Читать онлайн «Вера против фактов: Почему наука и религия несовместимы». Страница 41

Что до абсолютной убежденности Павла в том, что Адам и Ева существовали, то Эннс предположил следующее. Павел, дескать, всего лишь искал объяснение в духе Ветхого Завета для упадка человечества после первородного греха. Эннс утверждает: «Можно поверить, что Павел прав теологически и исторически в вопросе греха, смерти и решения, которое Бог находит в Христе. Ему не обязательно верить, что его предположения о происхождении человека точны. Исторический Адам вовсе не нужен для того, чтобы человечеству потребовался Спаситель». Безусловно, такое заявление апеллирует к более прогрессивным взглядам, но в реальности это все то же искусственное примирение, которое наталкивается на серьезные теологические проблемы. Если «грех» – это просто развившаяся у нас тенденция к алчности, агрессии и ксенофобии, то Бог, который то ли предвидел, то ли направлял эволюцию, несет за него ответственность. Это неприятно для теистов, верящих, что грех – это результат нашего свободного выбора.

А взгляды Павла – как и множества знаменитых богословов – рассматриваются как отчасти ошибочные, а отчасти верные. Это вновь поднимает вопрос об избирательности, что становится очевидным, когда Эннс пытается доказать: «…отношение Павла к Адаму… это использование истории древности для разговора об актуальных проблемах современности. И все это не имеет никакого отношения к истинности Евангелия». На самом деле, конечно, имеет, поскольку «истинность Евангелия» (божественность, распятие и Воскресение Иисуса Христа) подтверждается в точности такими же доказательствами, как те, что свидетельствуют об Адаме и Еве. На каком основании мы отвергаем одну историю, но принимаем другую? Даже самая хитроумная попытка спасти христианскую доктрину в обход науки кажется жестом отчаяния, движимым предвзятостью подтверждения.

Основа теологии мормонов такова: предками американских индейцев были евреи четырех колен – нефийцы, ламанийцы, мулекитяне и иаредейцы, – прибывшие в Новый Свет с Ближнего Востока около 2600 лет назад. Через 1000 лет после этого между нефийцами и ламанийцами началась вражда, и единственный уцелевший нефиец Мороний помог написать «Книгу Мормона», после чего спрятал ее в северной части штата Нью-Йорк в виде золотых листов. В 1827 г., приняв вид ангела, Мороний указал Джозефу Смиту место, где спрятана книга. В «Книге Мормона» ясно сказано, что в Северной Америке не было людей, когда там появились ближневосточные племена, поскольку они «поделили эту землю между собой». Поколение за поколением мормонские учения и пророчества утверждают, что Северную Америку населяли исключительно эти переселенцы и их потомки.

Но, как и в случае с Адамом и Евой, генетика и археология показывают, что ближневосточное происхождение американских индейцев – фикция. Данные однозначны: американские индейцы, как все аборигенные народы Нового Света, произошли от обитателей Восточной Азии – Сибири, – мигрировавших через Берингов пролив приблизительно 15 000 (а вовсе не 2600) лет назад. Эта оценка основана на раскопках жилищ, а также на других археологических и лингвистических данных (так, в языках американских индейцев нет и следа от иврита). Но самое главное, генетика с этим согласна: она показывает близкое родство обитателей Восточной Азии и американских индейцев.

Мормонские богословы пытаются с помощью этих уловок примирить свои священные тексты с наукой. Они заявили, к примеру, что переселенцы с Ближнего Востока прибыли в Центральную Америку. Однако в это сложно поверить, поскольку центральноамериканские индейцы также находятся в близком родстве с жителями Восточной Азии. Некоторые апологеты мормонизма утверждают, что ДНК ближневосточных предков была утеряна в результате смешивания с индейцами, уже обитавшими на тот момент в Северной Америке. Но в «Книге Мормона» не упомянуты коренные жители континента. В конечном итоге церковь просто отказалась от всяких попыток что-либо доказать и заявила, что «исследования ДНК не могут служить решающими доказательствами в вопросе о подтверждении или опровержении исторической подлинности "Книги Мормона"». Поступить иначе означало бы признать, что «Книга Мормона» неверна по крайней мере в одном важном вопросе. Но, разумеется, если бы мы нашли у североамериканских индейцев заметную долю ближневосточной ДНК, церковь радостно воспользовалась бы этим как аргументом в пользу своих догматов. Таковы двойные стандарты использования доказательств: то, что подтверждает ваше мнение, принимается, а все прочее отвергается. Это и отличает науку от религии.

