Читать онлайн «Синдром Паганини и другие правдивые истории о гениальности, записанные в нашем генетическом коде». Страница 86

Reilly, Philip R. Abraham Lincoln’s DNA and Other Adventures in Genetics. Cold Spring Harbor Laboratory Press, 2000.

* Рейли входил состав первой комиссии, изучавшей практические возможности проверки ДНК Линкольна. В одном из самых замечательных разделов этой книги он подробно останавливается на проверке ДНК этнических евреев.

Angrist, Misha. Here Is a Human Being. Harper-Collins, 2010.

*Милый и очень личный прогноз о наступающем веке генетики.

Shreeve, James. T e Genome War. Ballantine Books, 2004.

*Если вас интересует рассказ непосредственного участника проекта «Геном человека», рекомендую книгу Шрива – самую увлекательную и талантливо написанную из известных мне работ на эту тему.

Sulston, John, Ferry Georgina. T e Common T read. Joseph Henry Press, 2002.

Вентер, Крейг, Расшифрованная жизнь. Мой геном, моя жизнь. М.: Бином. Лаборатория знаний, 2015.

* История всей жизни Вентера – от Вьетнама до проекта «Геном человека» и не только.

Glibof, Sander. Did Paul Kammerer Discover Epigenetic Inheritance? No and Why Not // Journal of Experimental Zoology. 314 (December 15, 2010): 16–24.

Gould, Stephen Jay. A Division of Worms // Natural History. 1999. February.

* Очень качественная и великолепно написанная статья в двух частях о Жане Батисте Ламарке.

Koestler, Arthur. T e Case of the Midwife Toad. Random House, 1972.

Seraf ni, Anthony. T e Epic History of Biology. Basic Books, 2002.

Vargas, Alexander O. Did Paul Kammerer Discover Epigenetic Inheritance? // Journal of Experimental Zoology. 312 (November 15, 2009): 67–78.

Caplan, Arthur. What If Anything Is Wrong with Cloning a Human Being? // Case Western Reserve Journal of International Law. 35 (Fall 2003): 69–84.

Segerstråle, Ullica. Defenders of the Truth. Oxford University Press, 2001.

Wade, Nicholas. Before the Dawn. Penguin, 2006.

* Среди прочих, Николас Уэйд предлагал добавить еще одну пару хромосом.

Добро пожаловать в раздел «Сноски»! Все сноски в тексте книги ведут сюда. Здесь вы найдете отступления от темы главы, обсуждения, сплетни и заблуждения – все то, что имеет отношение к обсуждаемой теме, но чему не нашлось места в главе. К каждой сноске можно обращаться по отдельности, а можно прочитать все сразу, закончив главу, как своего рода послесловие к ней. Мужское имя Джин (Gene, сокращенная форма имени Eugene) – омоним английского слова gene (ген). Женское имя Джин имеет другое написание – Jean.

Овизм – система взглядов некоторых биологов XVII–XVIII веков, согласно которой взрослый организм был предобразован в женской яйцеклетке.

Здесь предлагается вспомнить менделевское отношение. Если вы помните, что это такое, можете спокойно возвращаться к тексту главы. Однако непременно возвращайтесь в этот раздел – среди сносок будет чем поживиться, обещаю.

Итак, напомню: Мендель экспериментировал с доминантными признаками (например, высокий стебель; обозначаются буквой А) и рецессивными признаками (например, низкий стебель; обозначаются буквой а). У растений и животных есть по две копии каждого гена – одна от матери, другая от отца. Так, при скрещивании растений АА с растениями аа (см. схему внизу слева) Мендель получал растения с генами Аа и, следовательно, с высоким стеблем (поскольку А доминирует над а):

Результаты скрещивания растений Аа с любым другим растением (см. схему справа сверху) были намного интереснее. Растение с геном Аа передает потомку один из признаков – А или а, поэтому в результате скрещивания могут появиться растения с геном АА, Аа, аА или аа. Первые три случая – это растения с высоким стеблем, а четвертый – растение с низким стеблем, несмотря на то, что оно появилось в результате скрещивания двух высоких растений. Это и есть расщепление признаков в отношении 3:1. Для полной ясности отмечу, что это отношение «работает» у всех растений и животных, а не является особенностью скрещивания растений гороха.

Еще одно менделевское отношение проявляется при скрещивании Аа с аа. В этом случае половина потомства унаследует ген аа и не будет иметь доминантного признака, а половина – ген Аа и доминантный признак соответственно.

Расщепление признаков в соотношении 1:1 часто встречается в роду, где какой-нибудь доминантный признак проявляется редко либо внезапно возникает вследствие мутации, поскольку редкий ген Аа будет часто скрещиваться с распространенным аа.

