Читать онлайн «Вампиры и оборотни». Страница 86

HOMO FERUS

Одна из наиболее интригующих разновидностей, легенд об оборотнях связана с детьми, воспитывавшимися среди волков подобно диким зверям и в такой степени перенявшим привычки и повадки животных, что нормальная жизнь среди людей стала для них совершенно невозможной.

Мальчик-волк, как мы уже говорили, известен с самых далеких времен, а история Ромула и Рема — один из самых ранних засвидетельствованных случаев. Одичавшие дети, сами по себе имея лишь касательное отношение к легенде об оборотне, видимо, оказали определенное влияние на предания, сложившиеся вокруг этого ужасного существа, и только по этой причине уместно затронуть несколько наиболее известных случаев одичания.

Мальчик-обезьяна лет двенадцати, обнаруженный в джунглях на юге Цейлона играющим с обезьянами, был обследован врачами и представителями гражданских властей. Выяснилось, что он отставал в умственном развитии и был, видимо по этой причине, оставлен родителями в джунглях. Ребенок научился имитировать поведение обезьян и поэтому выжил.

Мальчик, которого назвали Тисса, не умел говорить и только вскрикивал и бормотал, как обезьяна. Он сидел, как обезьяна, и не мог стоять без посторонней помощи. Передвигался он только на четвереньках. Более того, когда ему дали тарелку с пищей, он вывалил ее на землю, перед тем как приступить к еде.

Важное различие между мальчиком-обезьяной и мальчиком-волком, которого мы вскоре будем обсуждать, — большая адаптируемость первого. Через несколько недель мальчик-обезьяна носил одежду и ел из тарелки. Мальчики-волки, как правило, остаются дикими, они совершенно неспособны к обучению.

Естественно, что в свете легенды об оборотне для нас более интересны мальчики-волки. Их можно разделить на две категории: ликантропы, на которых мы сосредоточим внимание, и дикие мальчики, обычно робкие дети, жертвы грубого и жестокого обхождения. (Мальчик-обезьяна, видимо, попадает во вторую категорию.)

Трудно предположить, конечно, что мальчик-волк есть нечто другое, нежели жертва случая или каприз природы, но вряд ли кто-нибудь будет отрицать, что его существование оказало огромное влияние на формирование легенды о ликантропе. Всякий, кто видел такого дикого ребенка, покрытого царапинами и болячками, со спутанными длинными волосами, грязного, принимающего позы, свойственные животным, с поломанными зубами и длинными, напоминающими волчьи когти ногтями, со смрадным дыханием, ртом, перепачканным кровью от съеденного сырого мяса, а кроме всего прочего, кто был свидетелем его свирепости и слышал напоминающие волчий вой и рычание, которые он издает, — тот не мог не содрогнуться.

Есть целый ряд факторов, необходимых ученым для констатации Homo ferus (дикий человек), особенно если речь идет о «ликантропическом» варианте. Его типичный представитель лишен многих присущих человеку черт: любви, обычных эмоций и особенно смеха; он молчалив, исключая те моменты, когда рычит, фыркает или воет; он ходит на четвереньках, как настоящее четвероногое; он не способен к жизни среди людей и должен вести существование, свойственное животным, и главное, он может жить без всякой человеческой помощи.

Короче, он должен обитать в лесу и находиться среди зверей.

Но есть и другие проявления Homo ferus, которые также нередко рассматривают в контексте оборотничества.

В одном из высокогорных аулов Кабардино-Балкарии появился дикий человек, одетый в звериные шкуры и самодельную обувь. Длинная густая борода закрывала почти полтела. Незнакомец с трудом произносил слова. Вот вкратце его история.

После изгнания немецко-фашистских войск с Северного Кавказа в годы Великой Отечественной войны в одном из аулов остались два полицая, верой и правдой служивших оккупантам. Чтобы избежать заслуженной кары за многие преступления, которые они совершили, полицаи бежали в горы, прихватив с собой винтовки и запас патронов — целый цинковый ящик.

Они ушли в самый глухой район, поселились в пещере, практически недоступной ни охотникам, ни туристам. Питались вяленым мясом горных туров, которое заготовляли впрок, и сушеными ягодами, кореньями, дикими фруктами, грибами и орехами — их было много в окрестных щедрых лесах и альпийских лугах. Так прожили они вдвоем восемь лет под страхом возмездия, не возвращаясь к людям и не зная, что война давно закончилась.

