Читать онлайн «Вселенные: ступени бесконечностей». Страница 78

Когда человечество в конце первой трети ХХI века неожиданно для себя (но предсказуемо с точки зрения уже тогдашней метанауки многомирий) оказалось в ситуации, когда для выживания стал необходим альтруизм (толерантность), а не агрессия, люди оказались к такой ситуации не готовы. Этим объясняются многочисленные жертвы в дни, когда реальность менялась в связи с переходом (Журбин, 2026) в менее вероятное, с точки зрения физики эвереттовского многомирия, состояние.[100] Затем был второй этап вынужденного приспособления человечества к необходимой толерантности — после эксперимента Бердышева (2027, 2031). Сыграла свою роль и катастрофа в ашраме (Саркисян, 2025).[101]

Я говорю сейчас не о научном значении экспериментов, ставших вехами в развитии человечества как метавидуума, а о нравственных, моральных, этических принципах, об изменении психологии человечества, вынужденного в чрезвычайно краткий период (что такое три десятилетия по сравнению с предшествовавшими тысячелетиями эволюции?) осознать необходимость изменения норм своего существования в данной реальности («здесь и сейчас»). Альтруистская (толерантная) модель поведения оказалась не просто востребованной жизненными обстоятельствами, она оказалась необходимой для выживания человечества в новых условиях многомирия.

О том, что многомировое сознание (бытийность в состоянии мультивидуума, мегавидуума и метавидуума) невозможно без всеобщей толерантности, писал еше в начале ХХI века (Лебедев, 2000, 2009). Этот вывод следовал из сугубо физических, казалось бы, идей — идей склеек реальностей, в частности. Однако до тех пор, пока человечество не оказалось перед настоятельной необходимостью психологической перестройки (толерантность или гибель!), общество не обращало внимания на идеи основоположников многомировой метанауки.

Ни футурологи, ни научные фантасты не сумели создать таких сценариев развития человечества, при которых мир или быстро приходит в полный упадок из-за отсутствия толерантности при нарастающем лавинообразно числе контролируемых направленных склеек, быстро разрушающих социум, или выживает и приобретает новый мощный импульс для развития — в результате всеобщего распространения толерантности.

Более того, именно в первой трети ХХI века, когда физическая наука, а затем психология квантового наблюдателя (деятеля), открывали новые законы и закономерности бытия в многомирии, появилось немало литературных произведений, отвергавших толерантность и альтруизм как нормальное человеческое волеизъявление. Возможно, фантасты, как это часто бывало, интуитивно ощущали назревавшие революционные перемены, но — и это также случалось часто, а то и слишком часто! — воспринимали эти перемены не как повод для объективного анализа, а, напротив, повод для создания литературного апокалипсиса, парадоксальным образом ставшего результатом толерантного поведения в обществе.[102]

Существует очень много исследований, анализирующих начавшийся переход среднестатистического сознания от агрессивной модели поведения к толерантной. В этой книге я не ставил своей целью анализ современных политических систем, процесса глобализации и иных глобальных политических и экономических процессов в переходный для человечества период, когда все более значительная часть не только физиков, математиков, биофизиков и психологов, для которых многомирие стало объективным фактом, но определенная, пусть пока и небольшая, часть «остального» человечества понимает, что цивилизация существует как метасистема в бесконечном наборе реальностей. Цель моей книги была более локальной: описание и анализ, в основном, теоретических положений метанауки о многомирях, а также психологические и эволюционные эффекты и применения новых законов. Анализ системы «Многомирия и метавидуум человечества» в настоящее время еще не может быть произведен адекватно, поскольку человечество пока разобщено (количество стран в Организации Объединенных Наций достигло 219), число религиозных учений и сект (по состоянию на декабрь 2056) достигло 34 465, причем это лишь зарегистрированные и участвующие в открытой политической и религиозной жизни организации. Понятно, что осознание человечеством в целом своего места в многомировой системе еще предстоит, и анализ этого процесса придется делать нашим потомкам, в чем я им сочувствую, поскольку такой переход наверняка станет (и уже становится) самым сложным эволюционным процессом за всю историю. Эволюционисты, рассматривающие происходящие в обществе процессы с многомировой точки зрения, проявляют осторожный оптимизм, утверждая (пока в качестве гипотезы), что переход человечества к существованию в многомирии есть процесс объективный и, следовательно, единственно возможный.

