Читать онлайн «Национальная система политической экономии». Страница 42

Школа не знает различия между нациями, достигшими значительной степени экономического развития, и теми, которые находятся в этом отношении на низшей ступени. Всюду желает она устранить вмешательство государственной власти, всюду каждый частный человек должен тем более иметь возможности производить, чем менее занимается им государственная власть. В самом деле, согласно этой доктрине, дикие народы должны быть самыми производительными и самыми богатыми народами земного шара, ибо нигде отдельно взятый человек не предоставлен более самому себе и нигде не чувствуется так мало вмешательства государственной власти, как в данном состоянии.

Статистика и история показывают, напротив, что необходимость вмешательства законодательной власти и администрации сказывалась всегда тем больше, чем далее развивалось экономическое положение нации. Как индивидуальная свобода вообще является благом лишь до тех пор, пока она не становится в противоречие с социальными целями, так и частная промышленность может разумно требовать неограниченной деятельности лишь до тех пор, пока она соответствует преуспеянию нации. Но там, где деятельность отдельных лиц не удовлетворяет этой цели или где она может оказаться вредной для нации, там она по справедливости требует поддержки коллективной силы нации, там она в ее собственных интересах должна подчиняться законным ограничениям.

Признавая свободную конкуренцию в промышленности вернейшим средством для обеспечения преуспеяния всего человечества, школа, с точки зрения, на которую она себя поставила, совершенно права. Раз признана гипотеза о существовании всемирной ассоциации, всякое ограничение частных торговых сношений между различными странами является неблагоразумным и вредным. Но пока другие нации подчиняют коллективные интересы всего человечества своим национальным интересам, нет смысла говорить о свободе конкуренции между людьми, принадлежащими к различным нациям. Доказательства школы в пользу свободной конкуренции, таким образом, приложимы пока к торговым сношениям между лицами, принадлежащими к одной и той же нации. Каждая большая нация должна поэтому стремиться образовать из себя одно целое, которое с другими нациями, составляющими такое же целое, входит в сношение лишь настолько, насколько это отвечает ее собственным социальным интересам. Но эти социальные интересы в высшей степени отличаются от частных интересов всех отдельных лиц нации, если рассматривать каждого из них, как нечто совершенно изолированное, а не как членов национальной ассоциации; если, по примеру Смита и Сэя, видеть в отдельных лицах только производителей и потребителей, а не граждан государства или лиц, принадлежащих к известной нации. В таком качестве эти лица не имеют никакой надобности заботиться об интересах будущих поколений; они считают нелепым, как нам это действительно и доказал Купер, трудиться для принесения в настоящее время известной жертвы на предмет приобретения каких-то неизвестных еще благ отдаленного будущего, как бы они, впрочем, ни были дороги; обеспечение национальной устойчивости в будущем для них имеет мало цены; корабли своих купцов они предоставляют на жертву каждого смелого пирата; они мало беспокоятся о могуществе, чести и славе страны; самое большее, если они найдут для себя возможным сделать материальные пожертвования для воспитания своих детей и отдать их для обучения ремеслу, лишь бы только молодые люди через несколько лет оказались способными сами себе зарабатывать хлеб на свое пропитание.

Действительно, для господствующей теории национальная экономия и частная экономия настолько имеют одинаковое значение, что Ж. Б. Сэй, когда дозволяет государству в виде исключения покровительствовать внутренней промышленности, то ставит следующее условие: покровительство это может иметь место лишь в таком случае, если можно предполагать, что через несколько лет эта промышленность достигнет самостоятельности, подобно тому, как мальчика отдают в обучение сапожному ремеслу на несколько лет для того, чтобы он настолько усовершенствовался в своем ремесле, что мог бы обходиться без поддержки своих родителей.

