Читать онлайн «Запретная археология». Страница 45

Эти ранние «Тексты пирамид» были в конечном итоге дополнены и модифицированы и послужили источником для «Текстов саркофагов», а позже, вслед за дальнейшими изменениями, и для собрания текстов под названием «Книга выхода днем», более известных, как правило, как «Книга мертвых», архаические элементы которой восходят, как полагают, к очень древним временам.

Все эти тексты содержали указания о том, как без труда перейти в мир мертвых, как «возродиться» в посмертном существовании. К ним прилагались заклинания, гарантировавшие, что все пройдет успешно, вместе с заклинаниями для защиты от многочисленных опасностей, которые подстерегали умершего на пути в загробную жизнь, – они давали знания и обеспечивали защиту.

Божественным автором этих текстов считался бог Луны Тот. В главе шестьдесят восьмой «Книги мертвых» недавно почивший именуется как «имеющий книги божественных глаголов письмен бога Тота». Тот был богом письма, знаний, речи и магии, а также божественным проводником мертвых. Он вершил суд над мертвыми, выносил и записывал приговор. Неудивительно, что в погребальном районе Хемену (позднее известном как Гермополь), центре культа Тота, обнаруживается наибольшее число этих похоронных текстов.

Заключительная часть египетской «Книги мертвых» Усерхата, появившаяся около 1400 г. до н. э. в Фивах. Ее завершает изображение бога Солнца и поклоняющихся ему во время его восхода.

В качестве важного развития этой духовной традиции в конце второго тысячелетия до нашей эры заглавие «Книги мертвых» стало содержать слово саху, в значении «преображение», свидетельствуя о том, что эти тексты «трансформируют человека в ах» — то есть в «преображенный дух, ставший единым со светом».

Еще позднее, в четвертом веке до н. э., ряд «Текстов пирамид» и «Текстов саркофагов», бережно хранившихся на протяжении более тысячи лет в библиотеке храма Осириса в Абидосе, был воссоздан на папирусе; эти тексты были без обиняков названы «Текстами преображения» – текстами, приводящими мертвого к божественному свету. Глубокий мистицизм, который, без сомнения, всегда скрыто присутствовал в египетских текстах, окончательно проступил наружу – но, разумеется, только для жрецов в храме Осириса. Широкая публика не имела никакого доступа к этим знаниям, которые считались предназначенными лишь для избранных и держались в секрете.

Вряд ли можно считать совпадением появление поздней версии Тота, великой фигуры Гермеса Трисмегиста, с той же самой целью помочь преображению в свет – но преображению не мертвых, а живых.

Для храма, вроде храма Осириса, сохранение древних текстов в течение тысячи лет, по-видимому, не было чем-то необыкновенным; в большинстве культовых храмов имелось заведение, именовавшееся Домом жизни. Это был древнеегипетский аналог современного университета или семинарии: здесь была библиотека, где хранились свитки папирусов, и скрипторий, где переписывались и составлялись тексты. И здесь же была школа, где обучали искусству чтения, письма и ритуалов наряду с астрономией, магией, математикой, юриспруденцией и медициной. Возможно, эти предметы были распределены по разным отделениям, как это бы сделали в современном мире: в одной надписи упоминаются «отделения домов жизни, ведающие медициной». Писцы и жрецы получали в Доме жизни все необходимое образование, чтобы служить царю, государству или храму.

Первостепенной заботой Дома жизни было сохранение сакральной традиции. Важной задачей являлось обеспечение того, чтобы продолжали свое существование великие священные книги ритуалов и заклинаний. На территории все того же Дома жизни посвящали жрецов, тех самых жрецов, которые по окончании курса своего обучения проводили в храмах магические обряды. Оппоненты не замедлили обвинить писцов Дома жизни в колдовстве и магии. Естественно, что большая часть того, что они изучали, держалась в тайне. Некоторые из магических заклинаний, переведенных археологами, содержат положения, требующие, чтобы, вследствие их важности, их никогда никому не открывали за пределами стен Дома жизни.

Этот институт имел фундаментальное значение для древнеегипетского общества, ибо сохраняемые им священные тексты являлись основой сакральных ритуалов, которые составляли самую сердцевину египетской культуры. Без этого превращенного в ритуал пестования традиций культуру ожидал распад.

