Читать онлайн «Чудеса: Популярная энциклопедия. Том 2». Страница 59

— Мы получили ваше послание, — ответил бразильский лейтенант.

— Послание? Но мы ничего не посылали!

Лейтенант Виейра, командовавший захватом мятежного судна, показал листок из Библии. Хеджер прочел его:

— Это не мой почерк! Да я и не мог бросить бутылку в море. Бунтовщики следили за каждым моим движением, а верные матросы были в трюме.

Пораженный Виейра приказал взять весь экипаж «Си Хиро» под стражу, чтобы сдать британским властям на Фолклендских островах.

Команду шхуны судили в Англии. И только там все разъяснилось. Оказалось, что бразильский сторожевик выловил из моря не крик о помощи, а рекламный проспект. И какой! За 16 лет до этого некий Джон Пермингтон напечатал роман «Си Хиро» («Морской герой»). Книгу покупали нарасхват: дошлый писатель, прежде чем опубликовать свое творение, забросил в море 5 тысяч бутылок с отрывком из Библии и призывом о помощи, написанным поперек текста. Часть из них была скоро найдена и сделала рекламу книге, а другие скитались по морям. Через 16 лет одна из таких рекламных бутылок и была выловлена бразильским сторожевым судном. Перед вами два поистине редкостных, поразительных совпадения событий, разделенных годами и не имеющих друг к другу никакого отношения. Однако ни та, ни другая история не вызвала у суеверов «мистического резонанса». Удивительно? Конечно. Даже очень! Но и только — чего в жизни не бывает…

Рассказанное хорошо иллюстрирует вполне определенный настрой мыслей у суеверных людей.

Года три-четыре назад группа советских журналистов побывала в Испании. Во многом самобытная страна, она привлекает туристов своей стариной, своеобразным укладом жизни, отличается сложным переплетением политических течений, продолжающимся противоборством прежних веков с нашим временем. Нас особо интересовали вопросы религиозности людей, живущих в этой стране традиционных католических устоев.

Запомнилась беседа с мэром-коммунистом одного из небольших испанских городов. Человек, прошедший суровую школу политической борьбы в условиях франкистского режима, он говорил о далеко не однозначном отношении католического духовенства к испанскому фашизму, приводил примеры того, сколь заметно изменяются взгляды верующих на церковь, на ее еще недавно незыблемые каноны. А затем вдруг сказал:

— Но вот что удивляет: на общем фоне явного ослабления влияния религии не уходят из жизни другие мистические представления, особенно вера в целительную силу всяческих талисманов. Или вот еще — числовая мистика. Представьте себе: вчера мне показали письмо такого содержания: «Кто получит это письмо, должен переписать его 13 раз, разослать 13 знакомым. Кто перепишет через 13 дней, будет счастливым, а кто не сделает этого, того будут преследовать 13 несчастий. Письмо должно 13 раз обойти весь мир. Кто цепь порвет, тот умрет». Смешно, не правда ли? Между тем, подобные послания находят в своих почтовых ящиках сотни наших горожан. Значит, абракадабре верят и размножают ее… Да, во что только не верят иные суеверные люди! Ведь воспринимать всерьез подобное — верить в то, что скажем, число 13 приносит несчастье — значит признавать, что в мире есть не объяснимые законами природы явления. Откуда же идет такая вера в то, что различные числа могут приносить несчастья или же, наоборот, счастье, удачу? Ученые, изучающие историю древнего мира, пришли к выводу, что числовая мистика впервые возникла в странах Малоазиатского материка несколько тысяч лет назад. Оттуда она перешла к древним грекам, а в средние века уже широко распространилась в Европе.

