Илья Рухленко - Что ответить дарвинисту? Часть II

Читать онлайн «Что ответить дарвинисту? Часть II». Страница 115

Автор Илья Рухленко

Кроме того, в эту группу входит еще несколько обособленных популяций мух с пока еще не до конца выясненным таксономическим положением, которых мы здесь упоминать не будем.

И это, пожалуй, самые поразительные факты из всех озвученных. Как я уже говорил выше, установлено, что яблоневые мухи активно «воротят нос» от запаха боярышника, а боярышниковые мухи, наоборот, от запаха яблок. Хотя эти фрукты, оказывается, прекрасно подходят для развития личинок и тех и других. Вот такая вот она (на самом деле) «беспощадная борьба за выживание». Результат «жесточайшей конкуренции за все доступные ресурсы». Когда мухи в прямом смысле слова воротят нос от этих ресурсов. То есть, это такой (очередной) привет «рожденной на кончике пера» (кабинетной) «теории эволюции» от реальной живой природы.

Абиогенез – это псевдонаучное фэнтези про «естественное самозарождение жизни в грязной луже», где под «грязной лужей» подразумевается то грязная лужа, то зарождение жизни в каких-нибудь геотермальных источниках, то образование «самовоспроизводящихся РНК» в порах каких-нибудь минералов, или какая-нибудь другая подобная дичь, совершенно невозможная с химической точки зрения.

Так называемый «храповик Меллера». Гипотеза «храповика Меллера» первоначально была использована только для организмов, размножающихся бесполым путем. Но ничего не мешает расширить этот же механизм и на организмы с половым размножением. Потому что с одной стороны, организмы с половым размножением могут эффективно избавляться от груза вредных мутаций за счет рекомбинации, но с другой стороны, у организмов с половым размножением (диплоидных) только что возникшие вредные мутации тут же прикрываются здоровой копией этого же гена, что теоретически позволяет вредным мутациям избежать «очищения» отбором. И в результате в популяциях имеют возможность закрепиться не только слабо-вредные мутации, но даже просто вредные.

То есть, сразу целыми системами ландшафтов.

Все четыре изображения – фотографии, взятые с сайта https://commons.wikimedia.org/wiki/Main_Page со свободным доступом.

Из всех наземных хищных млекопитающих, самые длинные клыки (относительно размеров черепа) сегодня, кажется, имеет дымчатый леопард. Но даже и его клыки серьезно отстают, например, от «сабель» травоядного мускусного оленя кабарги или водяного оленя.

За исключением лишь моржей и некоторых видов особо зубастых рыб.

Кажется, что если использовать «саблезубые» клыки, то вследствие их величины ими можно только эффективно бить (колоть), резко опуская голову (см. напр., Wroe et al., 2005). Потом (уже вонзив клыки), наверное, можно еще попытаться вспороть тело жертвы (хотя для слишком длинных зубов при этом более высок риск поломки). В то время как клыками нормальной величины можно спокойно (сильно) кусать, при этом крепко сжимая челюсти (современные хищные млекопитающие, рептилии и большое число хищных рыб). А так же «отрезать» куски (пираньи, акулы) или вспарывать тело жертвы (многие хищные животные с зубами нормальной величины). Авторы соответствующего исследования, в котором моделировалась сила укуса вымершей саблезубой кошки Smilodon fatalis, пришли к выводу, что укус этого крупного саблезубого хищника был примерно в три раза слабее, чем укус льва при сравнимой массе тела (McHenry et al., 2007). Кроме того, саблезубые кошки не могли рисковать, убивая своих жертв в движении – их зубы и даже череп рисковали от этого повредиться (McHenry et al., 2007). То есть, в этом отношении Smilodon fatalis резко отличалась от современных крупных кошачьих, которые без вреда для себя вцепляются зубами в движущиеся жертвы, масса которых может достигать нескольких центнеров.

