Читать онлайн «История России. XX век. Деградация тоталитарного государства и движение к новой России (1953—2008). Том III». Страница 88

В результате катастрофы Припять стала мертвым городом. Вне зоны поражения был возведен новый город – Славутич. Работы по ликвидации последствий аварии велись еще долгое время. К ним привлекались воинские части, курсанты училищ химической защиты, призванные из запаса военкоматами специалисты, которых в народе стали называть сокращенно «ликвидаторами». Многие из этих людей получили серьезные дозы радиоактивного облучения и стали инвалидами на всю жизнь. Не закончены работы по последствиям ликвидации аварии и по сей день.

Суд, приговорив директора Чернобыльской АЭС Брюханова и его ближайших помощников к длительным срокам тюремного заключения, ни слова не сказал о системном характере трагедии, расплачиваться за которую, проявляя при этом героизм, должны были ни в чем не повинные люди.

3 июля, на Политбюро, М. С. Горбачев говорил о Чернобыле: «Ситуация очень серьезная. Ни в коем случае не согласимся ни на какое шапкозакидательство: мол, ничего особенного, бывает… Происшедшее – событие чрезвычайного порядка, близкое к применению оружия массового уничтожения… Мы понесли огромные потери, и не только в экономике. Были и будут жертвы. Нам нанесен политический ущерб. Поставлен под сомнение уровень всей нашей работы в области энергетики. То, что произошло, дискредитирует нашу науку и технику. Ситуация очень серьезная. И ни в коем случае мы не согласимся ни при решении практических вопросов, ни при объяснении практических вопросов скрывать истину. Мы несем ответственность и за оценку происшедшего, и за правильность выводов. Наша работа теперь на виду у всего народа и у всего мира. И думать, что мы можем ограничиться полумерами и ловчить, недопустимо. Нужна полная информация о происшедшем. Трусливая позиция – это недостойная политика».

Вскоре после Чернобыльской катастрофы был, впервые за семьдесят лет, снят запрет на публикацию репортажей об авариях, повлекших многочисленные жертвы, о стихийных бедствиях и о том, чего в СССР якобы не существовало: о взяточничестве, воровстве, наркомании, проституции, СПИДе. Облик советской прессы начал меняться.

Чернобыль: долг и мужество: В 2-х т. М.: Изд-во Минатома России, 2001.

А. В. Иллеш, А. Е. Пральников. Репортаж из Чернобыля. М.: Мысль, 1988.

В. А. Легасов. Из сегодня в завтра. М., 1996.

С. Алексиевич. Чернобыльская молитва: Хроника будущего. М.: Время, 2008.

Сразу после прихода к власти Горбачев, наряду с разработкой мер внутриполитической перестройки, обратился к обоснованию нового внешнеполитического курса. Его суть заключалась в установлении полномасштабного мирного сосуществования с некоммунистическими странами, замораживании и даже прекращении холодной войны. Инициатор перестройки был убежден, что масштабные внутриполитические преобразования неосуществимы без высвобождения огромных средств, тратившихся на оборону, что создать в СССР «больше социализма» невозможно без прекращения гонки вооружений. Серьезность внешнеполитических замыслов Горбачева подтверждалась радикальными кадровыми переменами: во главе Министерства иностранных дел вместо Андрея Громыко, давно и прочно известного на Западе как «Мистер «Нет», был назначен прагматичный Эдуард Амвросиевич Шеварднадзе, а ответственным за идеологическое обеспечение нового внешнеполитического курса и его куратором от ЦК КПСС был утвержден опальный в недавнем прошлом свободомысл Александр Николаевич Яковлев.

Внешняя политика Горбачева была от начала до конца весьма последовательна, снискав советскому руководителю необычайную популярность в мире, особенно в странах Запада. Горбачев первым из большевицких лидеров не только на словах, но на деле отказался от фундаментального коммунистического принципа всемирного социалистического государства, от агрессивного ленинско-сталинского наследия во внешней политике.

ДОКУМЕНТ

В 1985 г. А. Н. Яковлев писал в докладной записке Горбачеву: «Политические выводы марксизма неприемлемы для складывающейся цивилизации, ищущей путь к примирению. Мы уже не имеем права не считаться с последствиями догматического упрямства, бесконечных заклинаний в верности теоретическому наследию марксизма, как не можем забыть и жертвоприношений на его алтарь».

Сразу после прихода к власти Горбачев объявил односторонний мораторий СССР на проведение подземных ядерных испытаний (сохранялся до конца 1986 г.), а 15 января 1986 г. выступил с инициативой уничтожить все запасы ядерного оружия в мире к 2000 г. Во время первой встречи с президентом США Рональдом Рейганом в ноябре 1985 г. правитель СССР проявил готовность к самым смелым соглашениям и радикальным уступкам, понимая, что продолжение «гонки вооружений» разрушит экономику СССР.

