Читать онлайн «Человеческая деятельность. Трактат по экономической теории». Страница 258

Неотъемлемой чертой капитализма является тот факт, что он непочтительно относится к имущественным интересам и вынуждает каждого капиталиста и предпринимателя каждый день заново приводить свое дело в соответствие с изменяющейся структурой рынка. Капиталисты и предприниматели не имеют возможности расслабиться хоть на мгновение. До тех пор, пока они остаются в бизнесе, у них никогда не будет привилегии тихо наслаждаться плодами труда своих предков и собственными достижениями и удовлетворяться установившейся практикой. Если они забудут, что их задача состоит в том, чтобы в меру своих способностей служить потребителям, то они лишатся своего выдающегося положения и будут возвращены обратно в категорию простых людей. Новички постоянно бросают вызов их лидерству и капиталу.

Любой изобретательный человек волен начинать собственные деловые проекты. Он может быть беден, средства, находящиеся в его распоряжении, могут быть весьма скромны и большая их часть может быть заемной. Но если он удовлетворяет потребности потребителей наилучшим и наиболее дешевым способом, то он добьется успеха, свидетелем чего будет чрезмерная прибыль. Большую часть прибыли он будет капитализировать в своем предприятии, тем самым заставляя его быстро расти. Именно активность подобных предприимчивых парвеню сообщает рыночной экономике ее динамизм. Именно эти нувориши являются предвестниками экономической перестройки. Исходящая от них угроза конкуренции вынуждает старые фирмы и крупные корпорации либо корректировать свое поведение с целью наилучшего обслуживания публики, либо уходить из бизнеса.

Однако сегодня налоги часто поглощают большую часть избыточной прибыли новичка. Он не может накопить капитал; он не может расширить свое дело; он никогда не станет крупным предпринимателем и ровней крупным корпорациям. Старым фирмам не нужно бояться его конкуренции; они защищены сборщиком налогов. Они безнаказанно могут работать по шаблону, они могут пренебрегать желаниями публики и становиться консервативными. Безусловно, подоходный налог и им мешает накапливать новый капитал. Но, что для них более важно, он не позволяет опасным новичкам накопить вообще какой-либо капитал. Фактически с помощью налоговой системы старые фирмы оказались в привилегированном положении. В этом смысле прогрессивное налогообложение сдерживает экономическое развитие и ведет к окостенению. Если в свободном капитализме владение капиталом представляет собой обязанность, вынуждающую собственника служить потребителям, современные методы налогообложения трансформировали его в привилегию.

Интервенционисты жалуются, что большой бизнес впадает в состояние застоя и бюрократизируется, а компетентный новичок больше не имеет возможности бросить вызов капиталовложениям старых богатых династий. Однако насколько их жалобы оправданны? Ведь они сокрушаются по поводу того, что явилось результатом их собственной политики.

Прибыль является движущей силой рыночной экономики. Чем выше прибыль, тем лучше обеспечиваются нужды потребителей, так как прибыль можно получить, только устранив несоответствие между спросом потребителей и предыдущим состоянием производственной деятельности. Кто лучше обслуживает публику, тот и получает максимальные прибыли. Борясь с прибылью, государство сознательно подрывает функционирование рыночной экономики.

Популярное заблуждение считать предпринимательскую прибыль вознаграждением за риск. Предприниматель предстает в виде азартного игрока, инвестирующего в лотерею после того, как взвесит благоприятные шансы выиграть приз против неблагоприятных шансов потерять свою ставку. Наиболее ярко это мнение проявляется в описании фондовых сделок как разновидности азартной игры. С точки зрения этого широко распространенного мифа зло конфискационного налогообложения заключается в том, что оно искажает соотношение благоприятных и неблагоприятных шансов в этой лотерее. Премии урезаются, тогда как неблагоприятные шансы остаются неизменными. Тем самым у капиталистов и предпринимателей отбивается охота ввязываться в рискованные авантюры.

