Читать онлайн «История целибата». Страница 71

Исключительное значение спермы в этой религиозной схеме вещей фактически исключает женщин как людей, которые могут пройти инициацию и приобщиться к рамананди. В ордене есть монахини, но они рассматриваются скорее как ученики, чем как святые женщины. На самом деле они так похожи на великое множество светских вдов, которые собираются в святых местах в ожидании смерти, что между этими группами нет почти или вообще никаких различий. Более того, женские монастыри рамананди известны под названием маиварас, где живут матери. Такой подход соответствует индуистским взглядам на женщин как на людей, мало подходящих для религиозного призвания, как за счет их неуправляемых страстей, так и потому, что главной целью их жизни является продолжение рода, что несовместимо с соблюдением целибата. Святые мужчины-индусы отвергают женщин. Отвергнутые женщины не могут соединяться с теми, кто их отвергает.

[430]

Одна уникальная в своем роде секта объединяет индийских женщин, при этом в основу ее духовности заложена не сперма, а целибат. «Брахма Кумарис» – дочери Брахмы, это современная секта, число членов которой в настоящее время доходит примерно до ста тысяч человек, причем большинство из них составляют мужчины. На деле и основателем ее был мужчина – Дада Лекхрадж, состоятельный ювелир из Синда, в то время составлявшего часть северной Индии, а теперь являющегося провинцией Пакистана.

До самого 1937 г., когда он основал секту «Брахма Кумарис», Лекхрадж производил впечатление благочестивого и порядочного семейного человека, исключительного лишь в том отношении, до какого предела профессия позволяла ему вступать в связи с малознакомыми женщинами. В их число входили даже обитательницы женских покоев во дворцах нескольких раджей и махараджей. Возможно, годы сравнительно интимных отношений с таким большим числом женщин вдохновили Лекхраджа на те взгляды, которые он позже распространял как учение, взгляды на природу и статус женщин, противоречившие традиционному индуизму, а для социальных слоев, к которым он принадлежал, звучавшие просто скандально. Дело было в том, что подобные Лекхраджу состоятельные мужчины, принадлежавшие к высшим слоям общества, организовывали мир своих женщин по образу и подобию мира высшей касты и высшего класса, основываясь на вековых традициях. Мужчин почитали как выросших дома божеств и мудрецов, высокое положение которых обеспечивалось еще и тем, что их жены и дочери почти не имели образования, им редко позволяли наблюдать за жизнью за пределами семейного гнезда. Это было справедливо, когда дела отрывали мужчин от дома на месяцы, а порой и на годы. Во время таких долгих расставаний женщинам полагалось оставаться дома и с нежностью вспоминать своих мужчин.

Однако во многих домах гармоничные отношения порой отравлялись упорно распространявшимися слухами. В отличие от их целомудренных жен, которые вели замкнутый образ жизни, в соответствии с этими слухами отсутствовавшие мужья в сексуальном отношении вели себя развратно, а некоторые даже содержали любовниц. Через непродолжительное время жены восставали. Многие больше не чтили как божеств и гуру своих мужей, опозоривших их брак. Кроме того, женщин возмущал и тот факт, что к ним относились лишь как к куклам, предназначенным для того, чтобы доставлять мужчинам сексуальные удовольствия.

Некоторые из этих женщин были подопечными Лекхраджа, и порой они признавались ему в своей неудовлетворенности и в том, что чувствуют себя несчастными. Но его особенно не волновали их признания, пока он не достиг без малого шестидесяти лет. Тогда его стали посещать видения, изменившие его жизнь и приведшие к тому, что поведение многих страдавших женщин Синда приобрело более решительный характер. Сначала ему явились боги Вишну и Шива, потом пророческое предвидение мира, разрушенного гражданской войной и стихийными бедствиями. Души мертвых возносились ввысь миллионами, «как мотыльки слетаются на свет».

Лекхрадж был глубоко потрясен. Он ликвидировал свое успешное ювелирное предприятие. Видения становились все более интенсивными. Жена и невестка все чаще заставали его в трансе, глаза ювелира излучали красноватое свечение, им казалось, что он чем-то похож на факельщика, внутри которого бушует огонь. Значительно позже Лекхрадж объяснял это как получение от высшего существа указаний о том, как «создать такой мир, как этот», точнее говоря, как тот, что раскрывался ему в видениях.

