Читать онлайн «Страна премудрых пескарей. Очерки истории эпохи». Страница 87

Нефть стала предметом самостоятельной стратегии к концу XIX века – после того, как образовался гигант нефтяного бизнеса «Standard oil».

Создал компанию и руководил ею выдающийся менеджер Джон Дэвисон Уильям-Эвёрич Рокфеллер (1839.07.08–1937.05.23). В те годы ещё не измеряли IQ, но многие свидетельствовали: Рокфеллер решал в уме математические задачи. А это указывает на качества личности, необходимые и для решения сложнейших задач в жизни. В частности, для преодоления колебаний спроса и предложения, наблюдавшихся в отрасли с первых дней её существования.

Вот что пишет об этом времени в своей книге «Добыча» один из признанных мировых экспертов по нефтяной промышленности и международным отношениям Дэниел Ховард Ергин:

«Нефтедобытчики неоднократно пытались ограничить добычу, но безуспешно. Нефть вытекала из переполненных резервуаров, покрывая землю чёрной плёнкой. Избыток становился настолько большим, и цены падали так низко, что сырую нефть уже некуда было девать – она стекала в реки и на соседние фермы. Был момент, когда цена упала до сорока восьми центов за баррель – на три цента ниже, чем домохозяйки в Нефтяном районе платили за питьевую воду.

Периодические попытки ограничить добычу неизменно проваливались. Бурильщики непрерывно открывали всё новые и новые месторождения, которые подрывали всякую стабильность в отрасли. Более того, существовало слишком много нефтедобытчиков, и невозможно было ввести какие-либо разумные ограничения. По некоторым оценкам, в последней четверти девятнадцатого столетия в Нефтяном районе работало не менее шестнадцати тысяч добывающих предприятий. Многие из нефтедобытчиков раньше были спекулянтами, другие фермерами, и большинство из них, каким бы ни было их прошлое, были индивидуалистами в высшей степени и вряд ли смотрели далеко вперёд или думали об общем благе, даже если рабочий план у них сам по себе и присутствовал.

Рокфеллер с его гипертрофированной любовью к порядку с отвращением взирал на хаос и беспорядок в рядах нефтедобытчиков. «Нефтяной район, – говорил он позже с едким сарказмом, – был минным полем для переработчиков».

Целью смелого и вызывающего плана Рокфеллера было, по его словам, положить конец «этой убийственной политике, не приносящей прибыли» и «сделать нефтяной бизнес надёжным и прибыльным» – под его контролем. Рокфеллер был и стратегом, и главнокомандующим, приказывающим своим лейтенантам действовать тихо и быстро и обдумывать свои действия. Неудивительно, что его брат Вильям описывал отношения с другими переработчиками в терминах «война или мир»».

«Standard oil» консолидировала отрасль разнообразными методами. Конкурентов поглощали без особого стеснения в боевых приёмах – от скупки железных дорог, вывозивших нефть из отдалённых пустынных уголков, до налётов наемных бандитов на промыслы. Кстати, в 1902-м забастовка бакинских нефтяников также сопровождалась погромами, поджогами и подрывами оборудования – того самого, где забастовщики зарабатывали (по их мнению, недостаточно – но по тогдашней российской мерке очень неплохо). За время забастовки Рокфеллер занял почти всю долю мирового рынка, ранее плотно заполненную Манташевыми, Нобелями и прочими русскими нефтепромышленниками. Впоследствии удалось лишь немного потеснить его, но не восстановить в полной мере былой российский контроль над мировым нефтяным рынком.

Но куда важнее была скупка всех звеньев технологической цепочки: разведка – добыча – переработка – продажа. Рокфеллер выстроил первую в мире полностью вертикально интегрированную компанию. Она по сей день остаётся образцом построения эффективного бизнеса[53]. Один из учеников Рокфеллера сказал: «Он инстинктивно создал тот порядок, который может происходить только из централизованного управления большим конгломератом производства и капитала, с одной целью – в интересах организованного продвижения продукта от производителя к потреблению. Это дисциплинированное, экономичное и эффективное продвижение есть то, что мы сегодня, много лет спустя, называем «вертикальной интеграцией»… Я не знаю, употреблял ли когда-нибудь господин Рокфеллер термин «интеграция». Я знаю только, что именно он сформулировал саму идею».