Каждое слово в этом рассуждении ложно. Владелец капитала делает выбор не между более опасными, менее опасными и безопасными вложениями. Самим действием рыночной экономики он вынуждается вкладывать свои средства таким образом, чтобы максимально удовлетворить наиболее насущные нужды потребителей. Если применяемые государством методы налогообложения приводят к проеданию капитала или ограничивают накопление нового капитала, то для предельных направлений использования капитала не хватает и расширения инвестиций, которое произошло бы в случае отсутствия этих налогов, не происходит. Потребности потребителей удовлетворяются только в ограниченной степени. Но причина этого не в нежелании капиталистов принимать на себя риск, а в уменьшении предложения капитала.

Безопасных инвестиций не существует. Если бы капиталисты вели себя так, как описывает сказка о риске, и стремились бы к тому, что, как они считают, будет самым безопасным вложением, то их поведение сделало бы это направление вложений небезопасным, и они определенно потеряли бы вложенные средства. У капиталистов нет способов обойти закон рынка, который предписывает инвестору подчиняться желаниям потребителей и производить все, что можно произвести при данном состоянии предложения капитала, технологического знания и оценок потребителей. Капиталист никогда не выберет тот проект, в котором, согласно его пониманию будущего, опасность потерять свои средства минимальна. Он выберет тот проект, от которого он ожидает максимальной прибыли.

Те капиталисты, которые отдают себе отчет в неспособности самостоятельно правильно оценить рыночные тенденции, не делают инвестиций в акционерный капитал, а дают свои средства взаймы собственникам такого венчурного капитала. Таким образом, они вступают в определенного рода партнерство с теми, на чью способность лучше оценивать рыночные условия они полагаются. Принято называть венчурный капитал рисковым. Однако, как уже отмечалось, успех или провал вложений в привилегированные акции, долговые обязательства, корпоративные облигации, закладные и другие ссуды в конечном счете зависит от тех же самых факторов, которые определяют успех или провал вложений в акционерный капитал[Cм. с. 503504.]. Независимости от превратностей рынка не существует.

Если бы налогообложение увеличило предложение ссудного капитала за счет предложения акционерного капитала, то это привело бы к падению валовой рыночной ставки процента, и в то же самое время увеличение доли заемного капитала по сравнению с долей акционерного капитала в структуре капитала фирм и корпораций сделало бы инвестиции в ссуды более неопределенными. Поэтому этот процесс является самоликвидирующимся.

Тот факт, что капиталист, как правило, не сосредоточивает свои инвестиции и в обыкновенные акции, и в ссуды в одном предприятии или одной отрасли, а предпочитает распределить свои средства между различными видами инвестиций, не предполагает, что он желает снизить свой азартный риск. Он хочет повысить свои шансы на получение прибыли.

Никто не осуществляет инвестиции, если не ожидает сделать хорошее вложение. Ошибочные вложения никто сознательно не выбирает. И именно лишь возникновение обстоятельств, не предвиденных должным образом инвестором, превращает инвестиции в ошибочные.

Как уже отмечалось, невложенного капитала не существует[Cм. с. 486488.]. Капиталист не волен выбирать между вложением и невложением. Не волен он также отклониться в своем выборе вложений в капитальные блага от линии, определенной наиболее настоятельными из еще неудовлетворенных потребностей потребителей. Он должен попытаться правильно предвосхитить эти будущие потребности. Налоги могут уменьшить величину имеющихся капитальных благ, приводя к проеданию капитала. Но они не ограничивают использование всех имеющихся капитальных благ[Пользуясь термином имеющиеся капитальные блага, следует брать в расчет проблему адаптируемости.].

При наличии чрезмерной величины ставок подоходного налога и налога на имущество на очень богатых капиталист может посчитать более благоразумным держать все свои средства в наличной форме или в банке на счете, не приносящем никакого процента. Он проедает часть своего капитала, не платит никакого подоходного налога и снижает налог на наследство, который должны будут заплатить его наследники. Но даже если люди действительно ведут себя таким образом, то их поведение не оказывает влияния на использование имеющегося капитала. Оно оказывает влияние на цены. Но никакие капитальные блага из-за этого не остаются неинвестированными. И действие рынка толкает инвестиции по тем направлениям, где они, как ожидается, удовлетворят наиболее настоятельный, но еще неудовлетворенный спрос покупающей публики.