Читать онлайн «Ближний Восток: война и политика». Страница 53

Конгресс состоялся в мае 1919 г. На нем были представлены делегаты от различных городов Сирии, Палестины и Ливана. Конгресс отверг любого рода иностранную опеку, потребовал полной независимости единой Сирии, включая Палестину и Ливан, и провозгласил Фейсала ее королем. Это загнало Фейсала в западню, которую он сам себе создал, и отныне был вынужден идти на поводу этих решений конгресса.

После захвата Сирии французами и ликвидации королевства Фейсал был вынужден бежать. Впоследствии, дабы хоть как-то выполнить данные его семье обещания, англичане сделали его королем подмандатного Ирака, а его брата Абдаллу – эмиром в новообразованном эмирате Трансиордания, который отделили от подмандатной Палестины в 1922 г.

Неудачный опыт создания арабского национального государства вызвал разочарование в идее арабского единства у многих ее сторонников. Арабский национализм уступил место локальным формам национализма – национализму собственно сирийскому, палестинскому, иракскому и т. д. Подводя итог, можно выделить следующие причины провала арабской национальной идеи:

– ее незрелость и политическая неискушенность ее проводников. Арабской национальной идее было непросто укорениться в сознании людей, за несколько веков привыкших к идее лояльности умме и Османскому государству;

– отсутствие единства в руководстве национальным движением, вызванное различиями политических приоритетов у состоявших в нем сирийцев, палестинцев и иракцев. К этому можно прибавить и традиционную для арабского общества кланово-племенную разрозненность. Все это было успешно использовано западными империалистическими державами – Великобританией и Францией, поделившими между собой арабские земли бывшей Османской империи;

– арабский национализм формировался изначально как идеология освобождения от османского господства и не имел антиколониальной составляющей. В реальности пришлось бороться не с турками, а с европейцами, что требовало особого подхода.

Арабские земли после крушения Османской империи были поделены между государствами-мандатариями в соответствии с секретным соглашением Сайкса-Пико. Это разделение было официально оформлено 25 апреля 1920 г. на конференции в Сан-Ремо. Как уже говорилось, французы получили территории современных Сирии и Ливана, Великобритании достались Палестина с Трансиорданией и Ирак, в состав которого включили также Мосульский вилайет, ранее обещаный Франции (на что последняя согласилась при условии ликвидации правления Фейсала в Дамаске). В 1922 г. англичане отделили Трансиорданию от Палестины и создали там отдельный эмират, во главе которого поставили брата Фейсала Абдаллу, а в самой Палестине оказывали широкую поддержку сионистскому движению. Так были заложены основы нынешней политической карты арабского Ближнего Востока с ее искусственными границами.

Социально-экономическому положению бывших арабских османских провинций также трудно было позавидовать. Экономика была подорвана войной, местные производители разорялись, не выдерживая конкуренции с западными производителями. Обнищавшие крестьяне стекались в города, пополняя огромную армию безработных.

В этих условиях мандатные власти, проводившие к тому же жесткую колониальную политику, не могли не столкнуться с мощным сопротивлением населения. Впоследствии это заставило Великобританию и Францию предоставить арабским странам декоративную государственность.

Стоит рассмотреть, как складывалась судьба отдельных арабских стран в условиях мандатного правления.