В последней четверти XIX века компания контролировала 85 % американского рынка и практически весь внешний рынок. Представитель «Standard oil» сказал: за рубежом продукт компании пробил себе путь в большее число самых дальних уголков, как цивилизованных, так и не цивилизованных стран, нежели любой другой, поставляемый из одного источника за всю историю бизнеса.

Однако команда Рокфеллера рано стала почивать на лаврах. Когда компания начала успешную экспансию на российский рынок, в самой России семья шведских промышленников Нобелей начала осваивать бакинские месторождения, отошедшие к России в начале XIX века. Компания «Братья Нобель» даже стремительнее Рокфеллера развивала производство нефтепродуктов. Вначале она отвоевала российский рынок, а затем в альянсе с Ротшильдами вышла на мировой. Сейчас многих удивляет факт: инновационная составляющая бизнеса Нобелей значительно превосходила таковую у Рокфеллера. Тут и разработка нефтеналивных судов – танкеров, и прокладка нефтепроводов, и привлечение первоклассных химиков к технологиям нефтепереработки, и даже массовое производство новейших по тому времени двигателей внутреннего сгорания, питающихся сравнительно тяжёлыми нефтепродуктами, на заводе «Русский Дизель». В итоге только за три года доля США в мировой торговле нефтепродуктами упала на 7 % и на эти же 7 % выросла доля России.

Но это был только первый звонок. Второй прозвонил уже для обоих конкурентов. Главным в ту пору нефтепродуктом был керосин, используемый для освещения. Бензин считался опасным отходом производства, пригодным разве что для чистки жирных пятен. Изобретение российского инженерного гения Александра Николаевича Лодыгина (1847.10.18–1923.03.16) и его коммерциализация американским гением организованного изобретательства Томасом Алва Сэмюэл-Огденовичем Эдисоном (1847.02.11–1931.10.18) привела в конце XIX века к осветительной революции. Мир стремительно переходил на электрическое освещение. Вдобавок тогда ещё не было эффективных технологий сжигания тяжёлых нефтепродуктов – мазута – в топках паровых котлов (на судах и электростанциях): великий русский инженер Шухов изобрёл форсуночное распыление в 1880-м, но распространилось оно куда позже, так что первые электростанции работали только на угле. Казалось, нефтяным гигантам осталось жить считанные дни.

Однако оттуда же, откуда пришла, казалось бы, погибель, пришла и новая жизнь. Один из ведущих инженеров Эдисоновской компании отпочковался от Эдисона и завел собственное дело. Оно стало делом всей его жизни. Мы видим его повседневно, и называется оно его именем «Форд».

Сам Форд не изобрёл ни двигатель внутреннего сгорания, ни автомобиль – это сделали другие творцы, а он всего лишь увлёкся технической новинкой. Но именно он сделал автомобиль массовым продуктом, стал вождём мировой автомобильной революции. Количество автомобилей на дорогах США выросло за первые 10 лет XX века в сто раз – и всем им нужен был бензин. Именно бензин, ибо этот дешёвый пятновыводитель можно было купить в каждой аптеке, так что бензиновые моторы – в отличие от паровых или электрических, в те годы также быстро развивавшихся – опирались на уже готовую инфраструктуру снабжения. Побочный до той поры продукт нефтепереработки стал главным.

Одновременно начался переход с угля на нефть и на море. Но творцы этого рынка сбыта тяжёлых – мазутных – продуктов нефтепереработки – выдающиеся организаторы военно-морского флота Джон Фишер и Уинстон Черчилль – заслуживают отдельного рассказа.

Двигатель внутреннего сгорания стремительно менял мир. Но менялся не только мир – менялась и война. Она после долгих локальных пристрелочных попыток разразилась на планете в 1914-м году.

В начале войны немцы, обладая подавляющим превосходством в таких ресурсах, как железо и уголь, а также лучшей в мире сетью железных дорог, начали реализовывать это преимущество, как во время последней – 1870-го года – франко-прусской войны. Они уже угрожали Парижу. Немецкий начальник генштаба Мольтке-младший – племянник победителя 1870-го Мольтке-старшего – предвкушал скорую победу. Основания для этого были весомые. Германские составы буквально по часам бесперебойно доставляли войска, оружие, боеприпасы. Железнодорожная система Франции была куда слабее, хуже организована (все сколько-нибудь заметные дороги сходились в одном Париже) и не справлялась с перегрузками (да и неведомо, какая доля аварий была вызвана техническим износом, а какая немецкими диверсиями). Как доставлять резервы к передовой?