русского энциклопедиста», главы т. н. организационно-производственной экономической школы, возникшей в связи с быстрым ростом крестьянских кооперативов, остановимся на практической деятельности Чаянова в этой области.

По числу кооперативов (50 000) и их членов (14 млн человек) Россия к 1917 г. занимала первое место в мире. В годы Первой мировой войны Чаянов работал в Лиге аграрных реформ, в различных комиссиях Особого совещания по продовольствию, составлял «Общий план обеспечения продовольствием населения». В 1915 г. аграрник стал одним из организаторов и руководителей Центрального союза льноводческих кооперативов – Льноцентра.

После Февральской революции 1917 г. экономист занимал должность товарища министра земледелия во Временном правительстве, где выдвинул план реконструкции аграрного сектора.

А.В. Чаянов

В советское время Чаянов занимал руководящие посты в кооперации – Центросоюзе, был членом коллегии Наркомата земледелия и представителем его в Госплане, ездил советником на Генуэзскую конференцию. В рабочей библиотеке В.И. Ленина, с которым ученый встречался лично, находились 6 его работ, которые вождь использовал при написании статьи «О кооперации». Впоследствии по заказу И.В. Сталина Чаянов разрабатывал экономическую и политическую модель «автаркии» – полностью отделенного ото всех прочих и при этом самодостаточного государства.

Чаянов был автором многих программ аграрных преобразований. Выступал против уравнительного землепользования; обосновал необходимость введения единого сельхозналога; выдвинул концепцию водной ренты для районов орошаемого земледелия; предложил методику определения оптимальных размеров сельхозпредприятий. Разработал мероприятия по специализации регионов на экономически выгодных культурах; по рациональному сочетанию отраслей при их подчиненности отрасли, производящей наиболее рентабельные продукты; по правильному землеустройству; по использованию достижений аграрной науки и др.

В середине 1920-х гг. Чаянов создал концепцию трудового хозяйства отдельной крестьянской семьи, теорию крестьянской кооперации и теорию организации аграрного сектора в целом.

Главным предметом исследования ученого было семейно-трудовое крестьянское хозяйство, нацеленное на удовлетворение потребностей членов семьи. Настроенный резко против капиталистической эксплуатации в сельском хозяйстве, Чаянов проанализировал структуру крестьянского хозяйства (организацию труда, семейный бюджет, цели, которыми руководствуется оно) и предложил вовлечь в рыночные отношения миллионы крестьянских хозяйств.

Экономист убедительно показал, что крестьянин, владелец небольшого земельного участка, стремится не столько к умножению прибыли, сколько к увеличению валового дохода. (Валовый доход – разность между суммой денежной выручки от продажи товара и суммой материальных затрат на его производство; или сумма заработной платы и прибыли.) Главная забота владельца участка – обеспечить потребление своей семьи, на что уходит лишь часть дохода – гораздо меньшая, нежели в капиталистическом хозяйстве. При любых потрясениях крестьянские хозяйства страдают гораздо меньше, чем капиталистические, демонстрируя свою исключительную выживаемость и устойчивость.

Понимая преимущества крупного сельхозпроизводства, ученый доказал, что в России нет условий для развития фермерских хозяйств американского типа, а оптимальным является сочетание отдельного семейного крестьянского хозяйства с крупными кооперативными организациями. То есть выращиванием растений и животных должно заниматься семейное производство, а всеми остальными технологическими и экономическими операциями (переработкой продукции, ее хранением, реализацией, кредитованием, закупкой и обслуживанием техники, заготовкой минеральных удобрений, семян, племенной, селекционной работой и пр.) – кооперативные организации. В массовом переходе этих отпочковывающихся от семейно-трудового хозяйства операций в ведение крупных кооперативных товариществ Чаянов видел будущее аграрного сектора. При этом крестьяне освобождались от эксплуатации со стороны перекупщиков и ростовщиков.

На это аграрник обращал особое внимание. Именно в этом состоит актуальное для наших дней открытие Чаянова – в отсутствии в сельском хозяйстве спекулянтства.

«Крестьянское хозяйство противостоит во всей своей ничтожности и слабости ожесточенному напору мощных капиталистических предприятий, получающих свои прибыли за счет недоплаты за продукты крестьянского труда и переплаты за покупаемые крестьянами товаров. Перед нами обычная картина глубочайшего захвата крестьянских масс торговым капиталом и подлинный боевой социально-экономический фронт борьбы за уровень оплаты крестьянского труда…

Поэтому для крестьянских хозяйств приобретает исключительное значение единственно надежный выход из положения – возможность путем кооперирования многих тысяч хозяйств создать свои крестьянские специальные могущественные организации, организующих денежный бюджет крестьянства при помощи создания своих – крестьянством обслуживающих и крестьянством управляемых крупнейших торговых аппаратов».

Особый акцент Чаянов делал на принципах кооперирования – постепенности, добровольности и поддержки кооперации государством.

К сожалению, реализация предложений экономиста проходила с огромными трудностями. Много полезного игнорировалось, иногда проводилось в жизнь в искаженном виде, поскольку все его идеи преобразования аграрного сектора шли тогда вразрез с официальной политикой создания колхозов.

На Конференции аграрников-марксистов (1929) на ученого набросился Л.Д. Троцкий, потом – Г.Е. Зиновьев, а потом – и вся конференция. Затем Чаянов был дважды арестован, осужден по сфабрикованному Я.С. Аграновым делу «Трудовой крестьянской партии», в 1937 г. расстрелян.

Реабилитировали ученого спустя 50 лет. Тогда же были опубликованы его труды – они всколыхнули общественность, но стали в основном оселком, на котором публицисты оттачивали свой язык. «После официальной реабилитации он (Чаянов. – В.Л. ) сразу же был “иконизирован” взамен того, чтобы использовать его идеи» (Т. Шанин).

Сегодня сельское хозяйство России по-прежнему пытаются вытащить из глубочайшего кризиса не на плечах личных подворий, а крупных хозяйственных структур (агрохолдингов и долевых предприятий, организованных на базе прежних колхозов и совхозов).

Уму не постижимо – сегодня в личных хозяйствах производится едва ли не весь российский картофель и мед, треть яиц, половина молока, мяса и птицы, три четверти овощей, а цены, по которым у производителей «забирают» их хлеб, по-прежнему в несколько раз меньше цен реализации! На сельских подворьях заправляют перекупщики, а на рынках продукцию реализуют, как правило, нанимаемые за гроши туземные продавцы. Даже того американского фермерства, о котором не умолкает смишная трескотня, на деревне нет и в помине. Во всяком случае, его удельный вес в общем объеме производства упомянутых продуктов питания в 10–30 раз меньше. То есть в России кооперацией в чаяновском смысле и не пахнет. Процветает обираловка и спекуляция.