Свидетельство очевидца

Готовясь к встрече в Рейкьявике с Рейганом, Горбачев в начале октября 1986 г. объяснял своим помощникам: «Наша цель – сорвать следующий этап гонки вооружений. Если мы этого не сделаем, опасность для нас будет возрастать… Мы будем втянуты в непосильную гонку, и мы ее проиграем, ибо мы на пределе возможностей… Поэтому сорвать гонку – задача задач». – А. С. Черняев. Совместный уход. Дневник двух эпох. С. 696.

В документах партийного съезда появилось крылатое выражение горбачевской поры – «новое мышление». Оно использовалось, прежде всего, для разговора о внешней политике и подразумевало тихую ревизию сталинского идеологического наследия противостояния холодной войны. В углубление хрущевского тезиса о «мирном сосуществовании» Горбачев и его образованные помощники начали говорить о том, что безопасность в ядерный век «неделима». Иначе говоря, начисто отвергался сталинско-ждановский тезис о противостоянии «двух лагерей». Поэтому выражение «новое мышление» вызвало раздражение в международном аппарате ЦК. Ветеран Коминтерна, глава Международного отдела Борис Николаевич Пономарев ворчал: «Пусть американцы меняют свое мышление!» Но открытой оппозиции генсеку не было, да и сам термин на первых порах воспринимался как дань пропагандистской риторике «мирного сосуществования». Никто не мог предполагать, что в дальнейшем под флагом «нового мышления» произойдет демонтаж коммунистической идеологии в СССР.

17 сентября 1987 г. Горбачев поместил в «Правде» статью, где дал теоретическое обоснование своим действиям: отказ от «классовых интересов» во внешней политике, первенство «общечеловеческих ценностей», призыв к «новому мышлению». Горбачев призывал сограждан осознать единство мира, ценность, взаимозависимость всех стран, государств, народов. Такой призыв никогда не звучал из уст коммунистических правителей. «Новое мышление» способствовало росту доверия Запада к руководителям СССР.

Традиционному для СССР агрессивно-идеологическому определению приоритетов внешней политики, основанному на догме непримиримой классовой борьбы, был противопоставлен примат общечеловеческих ценностей и интересов. Среди общечеловеческих ценностей главными были признаны, что совершенно необычно для коммунистической идеологии и, тем более, практики, сама человеческая жизнь, благоденствие каждого отдельного человека и человечества в целом. Ради них страны и народы должны были преодолеть классовые, национальные и государственные разногласия, объединившись в решении глобальных проблем разоружения, сохранения окружающей среды, преодоления голода, нищеты, болезней и иных бед.

В декабре 1988 г. Горбачев выступил на Генеральной Ассамблее ООН и заявил, что применение силы в международных отношениях не может быть оправдано никакими интересами. Это заявление было воспринято с особым вниманием в странах Восточной Европы – но некоторые еще сомневались, будет ли Генеральный секретарь следовать высоким принципам, если начнется выход стран региона из коммунистического блока.

В практической реализации «нового политического мышления» центральное место заняли отношения СССР с США. В течение шести лет пребывания Горбачева у власти между ним и президентами США, сначала Рейганом, а затем Джорджем Бушем-старшим, состоялось несколько официальных переговоров и встреч, в ходе которых были достигнуты немыслимые в прежние годы договоренности.

Уже в апреле 1985 г. Горбачев объявил об одностороннем моратории на развертывание советских ракет средней дальности (СС-20) в Европе. Это решение было подготовлено предыдущим руководством, но требовало политической воли для своего претворения в жизнь. Испытания и дальнейшая разработка новой советской ракеты средней дальности «Скорость» была отменена. В ноябре 1985 г. Горбачев встретился с Рейганом в Женеве, в октябре 1986 г. – в Рейкьявике и в декабре 1987 г. в Вашингтоне. Они согласились на обоюдную ликвидацию ракет средней дальности. Было решено уничтожить ракеты средней (от 1000 до 5500 км) и меньшей (от 500 до 1000 км) дальности на основе американского «нулевого варианта», который до Горбачева советским руководством категорически отвергался. Окончательный договор (Договор по РСМД) был подписан в Вашингтоне 8 декабря 1987 г. и вступил в силу 1 июня 1988 г. В итоге США уничтожили 247 «Першингов-2», а СССР – 660 ракет типа «Пионер». Было уничтожено и много другого атомного оружия средней и меньшей дальности.