В отношении Сирии французские власти проводили политику дезинтеграции. Страну разделили на несколько карликовых марионеточных государственных образований – Ливан, Дамаск, Халеб, Искендерун, Джабаль-Дуруз, Государство алавитов. Попытки мандатных властей сыграть на религиозной розни жителей страны были очевидны – границы проводились в соответствии с преобладанием представителей одной конфессии в той или иной области – христиан (преимущественно униатов-маронитов) в Ливане, друзов в горном районе Джабаль-Дуруз (ныне Джабаль аль-Араб) на юге, алавитов в горах Джабаль-Нусейр на северо-западе. Население страны без энтузиазма приняло новых хозяев. В 1919 г. в горах Ансария вспыхнуло восстание алавитов, которых удалось усмирить только в 1921 г. В 1925 г. поднялись друзы во главе со знаменитым эмиром Султан-пашой аль-Атрашем, чьи бойцы одержали ряд блестящих побед и дошли до самого Дамаска. Волнения происходили в Хауране, Баальбеке. Политика дезинтеграции не оправдала себя, усугубив экономический кризис и приведя страну на грань катастрофы. В конце концов в 1922 г. французы были вынуждены провозгласить создание «Федерации автономных государств Сирии». Это было такое же марионеточное образование, как и предыдущие. Уже в 1924 г. федерация была ликвидирована, а Сирия объявлена единой в составе Дамаска, Халеба и Алавитского государства, которое существовало до 1936 г., когда партия Национальный Блок (аль-Кутля аль-Ватанийа) добилась предоставления Сирии формальной независимости. Что же касается Ливана, то он остался независимым от Сирии. Горный Ливан еще до завоевания его Францией был традиционной сферой французских интересов и в значительной мере обособленным регионом ввиду преобладания христианского населения. Однако в 1926 г. государственные границы Ливана были расширены. В его состав были включены прибрежные города Триполи, Бейрут, Сур (Тир), Сайда (Сидон), долина Бекаа. Это резко изменило конфессиональный состав государства в пользу мусульман.

Формально независимое сирийское государство просуществовало недолго. Тяжелая экономическая ситуация, вызванная падением французской валюты, слабое единство националистического лагеря и сепаратизм некоторых регионов вскоре сделали свое дело. Сюда же можно добавить волнения арабов в Палестине (мощное восстание 1936 г.) и передачу в 1939 г. Турции бывшего санджака Искендерун (Хатай), среди населения которого было немало этнических турок. В итоге первый президент Хашим аль-Аттаси подал в отставку, парламент был распущен, в стране вновь было введено прямое колониальное правление, а Джабаль-Нусейр и Джабаль-Дуруз – повторно превращены в отдельные политические образования.

Ирак, как сказано выше, оформился в своих нынешних границах после объединения Великобританией трех бывших вилайетов Османской империи – Багдад, Басра и Мосул. Первые два были захвачены в ходе боевых действий, последний был отобран на условиях Мудросского перемирия, не взирая на протесты турок.

Политика англичан в Ираке не отличалась либеральностью. Практиковались реквизиции продовольствия и земли, трудовые повинности, ограничивались гражданские свободы. Как и сирийцы, иракцы ответили на оккупацию своей страны и установление мандата мощным восстанием. Оно вспыхнуло на юге страны, руководили им шейхи племен и шиитские богословы. Восстание было столь неожиданным и мощным, что английские силы в короткие сроки были оттеснены до самого Багдада, при этом подавить его удалось, лишь перебросив в Ирак значительные подкрепления. Еще раньше, в 1919 г., восстали курды Сулеймании во главе с шейхом Махмудом Барзанджи.

Столкнувшись с сильным противодействием своему колониальному правлению, англичане решили придать мандату форму двухстороннего договора с формально независимым Ираком. Вначале было образовано временное правительство, а затем провозглашена монархия во главе с несостоявшимся правителем единого арабского государства Фейсалом б. Хусейном, коронация которого состоялась 23 августа 1921 г.

Весной 1925 г. была опубликована конституция, провозгласившая Ирак «суверенным, независимым, свободным, парламентским монархическим государством». Однако этот суверенитет ограничивался англо-иракским договором 1922 г., который гласил, что иракская конституция не будет содержать ничего противоречащего его установлениям. Король Ирака обязывался руководствоваться «советами» английского короля (передаваемыми через верховного комиссара) по всем важным вопросам, внутренним и внешним. Также он не имел права утверждать ни одного решения без соответствующего распоряжения верховного комиссара. Английские советники в госаппарате и силовых структурах обладали широкими полномочиями. Таким образом, независимость была чисто фиктивной. Англо-иракский договор был продавлен мандатными властями с большим скрипом и далеко не без применения силовых методов.

Что касается Египта, еще до войны находившегося под протекторатом англичан, то здесь события развивались схожим образом. Правление англичан в стране было также жестким. Экономика подчинена военным нуждам английской армии, широко практиковалась насильственная мобилизация в «трудовые корпуса». Как и в других арабских странах, здесь сохранялись пережитки феодализма, огромное количество населения находилось за чертой бедности, царила безработица.