Читать онлайн «Энциклопедия чудес, загадок и тайн». Страница 56

Помимо "несчастливых дней недели" есть и "несчастливые даты", запускать в которые космические корабли опасно для жизни. Для Байконура это день 24 октября. Именно в этот день в 1960 году Байконуре произошел взрыв ракетоносителя МБР Р-16, унесшего жизни большого числа человек…

С тех пор по этим дням на Байконуре не проводится никаких стартов и значимых работ на стартовых площадках. Тем более, что спустя ровно 3 года на этом космодроме вновь произошла катастрофа — 24 октября 1963 года во время подготовки к пуску учебной ракеты Р-9А по неосторожности пролилось горючее.

При замене перегоревшей электролампочки из-за искры произошла вспышка; в пожаре погибло 8 ракетчиков-испытателей… Ракетчики люди конечно же материалисты по натуре. Но происходящие на практике более чем странные совпадения убеждают их лучше всякой теории.

Искусственный спутник Земли советского производства, вокруг которого разгорелись споры среди независимых исследователей по поводу его возможного использования в уфологических целях. В конце 1990-х годов украинские контактеры стали утверждать, что истинное назначение суперсекретного аппарата не просто наблюдать за околоземным пространством, а фиксировать появление НЛО.

Возможно даже предупреждать россиян о возможном вторжении из космоса инопланетных армад. Что же официально известно о таинственном аппарате? Выведен на орбиту 14 февраля 1991 года ракетоносителем «Протон-Д». Спутник «Космос-2133» в международных реестрах проходит под официальным № 199101-ОА. Масса спутника 2150 кг.

Параметры практически круговой геостационарной орбиты таковы: апогей=35795 км, перигей=35777 км, наклонение=0,5 градусов, период обращения P=1436,1 мин (24 часа).

Официальное назначение спутника значится как "изучение космического пространства", однако, специалисты считают, что спутник на самом деле предназначен для предупреждения о ракетном нападении на Россию со стороны вероятного противника, прежде всего стран из блока НАТО.

Объект попавший на землю из космоса и имеющий признаки искусственного происхождения. Среди подобных загадок известен Канадский метеорит весом 150 килограммов, обнаруженный в 1960 году. Он представляет собой неизвестный науке металлический сплав с высоким содержанием магния.

Находку не удалось связать ни с военной, ни с космической техникой земного происхождения, т. к. поверхность метеорита имеет следы длительного пребывания в космосе. В 1964 году в Чехословакии на глазах у очевидцев с неба упал 200-граммовый метеорит из сплава, не встречающегося в природе в естественном виде.

Несмотря на легкое оплавление поверхности, она сохранила явственные следы механической обработки. В 1981 году над Тунисом прошел метеоритный «дождь» где среди прочих упавших камней был найден идеальный каменный куб с длиной ребра 20 сантиметров… Об истинной природе этих и других космических артефактов сегодня можно только догадываться.

Преступное утаивание правительствами фактов, подтверждающих существование НЛО и посещения Земли пришельцами. Впервые это выражение применительно к правительству США использовал физик-ядерщик Стэнтон ФРИДМАН сразу же после как стал известен скандал Ватергейт (факт вторжения республиканцев в штаб Демократической партии в Ватергейтском комплексе города Вашингтон) и слово Ватергейт стало нарицательным. В настоящее время факт сокрытия вещественных доказательств и обломков НЛО доказан американскими уфологами в суде.

Странная череда аварий и серьезных происшествий, случившихся на космической станции «Мир» в 1997 году. В 1986 году в космос ушла новая станция «Салют-8». Название это помнят лишь те, кто проектировал и строил эту космический дом нового поколения, т. к. едва только станция вышла на орбиту, весь мир узнал ее как «Мир». Скорая перемена имени «Салюта» вовсе не только политический перестроечный шаг (якобы приписывают эту инициативу Горбачеву), на самом деле имя космического аппарата во многом определяло судьбу не только полета, но и экипажа.

Хорошо, почти без поломок отработали корабли с именами «Луна», «Венера», «Вега», в тоже время ни один аппарат с именами «Н», «Марс», «Фобос» не выполнил до конца своей программы. В 1994 предлагали переименовать аппарат «Марс-9» в какой-либо другой, но предложенное имя «Марс-94», затем измененное из-за задержки старта в «Марс-96», не оказалось спасительным в ноябре 1996-го «Марс-96» благополучно утонул в Тихом океане.