Система школы, как мы показали в предшествующих главах, представляет следующие существенные недостатки: во-первых, беспочвенный космополитизм, который не признает сущности национализма и не принимает в расчет национальных интересов; во-вторых, бездушный материализм, который всюду преимущественно замечает только меновые ценности и упускает из вида нравственные и политические интересы настоящего и будущего, а также производительные силы нации; в-третьих, разрушительные партикуляризм и индивидуализм, которые, не понимая природы социального труда и действия ассоциации производительных сил в ее наивысших проявлениях, рассматривают, в сущности, лишь частную промышленность в том виде, в каком она развивалась бы при свободе отношений в обществе, т. е. во всем человечестве, если бы оно не было расчленено на отдельные нации.

Но между отдельным человеком и человечеством стоит нация с ее особенным языком и литературой, с ее собственным происхождением и историей, с ее особенными нравами и обычаями, законами и учреждениями, с ее правами на существование, на независимость, прогресс, вечную устойчивость и с ее обособленной территорией; образовавшись в ассоциацию посредством солидарности умственных и материальных интересов, составляя одно самостоятельное целое, которое признает над собой авторитет закона, но в то же время, как целое, владея еще естественной свободой по отношению к другим подобного рода ассоциациям, нация при существующем мировом порядке не может обеспечить свою самостоятельность и независимость иначе, как собственными силами и своими частными средствами. Подобно тому как отдельный человек только благодаря нации и в недрах нации достигает умственного образования, производительной силы, безопасности и благосостояния, так и цивилизация человечества немыслима и невозможна иначе, как при посредстве цивилизации и развития нации.

В настоящее время между нациями существует, однако, бесконечное разнообразие; мы видим между ними великанов и карликов, существ нормальных и калек, нации цивилизованные, полуцивилизованные и варварские. Но тем не менее все нации, как и отдельные люди, обладают от природы инстинктом самосохранения и стремлением к прогрессу. Задача политики — цивилизовать варварские нации, сделать малые — великими и слабые — сильными, но прежде всего обеспечить их существование и устойчивость. Задача политической (национальной) экономии заключается в экономическом воспитании наций и в подготовке их к вступлению во всемирное общество будущего.

Нация в нормальном состоянии обладает собственным языком и литературой, обширной и хорошо округленной территорией, снабженной разнообразными естественными материальными источниками богатств и значительным населением. Земледелие, фабрично-заводская промышленность, торговля и мореходство развиты в ней равномерно; искусства и науки, просвещение и народное образование находятся у нее на одинаковой высоте с развитием материального производства. Государственное устройство, законы и учреждения обеспечивают ее гражданам высокую степень безопасности и свободы, поддерживают в ней религиозность, нравственность и благосостояние, одним словом, их цель—преуспеяние граждан. Она обладает достаточными морскими и сухопутными силами для обеспечения своей самостоятельности и независимости и для поддержания своей внешней торговли. Ей присуща сила влиять на развитие отставших от нее наций и посредством избытка своего населения и своих умственных и материальных капиталов основывать колонии и порождать новые нации.

Значительная населенность и обширная, снабженная естественными богатствами территория — вот необходимые признаки нормальной национальности; они составляют основное условие умственного развития, равно как материального преуспеяния и политического могущества. Нация с ограниченным количеством населения и незначительной территорией, в особенности если она говорит своим собственным языком, может владеть лишь изуродованной литературой, лишь ничтожными учреждениями для развития искусств и наук. Незначительное государство никогда не будет в силах развить на своей территории до совершенства различных отраслей труда. Всякое покровительство будет вызывать у нее частную монополию. Только посредством союзов с более могущественными нациями, жертвуя частью национальных выгод и чрезмерным напряжением сил, может она еще кое-как обеспечить свою самостоятельность.

Страна, которая не соприкасается с морями, которая не имеет ни торгового, ни военного флота или у которой устья рек не находятся в ее власти, в своей внешней торговле стоит в зависимости от других наций; она не может ни основать колоний, ни положить начало новым нациям; весь избыток населения, умственных и материальных средств, отливая в страны еще некультивированные, теряется совершенно для ее литературы, цивилизации и промышленности в пользу других наций.