Читать онлайн «Сказкотерапия: от бублика до ватрушки». Страница 26

— Но от меня-то добыча не уйдет! — решительно заявила всему миру ежиха.

А тем временем ежата, притаившиеся под пледом и старательно сопевшие, пока мама пробегала мимо, словно стадо голодных кабанов, выскользнули из кресла и тоже направились на улицу.

Им было немного страшно, потому что неподалеку, как две маленькие луны, светились глаза филина. Ежата изо всех сил выгнули спинки, на которых мелко подрагивали иголочки, но носы их были гордо подняты.

— На нашу полянку? — спросил старший ежонок.

— Ну, конечно! — восторженно воскликнул младший, блестя глазками-пуговками, совсем как у мамы.

Бесшумно, словно маленькие тучки, поспешили ежата на свое излюбленное место для игр.

— Посвящаю тебя в ежи-никогда-не-сплюйцы! — торжественно провозгласил старший ежонок, возложив на голову младшего еловую шишку. — Отныне ты всегда будешь сторожем ночи на границах утра и вечера!

— Клянусь охранять ночь от посягательств солнца! — вступил младший ежонок. — А за это прошу у ночи разрешения изучать ее и растворяться в ней, как самый храбрый еж-никогда-не-сплюец!

— Твоя клятва услышана! — обманчиво спокойным тоном сказал старший ежонок. У него была припасена для посвящения братца одна не особо невинная шутка.

Но жизнь и ночь все равно сделали по-своему.

Из кустов, прикрывавших маленькую полянку, где резвились ежата, вдруг раздалось невнятное бормотание, и большая темная тень стала ломиться сквозь кусты.

— Мама! — вскрикнул младший ежонок. — Это же лис-шаман!

— Не говори ерунды, — отрезал старший, хотя иголки у него дрожали не меньше, чем у младшего. — Лис-шаманов не бывает!

— Ну да! А помнишь, папа рассказывал: они обманом заставляют повернуться ежиков пузиком, а потом съедают!

— Ты все еще веришь в сказки? — прищурился старший ежонок. — Скажи еще, что веришь в сову-подземку!

Тут из других кустов вылетело что-то лохматое и завыло хриплым голосом, а потом захохотало, прыжками перемещаясь по полянке.

— Сова-подземка! — еле слышно пискнул младший ежонок.

— Их не бывает, — неуверенно промямлил старший ежонок, стараясь скрыть дрожь в лапках.

Существо очередной раз прыгнуло и оказалось в лунном свете.

— Мама? — неуверенно произнес старший ежонок.

— Дети? — удивленно прищурила глаза-пуговки мама-ежиха.

— Мама, там чудовище! Там лис-шаман! — Младший ежонок прижался к ежихе и показал на кусты, с которыми все еще боролся темный силуэт. — Он заставит нас повернуться животиками кверху и съест?

— Это мы еще посмотрим, — ощетинилась мама-ежиха.

Кусты наконец поддались, и на полянку, освещенную подглядывающей луной, вывалился…

Когда семья ежиков добралась до домика, они расположились у камина и наперебой рассказывали, кто и что пережил этой ночью.

— Мама, мы понимаем, что ты очень переживаешь из-за нас, но мы совсем уже большие, и с нами ничегошеньки не случится, — сказал старший ежонок.

— Да! — поддакнул младший. — Мы почти победили лиса-шамана!

— Храбрецы мои, — улыбнулась мама. — Теперь я вижу, что в лесу с вами ничего не может случиться, кроме… папы. Но спать все равно нужно. Как иначе вы вырастите такими же большими и сильными, как… папа?

— Мы не умеем спать! Мы разучились спать! — завели было ежата…

Но потом младший сладко зевнул, а старший, посмотрев на него, махнул лапкой.

— Мы пойдем спать, но обещайте, что каждый вечер будете играть с нами в лиса-шамана и сову-подземку?

Ежики, мама и папа, переглянулись и утвердительно кивнули.

В небольшом городке, где обитали волшебники, жил… правильно, маленький волшебник.

Трудно быть волшебником, когда все вокруг тоже волшебники. То и дело мимо носа пролетает прямо по воздуху какой-нибудь важный спешащий волшебник или кто-то переносит тебя туда, куда тебе не надо, только потому, что ты стоишь на месте, где этот кто-то собрался приземлиться.

Но вы не думайте, что все волшебники — невежливые хулиганы. Просто они очень спешат. Им нужно развить и использовать свой талант с пользой. А разве можно все успеть, когда жить тебе отведено всего триста лет?

