Читать онлайн «Курс эпохи Водолея». Страница 32

И только в ходе перестройки, когда была объявлена «гласность» и многие темы стало возможно обсуждать публично, академик А. И. Анчишкин (1933-1987) вынужден был констатировать: «Следует признать со всей определенностью, что экономическая наука, да и общественные науки в целом, оказались не готовыми к ответу на вопросы, поставленные XXVII съездом партии, январским (1987) Пленумом, всем ходом нашего развития. Многие фундаментальные проблемы развивающегося социализма приходится решать сегодня эмпирически, методом «проб и ошибок», со всеми негативными последствиями, связанными с теоретической неподготовленностью к таким решениям».

Но было уже поздно, и в итоге несостоятельность экономической науки в решении практических задач стала одной из главных причин государственного краха СССР.

С началом рыночных реформ в постсоветской России отечественные научные школы, которые до 1991 года работали в области изучения плановой экономики СССР и ее совершенствования, развития не получили, поскольку утратили востребованность. Экономическая политика постсоветского государства изначально была подчинена блефу буржуазного либерализма о том, что «свободный рынок сам все отрегулирует наилучшим образом, если государство не будет вмешиваться в этот процесс». Во власти этого блефа пребывали и младореформаторы 1990-х, в эту иллюзию верят и многие политики РФ наших дней вопреки фактам жизни. Факты же жизни таковы, что свободный рынок, не регулируемый государством в соответствии с государственными целями и соответствующей им концепцией развития, не способен к целеполаганию по определению. Он по своему предназначению с неизбежностью переориентирует всю производящую систему на максимум доходности: алкоголь, табак, порноиндустрия, вывоз природных ресурсов, зачистка сельских территорий, где себестоимость любых видов работ и оказание услуг значительно выше в связи с низкой плотностью проживающих.

Однако с началом рыночных реформ, ввиду жесткого политического давления теперь уже новой направленности, в официальной науке не возникло самобытных научных школ, которые на основе нравственных убеждений без предвзятости и оглядок на политику занялись бы изучением проблематики организации самоуправления и государственного регулирования рыночной экономики в интересах развития самого общества. С начала 1990-х гг. «мэйн стрим» отечественной экономической науки — это переводы трудов экономистов развитых стран с рыночной экономикой и компиляция их мнений в своих произведениях, не порождающая экономических теорий более высокого качества, нежели первоисточники переводов и компиляций. При этом системный критический анализ этих теорий не проводится.

Может быть высказано возражение: «Ну и что? Ведь на Западе не придумывают свою таблицу Менделеева. Если Запад преуспел в развитии экономических теорий рыночной экономики, так зачем нам „изобретать велосипед"? Вполне достаточно освоить их наработки и на их основе построить в стране и экономику, и систему современного профессионального образования в области экономики».

Однако такого рода мнения поверхностны и не соответствуют реальным достижениям научных школ экономики передовых стран с рыночным хозяйством. Ноу-хау практических достижений на базе этих теорий кроется не в их научной глубине и не в рецептах благоденствия на базе усилий и возможностей самого государства. Показательные витрины торжества идей буржуазного либерализма формируются за счет разделения всех приверженных этим идеям на команды хозяев и холопов. На базе одной и той же теории, однако, с разным результатом, развиваются Швейцария и Колумбия. При этом вопрос, в какой команде оказывается то или иное государство, лежит за пределами компетенции этого государства. Решение принимается с надгосударственного уровня управления с использованием мировой кредитно-финансовой системы с ненулевым ссудным процентом. Если кто-то надеется, что именно Россия окажется в команде хозяев, то последние 20 лет опровергают эти надежды.

Макроэкономическая несостоятельность западных либеральных теорий для организации самовластного государственного развития очевидна. Приведем лишь одну иллюстрацию их никчемности с уровня высших достижений либеральной экономики, отмеченных высшим мировым признанием.