Лекхрадж сильно изменился. «Я душа, ты душа», – нередко произносил он нараспев. Кроме того, он проповедовал, собирая вокруг себя многих людей, в большинстве своем состоятельных женщин из его общины. В 1937 г. он назначил некоторых из них в руководящий комитет, ставший ядром «Брахма Кумарис», а вскоре передал комитету все личное состояние.

Реакция общественности Синда была неблагоприятной. Позже один мужчина вспоминал: когда стало широко известно, что молодые жены ходили на ашрам Лекхраджа и давали там обет соблюдения целибата, «со стороны их мужей возникало сильное противодействие… подлинная буря протеста как в самом городе, так и в провинции в целом»[431]. Особенно враждебно были настроены коммерсанты. Многие из них обладали достаточными состояниями и привыкли к хорошей жизни, которая включала сексуальные удовольствия. Требуя даже от замужних женщин, составлявших среди них большинство, давать обет целомудрия, «Брахма Кумарис» объявила войну традиционному индуизму.

Учение Лекхраджа, составившее основу его религиозной системы, не только помещало целибат в бесплодный центр движения, но одновременно осуждало половой акт как разврат, превращающий рай в ад. (Здесь неясно просматривается намек на некоторое сходство с христианским грехопадением, но лишь как разовое явление. Больше ничего в системе верований «Брахма Кумарис» не предполагает подобных взглядов.) Члены «Брахма Кумарис» полагают, что все люди представляют собой души, соединенные с физическими телами, и они существуют в хронологическом контексте исторических циклов морального и физического упадка, каждый из которых, разделенный на четыре равных периода, продолжается пять тысяч лет.

Изначально эти периоды были непорочными и совершенными. Мужчины и женщины были равными, ни соперничества, ни страданий не существовало. Причина такого совершенства крылась в отсутствии половых связей, на деле не нужных вообще, поскольку воспроизводство рода человеческого происходило за счет энергии йоги несексуальным путем. Однако со временем появилось эротическое совокупление. Постепенно, когда в их жизни стали преобладать пороки и мучения, люди, некогда походившие на богов, деградировали морально и физически. Небеса стали адом, и миром овладели плотские страсти.

Наряду с упадком норм поведения людей возникла зависимость женщин, порабощавшихся все более усиливавшейся похотью мужчин. Особенно уязвимы были жены и матери, на чью долю выпадали все унижения и несчастья, обусловленные их подчиненным положением. Задача членов «Брахма Кумарис» состоит в том, чтобы покончить с этим циклом и очиститься на земле с тем, чтобы возродиться во время или вскоре после непорочного начала каждого последующего цикла. Они скорее стремятся освободиться от греховных рождений, чем возрождения самого по себе, как в основном учении индуизма. Единственным способом достижения этого является отказ от того зла, которое несет с собой половой акт, и постоянно соблюдать целибат.

Разочарованным женщинам, недовольным зависимостью от ведущих свободный образ жизни мужей, целибат сулил неисчислимые награды. Прежде всего, его соблюдение соответствует выдвигаемому верой условию, обеспечивающему безукоризненные возрождения в будущем. Он также освобождает женщин от цепей замужества или униженного положения старых дев. Освобожденные от сексуальных страстей, они должны были обрести истинное духовное лицо и порвать путы, связывающие их с богопротивным материальным миром.

Движение «Брахма Кумарис» является своего рода ответом на неудовлетворенность женщин Синда. Некоторые мужчины также верили в его основополагающие истины и присоединялись к нему. Но главное в нем составляла радикально новая метафизика оценки женщин и представления их в позитивном свете, что обеспечивало им более высокое общественное положение. Такой подход противоречил традиционным индуистским воззрениям, в которых, как и в классических христианских представлениях, женщины представлялись как существа низшего порядка и корень зла. В религиозном плане это предполагало возможность преобразования общества. В социальном отношении такой подход сулил женщинам неслыханные возможности – в самом движении они могли быть учителями и руководителями. Он также подразумевал утверждение позиций их пола и кардинальную переоценку их существовавшего статуса. Воодушевленные этими новыми идеями, они объяснили скептически настроенным мужьям, что отныне и впредь будут жить вместе целомудренной жизнью и любить друг друга чистой любовью, полной духовной преданности и лишенной сексуального вожделения.