С 1982 г. Институт Гэллапа 12 раз опрашивал американцев на тему эволюции человека. Респондентам нужно быть сказать, какое из трех приведенных утверждений больше всего соответствует их взглядам. Первое звучит следующим образом: «Человеческие существа развились за миллионы лет из менее продвинутых форм жизни, но Бог никак не участвовал в этом процессе». Именно так ученые рассматривают эволюцию – как чисто естественный процесс (хотя мы не используем таких определений, как «продвинутые», поскольку все существующие на настоящий момент виды имеют родословную одинаковой длины, восходящую к первому биологическому виду). Второй вариант – это чистейший библейский креационизм молодой Земли: «Бог создал человеческие существа практически в современном их виде одномоментно не ранее чем 10 000 лет назад». Третий вариант: «Человеческие существа развились за миллионы лет из менее продвинутых форм жизни, при этом Бог направлял этот процесс». (Примерно 6 % респондентов отвергают все три варианта ответа.)

Последний вариант – эволюцию, направляемую Богом – называют «теистической эволюцией». Несмотря на то что около 40 % американцев выбрали чистый креационизм, от двух третей до трех четвертей тех, кто все же признает эволюцию человека, предпочитают вариант божественного руководства полностью натуралистическому варианту. Такая теория теистической эволюции подмешивает религию в науку.

Теистическая эволюции – это не просто убеждение наиболее лояльных к науке американцев. Помимо всего прочего, она признана католической церковью, про которую часто говорят, что она поддерживает «дарвиновскую» эволюцию. Правда, Дарвин – как и современные ученые – никогда не видел места для Бога в своей теории. Тем не менее эволюция человека, утверждает церковь, проходила с прямым вмешательством Бога, который в какой-то момент дал нашим предкам нечто уникальное в животном мире – душу. Папа Пий XII ясно заявил об этом в своей энциклике «Род человеческий» (Humani Generis):

Церковь не запрещает, чтобы при нынешнем состоянии человеческих наук и священного богословия предметом поисков и обсуждений со стороны ученых, искушенных как в том, так и в другом, было учение об эволюции в той его части, где исследуется, было ли человеческое тело извлечено из уже существующей и живой материи – ибо католическая вера обязывает нас придерживаться того, что души непосредственно созданы Богом.

Конечно, никаких эмпирических доказательств существования души или ее уникального присутствия в человеке нет. Это излишнее религиозное дополнение к научной теории.

Итак, людей религиозных беспокоит не столько эволюция вообще, сколько эволюция человека. Никого, похоже, не волнует, что белки и папоротники появились в результате совершенно естественного, никем не направляемого процесса. Однако христиане и иудеи считают Homo sapiens «созданными» по образу и подобию Божьему. И хотя споры о смысле этого утверждения идут не одну тысячу лет, оно, очевидно, выделяет нас среди остальных живых существ.

Естественная эволюция для подобных мировоззрений – как удар в солнечное сплетение. Для эволюционного биолога наш род – это всего лишь еще одна веточка среди миллионов других на великом древе жизни. Разумеется, у человека есть особые черты, такие как культура и большой мозг, но при этом нет того, что делает «особыми» другие биологические виды (мы не владеем фотосинтезом, не можем летать сами по себе, не залегаем в спячку). Да и в большом мозге – источнике нашего здравого смысла, интеллекта и культуры – нет ничего, что не вписывалось бы в теорию естественного отбора, действующего среди социальных приматов.

Обратите внимание, я сказал: «естественный отбор». Дарвин, несомненно, использовал этот термин не только для того, чтобы отличить это понятие от искусственного отбора, которым занимаются селекционеры, но и чтобы подчеркнуть: данный процесс, который был для него самым смелым открытием, происходил совершенно естественным образом.

Эволюционная биология не только сбрасывает нас с трона и лишает статуса венца творения, но и смущает иным образом. Она подразумевает следующее: поскольку биологические виды меняются в результате того, что разные случайные мутации имеют разные шансы на продолжение рода, никакой нужды в Создателе нет. А поскольку сама жизнь, вероятно, возникла в результате аналогичного процесса «химического отбора» среди сложных молекул, то и особой разницы между происхождением жизни и ее эволюцией тоже нет. И дело не только в этом. Естественный отбор и вымирание видов представляются жестокими и расточительными способами «сотворения» мира и обеспечивают дополнительную головную боль богословам, которые вынуждены объяснять, почему любящий и милосердный Бог творит подобным образом.