Читать онлайн «111 баек для журналистов». Страница 36

В развитии как музыкальной критики, так и музыкальной журналистики (ориентированной скорее на изложение фактов, чем на отстаивание определенных эстетических концепций) большую роль сыграло становление в XIX веке специализированных периодических изданий широкой читательской ориентации. Прежде всего, создание первой «Всеобщей музыкальной газеты» в 1798 году. Одновременно в XIX столетии развивалась и критика в музыкальных разделах изданий общего профиля. Возможностью публиковать статьи о музыке в газетах и журналах пользовались многие крупные композиторы и музыканты. И не только. Например, среди авторов был известный английский писатель Бернард Шоу. Он с детства любил музыку и с упоением слушал музыкальные произведения. Писатель рассказывал, что мог спеть или просвистеть от начала до конца многие вокальные и симфонические произведения Гайдна, Моцарта, Бетховена, Россини, Доницетти и Верди. Часами сидел за фортепиано, наигрывая и напевая любимые романсы и отрывки из опер. Особенно преклонялся Шоу перед Моцартом и Вагнером. «“Дон-Жуан” воспитал мой художественный вкус во всех отношениях», – признался писатель. Страстная любовь к музыке привела Шоу к мысли, что он может многое сказать об этом искусстве другим. У него был свой взгляд на музыку, плюс он обладал огромным литературным талантом и остроумием. Постепенно Бернард Шоу становится музыкальным критиком. Его первая статья появилась в 1876 году, а с 1888 по 1894 годы он постоянно сотрудничал с лондонскими газетами и журналами, вел в них музыкальные отделы. В конце 1890-х годов Шоу прекращает постоянную деятельность музыкального критика, но на протяжении остальных пятидесяти лет своей жизни изредка пишет статьи и рецензии на музыкальные темы. Рассказывая, как стать музыкальным критиком, писатель подчеркивал, что музыкальные критики должны быть хорошо подготовлены к своей работе. «Помимо здравого смысла и знания жизни, – говорил Шоу, – музыкальный критик должен обладать тремя важными качествами: развитым музыкальным вкусом, литературным талантом и опытом, накопленным в работе. Эти три качества могут встречаться и порознь, но лишь их совокупность обеспечит критику плодотворность.» (Бернард Шоу о музыке. М., 2000. С. 48–54.)

Диапазон применения байки. При обсуждении проблем музыкальной журналистики.

Репортер Т. Б. Коннери, обеспокоенный слабыми мерами безопасности в зоосаде Сентрал Парка, сочинил историю о том, как его обитатели оказались на свободе. Ее опубликовали в газете «New York Herald» 9 ноября 1874 года. «Число искалеченных, растоптанных и травмированных людей достигает двухсот, около шестидесяти из которых, по предварительным данным, находятся в тяжелом состоянии, а трое из них едва ли доживут до утра, – писал журналист. – Двенадцать хищников все еще остаются на свободе. Место, где они скрываются, точно не установлено…»

В последнем абзаце объяснялось, что это сообщение – «чистейшая выдумка» и «не более чем мистификация», но до этого места дошел далеко не каждый читатель. Некоторые люди вышли на улицы с оружием в руках для отстрела сбежавших хищников.

Мораль. Это пример масштабного воздействия пугающих или неприятных сообщений, вызывающих массовую панику.

Комментарий. В истории журналистики подобных примеров психологического воздействия СМИ немало. Они свидетельствуют о способности прессы к убеждению и внушению аудитории.

Диапазон применения байки. При изучении истории информационно-психологического воздействия СМИ, истории и теории информационных войн.

Самый известный в истории пример массовой паники, вызванной сообщениями в СМИ, связан с радиовариантом романа «Война миров». В 1939 году радиостанция «CBS» транслировала постановку Орсона Уэллеса и театра «Меркурий» по оригинальной версии научно-фантастического романа Герберта Уэллса «Война миров». По сюжету романа марсиане завоевывают нашу планету и умерщвляют миллионы людей отравляющим газом. Многие радиослушатели включили приемники уже после сообщения о том, что все события являются вымыслом. Трансляция прерывалась четыре раза, чтобы передать это сообщение: в начале радиопостановки (когда большая часть людей еще не начала слушать передачу); перед первой рекламной паузой, около 8 часов 35 минут (к этому времени большинство тех, кто поддался панике, уже не слушали, а спасались бегством); сразу после рекламной паузы и в конце трансляции. Причем самая пугающая часть спектакля прозвучала до первой рекламной паузы. По самой приблизительной оценке, около миллиона радиослушателей испытали чувства страха, а некоторые поддались панике и покинули свои дома, спасаясь бегством от зловещих пришельцев.

