Читать онлайн «История логики». Страница 110

Ньютон – творец классической механики. Геометрию Ньютон рассматривал как часть механики – науки о движении. Он рассматривал математические количества не как состоящие из очень малых постоянных частей, а как производимые непрерывным движением. Так, в его изложении линии образуются не приложением частей, а непрерывным, движением точек, поверхности – движением линий, объемы – движением поверхностей, углы – вращением сторон, времена – непрерывным течением и т. д. Ньютон говорит, что все это имеет место и в самой действительности, в самой природе вещей, это можно наблюдать ежедневно.

Большой научной заслугой Ньютона является открытие закона всемирного тяготения и выражение им закономерностей природы в математических формулах.

На основе закона всемирного тяготения Ньютоном по-новому была разработана небесная механика, дано новое объяснение законов движения небесных тел. Для прогресса астрономии имело значение также сконструирование Ньютоном зеркального телескопа. По-иному, нежели Декарт, Ньютон строит физику. В отличие от Декарта, отрицавшего пустое пространство, корпускулярную теорию материи и теорию вихрей в объяснении движения материи Ньютон полагает в основу физики концепцию абсолютного пустого пространства, атомистическую теорию материи и объяснение движения материи всемирным тяготением.

Физика Ньютона исходит из признания абсолютного пространства, которое существует само по себе безотносительно к материи и пребывает всегда одинаковым и неподвижным. Равным образом Ньютон принимает «истинное» абсолютное время, которое так же, как и абсолютное пространство, существует само по себе, независимо от материи, и протекает всегда совершенно равномерно. Ньютон принимает абсолютное движение тела из одного его абсолютного места в другое, а также абсолютный «истинный» покой, который есть пребывание тела в одной и той же части абсолютного неподвижного пространства.

Ньютон метафизически отрывает пространство, время и движение от самой материи, считая их некими самостоятельными сущностями, а не формами существования материи. По его учению, материя сама по себе является косной, лишенной самодвижения. Поскольку движение приходит к материи извне, он допускает в качестве первоисточника движения «первый толчок», исходящий от бога. Метафизический, механистический материализм Ньютона приводит его к непоследовательности, к серьезным срывам в проведении материалистической линии в объяснении природы, к фидеизму и мистике. Под влиянием платонизма кембриджской философской школы Ньютон принимаемое им бесконечное абсолютное пустое пространство, являющееся вместилищем материи, рассматривает как орган самого божества, как его «чувствилище», посредством которого бог непосредственно воспринимает все вещи материального мира.

В физике на протяжении XVII-XIX вв. развернулась борьба между ньютонианством и картезианством. В объяснении природы механический принцип был более выдержан у Декарта, чем у Ньютона, поскольку картезианская физика не признавала действия на расстоянии. Полемика Ньютона с картезианцем голландским физиком Гюйгенсом о природе света была борьбой двух точек зрения: Гюйгенс сводил свет к волнообразным колебаниям эфира, Ньютон же был противником этой теории. Главная заслуга Ньютона в оптике заключалась в том, что он положил начало спектральному анализу.

В своих взглядах на научное познание Ньютон стоит на стороне эмпиризма Бэкона и Лежка против рационализма Декарта.

Задачу науки он видит в том, чтобы из явлений движения познавать силы природы и затем из них выводить остальные явления. Он требует, чтобы в научном исследовании начинали с наблюдений и экспериментов и с разложения сложных явлений на простые элементы. Согласно Ньютону, в науке аналитический метод должен предшествовать синтетическому. На основе данных, полученных от наблюдений и экспериментов, надо вывести общие положения, разложить сложные явления на простые и от действий умозаключать к их причинам, в частности из познания движений перейти к открытию их движущих сил. В процессе научного познания, по учению Ньютона, вначале открываются частные причины, от них переходят к нахождению более общих, и, наконец, приходят к познанию самых общих причин. Лишь после открытия общих причин следует перейти к синтетическому методу, который из причин выводит вытекающие из них явления.

В своей борьбе против схоластики и картезианства Ньютон бросил лозунг: «Физика, берегись метафизики» (термин «метафизика» здесь в смысле «первой философии» Аристотеля, т е. в том смысле, в каком он употреблялся до Маркса). Но если в этом призыве заключалось предостережение беречься старой схоластической философии, то, с другой стороны, этот призыв звучит как совет физикам остерегаться всякой философии, т. е. как уклон в сторону позитивизма, который К. Маркс и Ф. Энгельс характеризовали как самую дурную философию.