О значимости и высоком положении жрецов Дома жизни было лаконично сказано на стеле Птолемея, ныне хранящейся в Лувре: «О, все вы, жрецы, которые проникаете в глаголы бога и сведущи в письменах, вы, которые просвещены в Доме жизни и открыли пути богов… вы, которые высекаете гробницы и истолковываете тайны…»

В 332 году до н. э. греческая армия Александра Великого вторглась в Египет. Ему потребовалась всего неделя, чтобы войти победителем в столицу, Мемфис. Там, по свидетельству современников, он был коронован. Никогда больше урожденный египтянин не будет править как фараон Египта.

20 января 331 года до н. э. Александр основал в свою честь город Александрию, где он в конце концов и будет похоронен. Почти на 300 лет она станет домом для греческих царей и цариц семейной династии Птолемеев, последний из которых, знаменитая Клеопатра, умрет в 30 году до н. э.

Александр Великий оказался непобедим. Он был величайшим из завоевателей, которых к тому времени узнал мир. И однако, проследив за началом работ в своем новом городе, он сделал нечто неожиданное и очень странное: с горсткой людей он исчез в западной пустыне. Он искал отдаленный оазис, где находился древний храм и оракул египетского бога Амона-Ра, которому он желал задать некие важные вопросы.

Амон-Ра является, может быть, наиболее мистическим из всех египетских богов. Амон был известен как «скрытый» бог; Ра был животворящим солнцем. Сочетание обозначало вечную и вездесущую божественную силу, скрытый и невидимый мистический свет, пронизывающий и оживляющий мир.

В какой-то момент своего путешествия Александр сбился с пути и едва не умер, прежде чем, восемь дней спустя, добрался до места назначения, оазиса Сива. Там его проводили в храм Амона-Ра, под пристальной опекой жрецов. В этом храме Александр испытал глубочайшее переживание в своей жизни, переживание, которое отныне повлияло на его поступки, но по поводу которого он сохранял величайшую таинственность. Все, что нам известно, это скудное заявление жрецов, что Амон-Ра принял Александра в качестве своего сына: он стал «сыном бога».

После завоевания, в Египет хлынули греческие искатели приключений, большая их часть – чтобы извлечь выгоду из своего положения представителей правящего класса, владеющего баснословно богатой страной. Другие приезжали, чтобы узнать все то, что могли узнать в храмах, несмотря на то, что жрецы славились своей скрытностью и относились к грекам с презрением, считая их немногим лучше варваров. Но греки любили знания: цари построили знаменитую библиотеку в Александрии, где ученые могли жить бесплатно, а проживание и еда оплачивались из царской казны.

Со всех книг снимались копии и переводились на греческий язык. Заказывались истории всякой известной страны, а завершенные труды помещались в библиотеку. Всякое заходившее в Александрию судно, о котором было известно, что оно везет на своем борту книги, должно было отдавать их в библиотеку, а взамен получать копии. По всей империи скупались и доставлялись сюда частные библиотеки. Знания процветали, но знания определенного типа. Ибо знания также имели и политический подтекст; они способствовали культурному господству. Во многом так же, как в современном мире Голливуд и американское телевидение распространяют по всему миру английский язык и американские ценности (спортивную обувь, силиконовые груди и гамбургеры).

Поначалу, видимо, египетские жрецы полагали, что греки придут, разворуют все, что можно унести, и в конце концов покинут страну. Но египтяне недооценили своих захватчиков; греки проявляли гибкость и умело вели политические игры. Со временем египтяне осознали свою ошибку; греки и не собирались уходить. А благодаря школам и библиотекам, которые они создали, население Египта – особенно дети – обучалось греческому языку, греческой культуре, греческим ценностям, словом, стало воспитываться в греческом духе.

На каком-то этапе, никто не знает когда именно, египетские жрецы осознали, что их древним традициям и знаниям угрожает реальная опасность быть утраченными. Они предприняли шаги, чтобы сохранить их. Они радикально поменяли свой подход. Для населения, воспитанного в духе греческой культуры, жрецы начали излагать свои древние учения на греческом языке. Начали учить и начали посвящать в таинства. Придумали систему, которая могла существовать сама по себе за пределами храмов и за рамками какой-либо религиозной иерархии.