Я не рассматривал в книге развитие квантовой теории сознания, это отдельная очень сложная тема. О современной теории квантового сознания написаны десятки трудов — как сугубо научных, так и научно-популярных. Это, прежде всего, работы Евсекта, Корнбуха, Офицеровой и Дальновой (2051), Lao She, Ginzburg & Kovermenn (2052).

Человек получил, наконец, возможность осознаать свою мультиверсальность, осознать, что он реально многомировым существом и может, при наличии определенных начальных и граничных условий, принимать решения на уровне не только мультивидуума, но мега- и метавидуума. Сейчас уже практически любой сознательный наблюдатель (деятель) способен воспринимать себя мультивидуумом, и состояние, которое прежде называлось озарением и считалось чуть ли не проявлением божественного провидения, стало воспроизводимым в любое время. Результат: в последнее десятилетие происходит взрывное развитие практически всех наук — не только математических и связанных с физико-психологией многомирий, но и таких, как история и социология, поскольку у ученых появилась возможность исследовать практически бесконечное количество «ветвлений в прошлое», если говорить об эвереттовском многомирии, и практически бесконечное число альтерверсов других типов многомирий с их альтернативными историческими процессами.

Идентичные миры также бесконечно разнообразны, несмотря на то, что отличия между ними не выходят за пределы многомировой квантовой неопределенности. Это исключает, например, возможность повторного перехода (склейки) в одну и ту же РОР. Главное отличие идентичных миров от всех прочих миров всех типов многомирий: в идентичных мирах действуют одинаковые (в пределах квантовой неопределенности) физические законы, и это исключает любые склейки и взаимодействия между альтерверсами, если в одном из них, например, сила тяжести меняется как квадрат расстояния между телами, а в другом — как куб или первая степень.[103]

В истории науки происходило немало революций, менявших наши представления о мироздании. И вполне возможно (даже наверняка), что и нынешнее представление о мироздании как многомирии многомирий — далеко не окончательное.

На Земле живут еще миллиарды людей, для которых осознание собственного мультивидуального состояния находится пока за пределами возможностей. Иногда исследователи многомирий пишут о том, что на планете сейчас сосуществуют две (возможно, гораздо больше) ветви человечества. Сотни миллионов сознательных наблюдателей (деятелей) живут (и осознают это) в многомирии многомирий, сообразуя свои мысли, желания и поступки с новым статусом человечества в мироздании. Однако девять миллиардов человек продолжают жить, как жили их предки — для большинства из них многомирие, в которое им предлагают «переселиться», так же чуждо, как чужды были в ХVIII веке идеи просвещения большей части населения Франции и как чужды были идеи восточных философий и религий жителям Европы даже в, казалось бы, спутавшем все расовые и культурные границы ХХ веке.

В прочитанной вами книге я не касался сложных цивилизационных проблем, нарастающих подобно снежному кому, проблем, «разводящих» по разные стороны баррикад две упомянутые части человечества. В одной и той же РОР сосуществуют Институт поводырей и религиозные войны между различными направлениями ислама, все еще приводящие к гибели многих тысяч людей. В последнем случае и говорить не приходится о понимании даже собственной мультивидуальной природы, а способность производить склейки выглядит сверхъестественным чудом.

В то время, как западная юридическая система энергично воспринимает и использует изменившиеся возможности и целеполагания сознательного наблюдателя, в странах ислама продолжает господствовать шариатский суд, делая цивилизационный разрыв все более глубоким и, по мнению ряда исследователей (напр., Jobin, 2049), принципиально непреодолимым.

Столетие со дня опубликования диссертационной работы Хью Эверетта отмечается в дни, когда, с одной стороны, человечество получает возможность взрывной эволюции и перехода в осознаваемое состояние многомирового наблюдателя (деятеля). Перед человечеством открываются возможности, о которых, как любят говорить популяризаторы, не мечтали и фантасты ХХ века. Небольшая статья, напичканная формулами и мало кому понятными фразами о решении уравнения Шредингера, провела границу между прошлым и будущим человечества — единственного, как мы сейчас предполагаем, разумного метавидуума в идентичных альтерверсах всей бесконечно большой системы многомирий.