Генетики постоянно сталкиваются с менделевскими отношениями 3:1 и 1:1 в действии. Первый рецессивный человеческий ген (обусловливающий окрашивание мочи в темный цвет) был открыт учеными в 1902 году. Три года спустя открыли первый доминантный человеческий ген, «отвечающий» за аномально короткие пальцы.

Подробности личной жизни Бриджеса приведены в книге «Повелители мухи» (Lord of the f y) Роберта Кёлера.

В 1830-х годах, Дарвин убедил своего двоюродного брата, Фрэнсиса Гальтона (когда они оба были молоды), бросить медицинский факультет и заняться вместо этого математикой. В последующем приверженцы Дарвина, должно быть, не раз сокрушались по поводу этого совета, поскольку именно новаторская статистическая работа Гальтона по изучению кривых нормального распределения вкупе с его беспощадными аргументами, основанными на этой работе, сильнее всего подорвали репутацию Дарвина. Согласно книге «История биологии от морской свинки» (A Guinea Pig’s History of Biology), Гальтон собрал некоторые из своих доказательств в пользу кривых нормального распределения с присущей ему эксцентричностью. Дело было на Международной выставке здоровья в Лондоне в 1884 году. Выставка стала не только научным мероприятием, но и светским раутом: меценаты сновали между экспонатами на темы санитарии и канализации, потягивая мятные коктейли, араковый пунш «с сюрпризом» и кумыс (кисломолочный напиток из кобыльего молока, которое получали от присутствовавших на выставке кобыл) и в целом неплохо проводили время. У Гальтона тоже был свой стенд, где он дотошно измерял длину тела, зрение и слух девяти тысяч не совсем трезвых англичан. Он также проверял их силу, приглашая их принять участие в аттракционах, где они должны были бить кулаком в различные штуковины или сдавливать их. Эта задача оказалась более сложной, чем предполагал Гальтон: одни болваны не понимали, как обращаться с этими штуковинами и постоянно их ломали; другие хотели показать свою силу и произвести впечатление на девушек. Это было действительно весело, однако Гальтону было не до смеха: позднее он описал «глупость и умственную неполноценность» посетителей выставки как «столь необъятную, что в это трудно поверить». Но, как и предполагалось, Гальтон собрал достаточно данных, чтобы доказать, что свойства человека также образуют кривую нормального распределения. Полученные данные укрепили его уверенность в том, что именно он, а не кузен Чарльз, понял, как происходит эволюция, и что небольшие и незначительные изменения не играют существенной роли.

Это был уже не первый раз, когда Гальтон становился на пути Дарвина. С того дня, как Дарвин опубликовал свой труд «О происхождении видов», он знал, что его теории не хватает чего-то очень важного. Эволюция путем естественного отбора требует, чтобы существа наследовали выгодные признаки, но никто (кроме какого-то монаха) не имел ни малейшего представления, как это работает. Так что Дарвин провел свои последние годы, разрабатывая теорию пангенезиса, которая могла бы объяснить этот процесс. Согласно этой теории все органы и конечности отделяют микроскопические споры, так называемые геммулы. Геммулы циркулируют по телу существа, неся информацию как о врожденных признаках (природа существа), так и о каких-либо признаках, приобретенных этим существом за время своей жизни (окружающая среда, или воспитание). Эти геммулы отсеиваются эрогенными зонами тела, и при половом акте, когда сперма проникает в женский организм, мужские и женские геммулы смешиваются, как две капли воды.

Это была изящная теория, хотя и совершенно ошибочная. Поэтому когда Гальтон придумал не менее изящный эксперимент, чтобы охотиться на геммулы в кроликах, Дарвин сердечно поддержал это смелое начинание. Вскоре его надежды были разбиты. Гальтон рассуждал следующим образом: если геммулы имеют свойство циркулировать, они должны то же самое делать в крови. Поэтому он начал переливать кровь черных, белых и серебряных кроликов, надеясь получить сколько-нибудь пестрых экземпляров из их потомства. Но после многолетних опытов по разведению результаты были довольно однозначны: на свет не появилось ни одного разноцветного кролика. Гальтон опубликовал поспешную научную работу, в которой заявил, что геммул не существует, от чего обычно добродушный Дарвин пришел в бешенство. Эти двое годами обменивались теплыми письмами научного и личного содержания и нередко лестно отзывались об идеях друг друга. На этот раз Дарвин набросился на Гальтона, яростно доказывая тому, что он никогда не упоминал о циркуляции геммул в крови, поэтому переливание крови у кроликов ничего не доказывает.