Осенью 2008 года, когда ипотечный кризис США естественным образом трансформировался в глобальный финансово-экономический кризис, некоторые аналитики проявили интерес к его обусловленности западной экономической наукой. В результате, нобелевские лауреаты Гарри Марковиц (США) (получил премию в 1990 году совместно с Мертоном Миллером и Уильямом Шарпом «За вклад в теорию формирования цены финансовых активов»), а также Роберт К. Мертон (США) и Майрон Скоулз (Канада) (получили премию в 1997 году «За метод оценки производных финансовых инструментов») были прямо объявлены творцами мирового экономического кризиса. Именно они теоретически обосновали безопасность для мировой экономики спекулятивных махинаций, реально являющихся средством глобального обогащения ряда финансовых корпораций, целенаправленного создания в связи с этим экономических кризисов с целями как перераспределения прав собственности, так и решения политических проблем.

Еще ранее, лауреат Нобелевской премии по экономике 1973 года В. В. Леонтьев признавал: «Порок современной экономики — не равнодушие к практическим проблемам, как полагали многие практики, а полная непригодность научных методов, с помощью которых их пытаются решать».

Кроме приведенных выше, есть и иные признания экономистов-профессионалов в том, что экономическая наука в ее исторически сложившемся виде не способна быть инструментом выработки и проведения в жизнь государственной политики социально-экономического развития, гарантирующей благоденствие всем, кто честно трудится и наращивает свой профессионализм.

То есть проблема давно выявлена, ее существование признано, в том числе и мировыми авторитетами, но она не обсуждается ни публично, ни в кулуарах сообщества ученых экономистов. А без ее обсуждения и разрешения, как в аспекте содержания экономических теорий, так и в аспекте построения системы экономического образования, хозяйство Российской Федерации, вне зависимости от воли первых лиц государства, будет управляться по-прежнему неадекватно задаче сбережения народа, территории страны и развития культуры. Следствием этого будет неспособность общества к массовой выработке, заимствованию и внедрению инноваций, к модернизации страны точно так же, как это имело место в СССР в годы «застоя».

Иначе говоря, ключ к успеху модернизации и дальнейшему развитию страны — социально-экономической теории, изменение на этой основе ее нравственной и концептуально определенной содержательной сути.

Отвечая на вопрос, поставленный в начале этого раздела, мы утверждаем, что разработка единой для всех живущих на Земле экономической теории, теории с большой буквы, возможна. Это будет теория реализации единого для всех нас Божьего промысла, теория построения царствия Божьего на Земле, а не на небе. Божий промысел единственен в своем смысловом выражении, а вот вариантов уклонения от него бесчисленное множество. Именно эти уклонения порождают бесчисленное множество экономических теорий, лишенных нравственного начала.

Только на основе нравственного преображения может быть преодолен не признанный, но фактически имеющий место кризис экономической науки и образования. Изменив свою содержательную суть, они должны стать нравственно и концептуально определенными, ориентированными на жизнь по-Божески, на интересы общественного развития.

Глава 10 Телевидение как колдун и рекламный спонсор терроризма

Телевидение подняло ремесло растления духа до уровня крупной индустрии.

Жизненное наблюдение

Достаточно часто в обществе возникают вопросы по поводу ответственности журналистского сообщества за разного рода аномальные проявления в нашей жизни. Однако характер их обсуждения свидетельствует о наличии непони-маемой либо умышленно замалчиваемой в обществе глубочайшей мировоззренческой проблемы. Настала пора разобраться по-крупному. Телевидение — это вестник или колдун? Каким образом прогнозирование будущего переходит в алгоритмику его прямого программирования телевизионным эфиром? Попробуем доказать, что телевидение — это вовсе не зеркало жизни, а основной инструмент в руках, в том числе и в руках террористов, неотъемлемый жанрообразующий элемент, без которого террор и творящееся в стране насилие в нынешних масштабах были бы невозможны в принципе.

Вернемся к тем разборкам, которые происходили в свое время по поводу позиции СМИ по событиям «Норд-Оста». Фабула их такова. Депутаты требуют внесения поправок в закон о СМИ. Представители прессы заявляют протесты по поводу ущемлений свободы слова, требуют от Президента отказаться от поправок. Президент накладывает вето на вносимые в закон поправки. События эти широко освещаются, как очередная схватка за торжество демократии. Но мы уже неоднократно подчеркивали, что законы — это производная от нравственности, культуры общества, и именно они, в конечном счете, формируются на третьем приоритете обобщенных средств управления обществом, в том числе и прессой, а не наоборот.