Собственные научные исследования Ньютона носят стихийно-материалистический характер, но провозглашаемая им позитивистская тенденция в физике открывала лазейку в фидеизм и мистику, чему Ньютон отдал дань в своем мировоззрении. Упрекая картезианцев в чрезмерной смелости их гипотез и говоря, что они запутались в своих гипотезах, Ньютон противопоставляет картезианству свой научный метод, заявляя: «Гипотез я не выдумываю» («Hypotheses non fingo»). На самом деле в своих научных трудах Ньютон постоянно прибегал к построению гипотез и ему скорее следовало сказать: «Произвольных, не обоснованных, гипотез я не применяю».

Таким образом, если в теории Ньютон принципиально отгораживался в физике от всякой философии и в научном методе отвергал применение всяких гипотез, то на практике в своих исследованиях он выходил за рамки узкого эмпиризма, выступая как стихийный материалист и не чуждаясь гипотез.

Из английских мыслителей XVII в., которые придерживались рационалистического направления, заслуживает упоминания в истории логики Вальтер Чирнгауз (1651–1708), состоявший в переписке с Лейбницем и способствовавший формированию его философских взглядов. К истории логики относится его сочинение «Медицина ума» (1687 г.). Идеалом научного знания для Чирнгауза является математика со своим строго точным методом.

Сильное впечатление на него произвело письмо Декарта к Мерсенну, в котором говорилось о возможности всеобщего философского языка. Размышляя, какой должен быть словарь этого языка, Чирвгауз пришел к мысли, что он дан в готовом виде в картезианской геометрии, где все пространственные формы представлены в точных алгебраических формулах. Он отсюда делает вывод, что то же самое должно быть сделано и в науках о природе. Достижение этого – высшая цель всякой науки.

Исходя из рационалистических принципов, Чирнгауз считает истиной то, что выводится из общих логических оснований. Понять какую-либо вещь, значит воссоздать ее в своем уме; подлинное научное понятие о вещи мы получаем лишь тогда, когда нам удается в уме образовать ее или, лучше сказать, породить.

Научно познать вещь, значит познать условия ее возникновения, постичь ее причины. Первыми основами наук являются дефиниции, но, чтобы они соответствовали своему назначению, т. е. чтобы они были дефинициями, творящими науку, они должны заключать в себе мысль о том, как та или иная вещь возникает. Полный анализ вещи совпадает с задачей ее синтетического воспроизведения.

Чирнгауз говорит, что нельзя отделять индукцию и дедукцию, что они нуждаются друг в друге и взаимно дополняют друг друга. Он рассматривает эксперимент как вспомогательное средство для образования понятия о вещи, способствующее правильному образованию этого понятия и, с другой стороны, подлинное понятие является ключом для дальнейших новых наблюдений. Таким образом, наблюдение и эксперимент приводят к правильному понятию о вещи, а последнее – к плодотворной постановке новых наблюдений и экспериментов, гарантируя их научный характер. Сперва мы чисто абстрактно и гипотетически устанавливаем в уме возможности возникновения какой-либо вещи, затем предстоит задача глубже познать условия этого возникновения. Для этого нужен опыт, который детерминирует наше понятие о вещи, однако опыт не может стать на место понятия и полностью заменить его.

Эксперимент сам нуждается в надлежащем теоретическом осмысливании, и только при этом условии он может дать результаты, которых не может дать простой опыт. Наблюдения с экспериментами и теоретическая работа мышления по образованию понятий о вещах взаимно оплодотворяют друг друга.

Объекты мысли Чирнгауз делит на три класса: чувственно-наглядные, рациональные, или математические, и физические, или реальные, вещи. Представления первого класса, т. е. содержания чувственности, даются нам извне помимо нашей воли, объекты же второго класса (рациональные или математические), по мнению Чирнгауза, суть чистые создания самого человеческого ума, которые якобы не нуждаются ни в каком внешнем оригинале. Они представляют собой исключительно акт генетической конструкции. Получаемые этим путем объекты допускают различные способы возникновения. Так, окружность можно получить путем вращения прямой вокруг одной точки и путем сечения шара. Безразлично, прибегнем ли мы к тому или другому способу образования чисто математических понятий.