Что касается имени «Салют», то злой рок с небольшими перерывами преследовал эти станции с самого начала, самая массовая в советской истории гибель космонавтов (экипаж Добровольского, Волкова, Пацаева) произошла сразу при возвращении первой экспедиции с первого «Салюта».

Станция «Мир» ("Салют-8") была усовершенствованным вариантом всех гражданских вариантов «Салюта» (в том числе и погибшего "Салюта-2"), но судьба ее коренным образом отличалась от предыдущих. С именем «Миру» повезло. В том смысле, что приключений и злоключений на «Мире» было больше, чем за всю предыдущую историю космонавтики, но все они закончились мирно.

В 1987 году на апрельский день космонавтики впервые в истории удалось состыковать корабли в буквальном смысле руками: космонавтам пришлось вытаскивать посторонний мешок из стыковочного узла, для чего понадобилось просовывать руку в 20-сантиметровую щель, рискуя быть зажатыми между двумя 20-тонными громадами.

Так с огромным трудом удалось присоединить к «Миру» модуль-З «Квант». Как оказалось, имя «Квант» также относилось к разряду не очень удачливых, спустя короткое время модуль-Д «Квант-2» также испытывает теже трудности при сближении с базовым блоком, и опять героизм космонавтов спасает модуль от предложения ЦУПа затопить непокорный модуль в океане.

Когда готовился для старта третий модуль, в весьма нервной атмосфере ожидания кто-то вовремя предложил избавиться от скомпрометированного названия и модуль-Т «Квант-3» подлетел для стыковки уже будучи известным всему миру как «Кристалл». Стыковка прошла великолепно! Но старое «девичье» название все же дало о себе знать.

В январе 1994 года экипаж "Союза ТМ-17" облетая станцию для визуального осмотра и находясь вблизи того самого модуля «Кристалл», неожиданно почувствовал, как их корабль стал закручиваться по углу тангажа. Почему автоматическое управление дало сбой и почему это произошло именно в такой наиболее опасный момент установить до сих пор не удалось. Возможно, техника вышла из-под контроля и какую-то оплошность допустил космонавт Василий ЦИБЛИЕВ, во всяком случае достоянием гласности стала сделанная в тот момент запись переговоров между ним и сидящем за лазерным дальномером Александром СЕРЕБРОВЫМ.

В момент аварии служебный диалог изобилует русскими непечатными выражениями и сводится в общем-то к одному вопросу: "…Куда… ты…, рулишь…?" Но тогда рассуждать было некогда и экипаж едва только смог, перешел на ручное управление. Конечно же, мгновение было потеряно и «Союз» все-же ударился о «Кристалл» самой уязвимой своей частью спускаемым аппаратом. Задержись космонавт еще на мгновение и удар был бы сильнее. А дальше либо произошла бы разгерметизация (правда, космонавты уже были наготове в скафандрах), либо повредилась бы теплоизоляционная обшивка СА, которая безусловно не выдержала бы тогда огненного спуска в атмосфере и превратила бы обоих членов экипажа в горстку пепла.

Это происшествие навсегда вошло в историю как первое в мире столкновение в космосе двух аппаратов. Лиха беда начало. Первый в мире серьезный пожар в космосе произошел на «Мире» спустя 3 года, в феврале 1997-го. Точнее, горел не центральный блок «Мира», а все тот же злополучный первый «Квант». И на это раз русские парни в космосе не растерялись и пустили (впервые!) в дело огнетушители.

Задымление было не слишком большим, но из-за того, что воздух на станции находится в замкнутом объеме, пришлось целый день ходить (т. е. летать) в респираторах, а запах гари держался даже спустя несколько недель. Космонавты люди благодарные, и они безусловно помянули добрым словом покойного конструктора Королева, который является полноправным их спасителем.

Когда-то на заре космонавтики, когда только прорисовывались основные контуры пилотируемых кораблей, Сергей Павлович категорически выступал за усложнение системы жизнеобеспечения, хотя был большой соблазн создавать в кабинах всех аппаратов кислородную атмосферу и проще, и по массе легче, и в эксплуатации надежнее, и давление в кабине позволяло снизить до минимума.

Американцы выбрали именно такую, хотя прекрасно знали единственный минус такого решения — в чистом кислороде пожар мог возникнуть от любой искры. Он и возник при первом удобном случае, унеся жизни трех членов экипажа «Аполлона» (астронавты не успели даже дотянуться до бесполезных огнетушителей).