А вот маленький волшебник, назовем его Амадиник, никуда не спешил. Талантом Амадиника было создавать иллюзии. Прекрасные и воздушные. Яркие, сочные, сверкающие и великолепные. Но все иллюзии так недолговечны. Поэтому никто не требовал, чтобы Амадиник развивал и применял свой талант на благо городу.

А город, хоть и был небольшим, расцвел под руками волшебников, и даже сам император той земли немножко завидовал горожанам. Пару раз правитель планировал захватить и присвоить город, но останавливали его две причины: боялся император, что не справится с волшебниками и с позором будет изгнан. А еще он немного опасался, что не справится, то город увянет без волшебников. И зачем он тогда такой нужен?

Вот и сидел император в столице своей империи и потихоньку завидовал.

Амадиник, конечно же, ничего не знал об императорских желаниях.

Он просто брел посреди снующих туда-сюда волшебников. И вдруг его посетила мысль:

— Если я не могу быть волшебником, может, я смогу быть обычным человеком?

Забросив все свои дела, Амадиник завернулся в старый мешок, скрывший его яркие одеяния волшебника, и отправился в столицу империи.

Там тоже было много спешащих людей. Разница только в том, что здесь все люди могли передвигаться только по земле. Воздух и подпространства были им недоступны. И оттого, наверное, они были угрюмы и в три раза более деловиты, чем волшебники.

Амадиник подошел к старушке, которая остановилась передохнуть, и вежливо спросил:

— Где я могу найти работу, чтобы приносить людям пользу?

— Ты, видно, нездешний, — усмехнулась старушка. — Единственное свободное место в городе — у горшечника. Никто не может удержаться там. Потому что работа скучная и неприятная. Хотя горшечник предлагает жилище и еду. Попробуй пойти к нему. Уж у него-то ты точно будешь приносить пользу людям.

Расспросив, как дойти до дома горшечника, Амадиник поспешил в указанную сторону.

Горшечник встретил его с подозрением.

— Небось, неделю отработаешь и сбежишь, — сказал ремесленник, оценивающе поглядывая на Амадиника.

— Что вы! — воскликнул обиженный Амадиник. — Я хочу приносить людям пользу, а мне сказали, что лучше всего это делать здесь.

— Давай попробуем, — ухмыльнулся горшечник, глядя, как горячится Амадиник.

Вечером он поспорил с женой на десять монет, утверждая, что мальчишка сбежит через неделю.

Работа у Амадиника и впрямь оказалась неинтересная и неприятная. Ему нужно было чистить и чинить горшки, которые горожане приносили горшечнику. А приносили их много.

Амадиник выдержал неделю. Потом две. Потом месяц. Горшечник нахвалиться не мог на своего помощника.

Кормили Амадиника хорошо и много, но все равно с каждым днем он становился все тоще и хилее. Горшечник начал хмуриться. Уж он-то знал, от чего это и к чему обычно приводит.

Как-то раз жена горшечника принесла домой полевых цветов. Их оказалось так много, что несколько цветочков поставили даже в закутке, где Амадиник ковырялся с горшками.

— Вы такие красивые, — грустно сказал маленький волшебник цветам.

Амадиник почти забыл, что он волшебник. Но, увидев эти цветы, ему вдруг захотелось немного поколдовать. Убедившись, что никто за ним не подглядывает, Амадиник создал бабочку. Но бабочка не пожелала лететь к цветам, как того хотел Амадиник. Это была слабенькая иллюзия. Она не шла ни в какое сравнение с теми, что создавал Амадиник, живя в городе волшебников.

Мрачно глядя на неудавшуюся иллюзию, Амадиник махнул рукой, чтобы чары рассеялись. Но оказалось, что это была очень крепкая иллюзия, несмотря на свой хлипкий вид. Бабочка все же полетела и легла на горшок, который Амадиник только закончил чинить.

А надо сказать, что в этом городе все горшки были черными. Бабочка опустилась на горшок и прилипла. И так это украсило черный горшок, что Амадиник, недолго думая, создал еще несколько иллюзий и послал их на некрасивые бока посудины.

Весь оставшийся вечер Амадиник украшал горшки.

Утром уставший волшебник ожидал увидеть гору черных горшков. Горшечник каждое утро забирал у него мешок с товаром и отправлялся разносить его горожанам.

Но в это утро солнышко, проникшее в закуток Амадиника сквозь дырявые занавески, осветило горку веселых горшочков. Разноцветных, с изящными узорами, с радующими глаз сюжетами.

Амадиник ужасно обрадовался, а потом испугался. Вдруг такие горшки не возьмут обратно? Он сложил их в мешок и стал ждать горшечника. Тот не заметил, как дрожал от страха Амадиник, передавая ему мешок с заказами.