Один из бежавших заболел раком горла. Другой лечил его, заставляя глотать наперсток с заточенными краями на кожаном шнурке. Насильно вытаскивая его обратно, он зверски, жестоко «прочищал» горло напарника от опухоли, срезая острыми гранями наперстка живую ткань. Больной в конце концов скончался. И человек остался совершенно один, чтобы еще 28 лет прожить теперь уже в полном одиночестве. Он шил одежду и обувь из шкур горных туров. Они были здесь в изобилии, патронов хватало, а обветшавшая одежда окончательно рассыпалась.

Добровольный изгнанник разучился говорить, потому что за все годы лишь дважды видел людей, да и то на значительном расстоянии, так как боялся вступить в контакт со случайно забредшими в эти края туристами.

Во время одного из походов за многие десятки километров к полю, с которого изгнанник собрал початки кукурузы, он вдруг встретил кошку. Унес ее с собой в пещеру, и она скрасила существование пещерного жителя. Теперь их было уже двое. О ком-то надо было заботиться. Но через пару лет кошку сожрали не то лисы, не то волки.

И вновь одиночество… Теперь уже изгнанник его не вынес. Он решил наконец отдаться в руки властям и спустился в родное село. Здесь родственники с трудом признали его.

«Война кончилась?» — был его первый вопрос. «Сталин жив?» — второй.

Ему объяснили, что война закончилась свыше тридцати лет назад. Сталин давно умер, и по амнистии грешный полицай освобожден от ответственности за свои преступления.

Отшельника отмыли, одели, привели в порядок, выделили ему жилье. Как говорится, приняли в коллектив и даже женили.

Поразительно, что 60-летний старик внешне выглядел как 30-летний мужчина — ни одного кариозного зуба, ни одной морщины. Однако духовно он полностью деградировал, и старение его в обществе происходило стремительно. Буквально на глазах он увядал в непривычных для него условиях цивилизации.

Он так и не смог жить среди людей — вновь ушел из села в горы. Но теперь уже как пастух. Говорят, исправно исполнял свои обязанности, стараясь крайне редко появляться на людях. Или другой случай. В июне 1996 года в лесах Боснии была обнаружена Зейна Эльказ, 46 лет. В последний раз ее видели в ноябре 1992 года, когда ополченцы из числа боснийских сербов разрушили ее деревню Цвитовицы.

С тех пор минуло четыре зимы, температура иногда падала до минус 20. Зейну считали погибшей, но она прожила 44 месяца в убежище, сооруженном из ветвей и пластмассовой пленки, питаясь грибами, грецкими орехами и ягодами.

«Иногда бывало так холодно, что, когда я снимала носки, вместе с ними сходила и кожа», — говорит Зейна. Медведи подходили довольно близко, но она отгоняла их ударами палки по куску пластмассы.

«Мы научились сосуществовать. Медведь, бывало, заберется на дерево, сломит ветку, а потом на земле ест ягоды. Но он всегда что-то оставлял. Я думаю, для меня», — вспоминает Зейна.

Этот удивительный случай, пишет «Санди телеграф», напомнил и другие приключения современных Тарзанов. Вот хотя бы история Михаила Фоменко. Он родился в Тбилиси в семье Петра Фоменко и Елизаветы Мачибелли, имевшей княжеский титул. Они бежали в Австралию от сталинских репрессий в 1939 году.

Михаил стал отличным спортсменом, его собирались даже включить в сборную Австралии на Олимпиаду-56, но не вышло. Вскоре он почувствовал, что устал от цивилизации, и ушел в тропические леса в Северном Квинсленде. Охотился на диких кабанов с ножом, на птиц и летучих мышей с самодельным луком и стрелами. Питался также экстрактом из пальмовых листьев, ягодами, ловил рыбу со скал Тихоокеанского побережья, пищу готовил на костре около своей пещеры.

Он сталкивался со всевозможными препятствиями, особенно во время путешествия на лодке из Австралии в Папуа — Новую Гвинею. Однажды власти попытались объявить его сумасшедшим, но он сумел избежать неволи.

Долго о нем не было никаких сообщений. И вдруг автор узнает, что Фоменко решил поискать пристанище в городке Куктаун в связи с тем, что в лесах бушевал сильнейший тропический ураган. Он сказал репортеру, что все еще надеется найти свою Джейн.

— Да, я бы женился в любой момент, — заметил поседевший «Тарзан», которому 66 лет, — если бы встретил подходящую девушку. — Но я еще молод, впереди много времени.

Едва ли не самую большую живучесть среди дикой природы продемонстрировал румын по имени Григоре. В конце второй мировой войны он был командиром «Черного плаща», организации, созданной для того чтобы воевать с наступавшими коммунистами.