У племени халдеев, населявших древнее Вавилонское государство, с числами были тесно связаны религиозные верования. Например, «творец мира» — бог Бел обозначался числом «20». Эта «зашифровка» богов оставила следы в позднейших религиозных верованиях. Так, в Апокалипсисе, одной из книг Библии, рассказывается о том, что что число «666» обозначает «антихриста». Любопытно вспомнить: когда римская церковь вела ожесточенную борьбу с религиозным реформатором Лютером, то католические теологи старались «математически доказать»: мол, с протестантом связано именно это число. Отсюда следовал вывод: значит, он — не кто иной, как сам антихрист. Особым почитанием были окружены числа в Древней Греции. «Числа правят миром», — утверждал философ и математик Пифагор. В V веке до нашей эры он создал школу единомышленников, которая во многом походила на религиозную. Пифагорейцы верили в мистическую жизнь чисел, считали, что за каждым предметом обязательно стоит определенное число. Числа, как и духи, несут с собой людям добро и зло, счастье и несчастье. Надо только знать, какие из них добрые, какие — злые. Выше других у пифагорейцев ставилась единица. От нее якобы пошел весь мир, она — начало всего сущего, Вселенной, самих богов. Двойка несет с собой любовь, брак, одновременно это символ непостоянного. Совершенство отождествляется с тройкой. Она казалась необыкновенной потому, что складывалась из суммы предыдущих чисел. Удивительным считалось число 6, так как оно получается в результате сложения или переумножения всех чисел, на которые делится 6. Шестерка ведь делится на 1, 2, 3, а если сложить или перемножить эти числа, то вновь получится 6. Таким свойством не обладает ни одно другое число.

Большим почетом было окружено 7. Это было в полной мере число священное. Священное и магическое! Почему? А потому, что в нем древние видели как бы отражение многих явлений мира. Неделя делилась на семь дней. На небе было известно в те времена семь планет, а на земле было семь чудес света. Большое место занимает эта цифра в мифологии древнего мира. У Атланта, подпиравшего плечами небесный свод, было семь дочерей — плеяд, которых Зевс превратил затем в созвездия; Одиссей семь лет был в плену у нимфы Калипсо с острова Огигия. Подземная река Стикс семь раз обтекает ад, разделенный в свою очередь на семь областей. У вавилонян царство окружено семью стенами. По исламу над нами находится семь небес, и все угодные богу попадают на седьмое небо блаженства, а земля держится на семи волах. От индусов пошел обычай дарить на счастье семь слоников. Великий пост у христиан длится семь недель. В Библии повествуется о семи светильниках, семи ангелах, семи печатях, о семи годах изобилия и семи — голода… В средние века в игральных картах была «семерка-дьявол», которая била все другие карты.

«Семеричность» мира проявлялась, как думали, в семи возрастах человеческой жизни: младенчество — до 7Х1=7 лет; отрочество — до 7X2=14 лет; юношество — до 7X3=21 года; молодой человек — до 7X4=28 лет; мужчина — до 7X7=49 лет; пожилой мужчина — до 7X8=56 лет. Отголоски почитания семерки дошли до наших времен. Вспомните, мы говорим: «семеро одного не ждут», «семь раз отмерь, один — отрежь», «семь бед — один ответ», «за семью морями», «семи пядей во лбу»… У казахов есть поговорка: «Зарыто в седьмой глубине земли», употребляемая, когда речь идет о слишком засекреченном, недоступном (в том смысле, что недокопаешься).

Невольно возникает вопрос: чем объяснить столь давнее и повсеместное почитание этого числа? Исследователи народных поверий выдвигали несколько предположений. Но, пожалуй, наиболее убедительное объяснение принадлежит психологу Д. Миллеру. Свои выводы он обосновывает данными инженерной психологии, науки, изучающей возможности нашей психики в процессе взаимодействия с разного рода техническими средствами. Исследователи проводили такие опыты. Человеку с завязанными глазами предлагали определить на слух, какой высоты звук он слышит из динамика. Экспериментатор нажимал на звуковом пульте разные кнопки, а испытуемый оценивал каждый звук цифрой, скажем единицей или тройкой. Когда он слышал снова тот же звук, то называл ту же цифру. Звучал другой тон — требовалось оценить его другой цифрой. Когда человек слышал два или три различных звука, он никогда их не путал. Когда испытуемым предлагали оценить четыре звука разных тонов, они уже иногда ошибались. А при пяти и шести ошибки становились частыми. Неоднократные эксперименты показали: человек способен различать не более шести — семи разных тонов. Аналогичные опыты ставились и с оценкой громкости звука. Был получен такой же результат.

Другой эксперимент. Человеку показывали листки бумаги с нанесенными на них точками. Если на бумаге не больше семи точек, он сразу, не считая, называл верное число. Когда точек больше, начинались ошибки. Число 7 психологи назвали «объемом внимания». За ним «мгновенного схватывания» уже не происходит.

Что тут ответить?

«По-видимому, — полагает Миллер, — наш организм имеет какой-то предел, ограничивающий наши способности и обусловленный в свою очередь либо процессом научения, либо самим строением нашей нервной системы…»