Мораль. Современные исследователи медиавоздействия считают, что люди, которые не слышали первого объявления перед началом программы, имели все основания для испуга.

Комментарий. Этот пример вошел в труды, посвященные воздействию, оказываемому средствами массовой информации на зрителей и слушателей (например, Д. Брайант, С. Томпсон «Основы воздействия СМИ»). Массовая паника, вызванная радиотрансляцией «Войны миров», способствовала разработке новых моделей медиавоздействия.

Диапазон применения байки. При изучении истории и теории медиавоздействия.

Эта мистификация не просто потрясла воображение современников. До сих пор, в XXI веке, редкий автор не вспоминает ее, анализируя феномен воздействия СМИ.

В 1835 году в «New York San» напечатали вымышленную историю, которая настолько потрясла воображение читателей, что тираж издания подскочил до рекордной цифры в 19 000 экземпляров. Журналист Ричард Адамс Локк написал, что некий британский астроном, разглядывая поверхность Луны с помощью мощного телескопа, обнаружил там разумную жизнь. Читатели потребовали повторной публикации этой статьи, а другие газеты по всему миру сделали перепечатки. Члены женских библейских обществ хотели лететь на Луну, чтобы обратить ее обитателей в христианство. Эдгар Аллан По в начале ХХ века сказал, что данная мистификация «в целом была наибольшим успехом в истории сенсаций – популярных сенсаций, – когда-либо появлявшихся в подобной литературе, в Америке или в Европе».

Мораль. В начале XIX века такие мистификации получили название «утки».

Комментарий. Слово «утка» во французском языке давно имело значение нелепой истории, рассчитанной на доверчивых слушателей или читателей, используемой, чтобы потешиться над людьми. Во второй половине XIX века «Ларусс» дал новое определение: слово «утка» закрепилось исключительно за новостями, родившимися в воображении исписавшихся журналистов, которые пытались определить, насколько далеко простирается доверие читателя. «Утками» стали называться как отдельные листки и некоторые материалы в газетах, так и целые издания, специализировавшиеся на материалах подобного характера. «Уткой» могла быть и правдивая, но гипертрофированная новость, но чаще полностью лживая.

Диапазон применения байки. В качестве примера воздействия сообщений СМИ.

В апреле 1913 году в германском Рейхстаге с помощью документов доказали, что владелец военных заводов Крупп по договоренности с другими производителями вооружения – Маузером, Тиссеном, Дюраном и Леве – взял на содержание ряд газет, которые должны были разжигать квасной патриотизм и поддерживать воинственное настроение в массах. Кроме того, огласили письмо директора оружейной фабрики Леве, направленное его парижскому представителю: «Не могли ли бы Вы поместить в одной из наиболее читаемых французских газет, лучше всего в “Фигаро”, статью приблизительно такого содержания: “Французское военное министерство решило по возможности ускорить изготовление предназначенных для армии пулеметов и увеличить вдвое первоначальный заказ”? Пожалуйста, сделайте все возможное, чтобы добиться распространения этого и подобных извещений».

Через несколько дней как бы случайно на страницах «Фигаро», «Матэн» и «Эко де Пари» вышло несколько заметок о преимуществах французских пулеметов и достигнутом благодаря этому перевесе французского вооружения. С этими номерами французских газет в руках депутат рейхстага Шмидт, представитель германской тяжелой индустрии, обратился с вопросом к имперскому канцлеру, что намерено сделать германское правительство в ответ на французскую угрозу и для восстановления военного равновесия. Одураченный и напуганный рейхстаг огромным большинством голосов и без прений выделил дополнительные средства на производство пулеметов для германской армии. Естественно, Франция немедленно ответила на этот шаг дальнейшим увеличением количества своего вооружения. В то время как «Фигаро», «Матэн» и «Эко де Пари» пугали французскую публику выдержками из пангерманских газет, германские шовинисты использовали в таких же целях французскую прессу. В результате военные заводы обеих стран получили новые заказы, дивиденды военной промышленности поднялись по обе стороны Рейна, руководство упомянутых французских газет положило в карман новые чеки, а одураченное население заплатило за подлые махинации сначала деньгами, а потом и собственными жизнями.