Рисунок сделан на основе изображения со свободным доступом с сайта https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Beutelwolf_fg01.jpg (ссылки на автора и лицензию указаны на сайте).

Следует обратить внимание, что морфология обсуждаемых черепов копирует друг друга всё-таки не абсолютно точно. Черепа отличаются. Например, у волка шесть передних резцов, а у тилацина – восемь. Тем не менее, общая форма (если можно так сказать) повторяется почти «один в один».

Или даже (по другим оценкам) от 0 до 20 млн. лет.

«Относительного» потому, что в более ранних (докембрийских) отложениях обнаружены более ранние фауны многоклеточных животных (так называемые эдиакарская и хайнаньская фауны). Однако они, по всей видимости, не были предковыми для той фауны, которая появилась в кембрии, и не показывают того разнообразия, которое характерно для кембрийской фауны. В связи с этим, российский палеонтолог Кирилл Еськов метко назвал эти ранние фауны «черновиками Господа Бога» («Знание – Сила», 2001, № 6).

А по сравнению с целым рядом современных групп членистоногих – даже лучше.

Кстати, отсюда получается (если продолжать упорно рассуждать в рамках теории эволюции), что большая часть огромного разнообразия современных членистоногих, которые устроены проще, чем, например, высшие раки (Malacostraca), получилась не в ходе постепенного (эволюционного) усложнения организации, а наоборот, путем упрощения исходных раннекембрийских животных. Что звучит несколько забавно.

Сингулярность – это воображаемое особое состояние некоего «ничего», из которого воображаемо возникла вся Наша Вселенная примерно 13 млрд. лет назад (с точки зрения современных физиков). Вот и новые типы животных, похоже, тоже «выпали из сингулярности» в раннем кембрии. То есть, из ниоткуда и сразу в готовом виде.

И еще останки какой-то неопознанной мухи.

Альтернативная ссылка на изображение: http://i.blogs.es/c3f65d/defensa quimica/450 1000.jpg

Глава «Палеонтологическая свинья возрастом 395.000.000 лет» в первой части книги.

«Живые ископаемые» – это такие биологические таксоны, которые просто «забыли» про эволюцию. Они практически не изменились за десятки и даже за сотни миллионов лет, вплоть до наших дней.

Предложенный ряд эволюции разных групп мечехвостов (друг в друга), наверное, выглядит достаточно убедительным. Особенно потому, что демонстрирует еще и определенную направленность изменений (эволюционные тенденции). Но ведь и построенный эволюционный ряд «выхода рыб на сушу» – тоже выглядел ничуть не менее убедительно. До тех пор, пока не был обрушен одним-единственным открытием (см. главу «Палеонтологическая свинья возрастом 395.000.000 лет» в первой части книги).

«…крайняя редкость переходных форм в летописи ископаемых останков продолжает быть профессиональным секретом палеонтологии…» (Gould, 1977).

Глава «Когда молекулярная биология не молчит, о чем она говорит?» в первой части книги.

Из резюме оригинального исследования (Gallant et al., 2014):

Наши результаты показывают, что, несмотря на миллионы лет эволюции и большую дивергенцию в морфологии клеток электрического органа, независимые линии выработали схожие факторы транскрипции и эмбриональные и клеточные пути в эволюции электрических органов.

Глава «Когда молекулярная биология не молчит, о чем она говорит?» в первой части книги.

Что, кстати, наводит на соответствующие аналогии с дарвинизмом в биологии.

Биологический энциклопедический словарь / Гл. ред. М.С. Гиляров; редкол.: А.А. Баев, Г. Г. Винберг, Г.А. Заварзин и др. – М.: Сов. Энциклопедия. 1986. – 831 с.

Да и Антарктида примерно 15 млн. лет назад, согласно существующим представлениям, начала резко «замораживаться». И по этой причине теоретический «мост», только что нарисованный нашим воображением (из Огненной Земли до Кергелена через Антарктиду) должен был прекратить свое существование.