Читать онлайн «Очерки истории цивилизации». Страница 21

ренилась привычка постоянно употреблять молоко. Некоторые исследователи считают, что молоко, сыр, масло и другие молочные продукты появились значительно позже, вместе с переходом к кочевому образу жизни. Но автор этой книги все же склонен считать, что люди эпохи неолита были достаточно развиты, чтобы использовать молоко в пищу. Молоко, если оно действительно у них имелось, хранилось в глиняных горшках. В то время уже была глиняная посуда, конечно, грубой работы, не такая, как ровные удобные изделия, изготовленные на гончарном круге.

Недостаток в пище восполнялся охотой. Люди эпохи неолита охотились на оленей, косуль, бизонов и диких кабанов. В пищу также шло и мясо лисицы, имеющее резкий запах. Едва ли кто станет есть такое мясо в условиях достатка. Довольно странно, что люди не охотились на зайцев, которые во множестве водились в тех местах. Вполне возможно, что мясо зайцев не употребляли в пищу по той же причине, по которой зайца и сейчас не едят некоторые дикие племена,— они боятся, что мясо такого трусливого животного сделает и их трусливыми.

Как люди эпохи неолита возделывали землю, нам почти ничего не известно. При раскопках не найдено ни плугов, ни мотыг. Они делались из дерева и, конечно же, не могли сохраниться до нашего времени. Люди эпохи неолита выращивали пшеницу, ячмень и просо, но рожь и овес были им неизвестны. Собранные зерна они поджаривали, размалывали на каменных терках и затем хранили в горшках, чтобы использовать в случае нужды. Готовили исключительно тяжелый и твердый хлеб. Несколько круглых плоских лепешек такого хлеба были обнаружены среди других швейцарских находок. По всей видимости, использовать дрожжи тогда еще не умели и как следствие не могли готовить ферментные напитки на основе брожения.

Один из сортов ячменя, который выращивался в эпоху неолита, культивировался также греками, римлянами и египтянами. Кроме того, у людей эпохи неолита была египетская разновидность пшеницы. А это значит, что их предки принесли этот сорт с юго-востока, где он был впервые выведен. Центр распространения пшеницы располагался где-то в восточном Средиземноморье.

Когда обитатели швейцарских свайных поселений засевали свои небольшие участки поля пшеницей, они уже следовали практике, существовавшей с незапамятных времен. К тому времени на юго-востоке пшеницу сеяли, должно быть, уже несколько тысячелетий. Все народы Старого Света, вступившие в неолитическую фазу развития, выращивали и ели пшеницу, в то время как американским индейцам пришлось самостоятельно развивать свое земледелие после того, как они отделились от народов

Старого Света. У них никогда не было пшеницы. Зерновая культура Нового Света — это кукуруза, или маис.

Обитатели свайных поселений в Европе ели горох. Собирали плоды яблони-дички. В то время это был единственный вид яблок в мире. Прежде чем появились известные нам сорта яблок, люди должны были научиться селекции и культивированию отобранных сортов.

Как и прежде, люди носили главным образом одежды из меха и кожи. Однако появилась и грубая ткань из льна. Фрагменты подобной льняной ткани сохранились до наших дней. Но все еще оставались неизвестными пенька и веревки из нее.

С наступлением эпохи бронзы увеличилось и число бронзовых заколок для волос. Есть основания предполагать, что люди собирали волосы в пряди и скалывали их заколками, сначала костяными, а затем и металлическими. Судя по отсутствию реалистических изображений в рисунках, резьбе и узорах на кости, люди того времени или совсем не украшали свою одежду, или разрисовывали ее точками, клетками, переплетающимися узорами и тому подобным условным орнаментом.

Вплоть до бронзового века нет никаких признаков того, что в обиходе использовались столы или стулья. Скорее всего люди того времени, за исключением обитателей свайных домов, устраивались просто на земляном полу.

В озерных поселениях не было кошек: мыши и крысы к тому времени еще не приспособились к обитанию вблизи человеческого жилища. Птицеводство, куриные яйца — это все более поздние прибавления к хозяйству и кухне человека (какую бы важную роль они ни играли теперь в нашем питании). Курица не упоминается ни у Гомера, ни в Ветхом Завете (хотя обратите внимание на упоминание яйца в Библейском тексте — Иов 6:6). Примерно до 1500 г. до н. э. кур разводили только дикие племена, обитавшие в джунглях Индии и Бирмы. Возможно, именно в Бирме была выведена первая порода домашних кур. Только к 110 г. до н. э. согласно летописям куры оказались в Китае. Через Персию домашние куры попали в Грецию еще до времен Сократа. И уже в Новом Завете Петр троекратно, до утреннего пения петуха, успевает отречься от своего Учителя.

Главным орудием труда и главным оружием у человека эпохи неолита был его топор. Затем — лук и стрелы. Наконечники стрел изготавливались из кремня, делалось это с большим мастерством и очень тщательно. Наконечники вставлялись в выемку на стреле и затем плотно приматывались сухожилиями. Почву для посева пшеницы скорее всего подготавливали с помощью оленьего рога, закрепленного на шесте. Рыбу ловили или на крючок, или гарпуном.

Все эти орудия, несомненно, составляли внутреннее убранство жилища людей эпохи неолита. Стены были увешаны сетями для ловли птиц. На полу, земляном или с примесью коровьего навоза (на манер глинобитных хижин в нынешней Индии), стояли плетеные корзины, а также горшки с молоком, зерном и другими съестными припасами. Другие горшки и чаши висели на стене на специально приделанных петлях. Один конец жилища отводился для домашнего скота (зимой так легче было согреться и животным, и людям). Поутру дети выгоняли коров и коз на пастбище, а ближе к вечеру загоняли обратно в стойло, подальше от медведей и волков.

Если у человека эпохи неолита был лук, то, надо думать, были и струнные музыкальные инструменты. Звонкое пение натянутой тетивы не могло не навести на мысль сделать особый инструмент для извлечения ритмичных звуков. В ходу были глиняные барабаны с горловиной, затянутой кожей. Вероятно, были и подобные этим деревянные барабаны из выдолбленных или выжженных изнутри кусков стволов. А костяные свистульки были известны даже людям эпохи палеолита. Можно предположить, что и тростниковые свирели были достаточно ранним изобретением.

Нам неизвестно, когда человек начал петь. Очевидно, он придумывал музыку для своих инструментов, затем вместе с музыкой зазвучали слова, и появилась песня. Поначалу человек подпевал лишь голосом, без слов.

Зимой, после захода солнца, человек сидел в своем доме и пел, занимаясь какой-либо несложной работой, скорее на ощупь, чем при свете. Внутренность дома освещалась скупо, в основном светом очага. Тем не менее в селении всегда был огонь, зимой или летом, днем или ночью — слишком непросто было добыть огонь в те дни, чтобы его с легкостью можно было гасить. Но иногда огонь приносил беду в эти свайные поселки. Он вырывался на свободу, и селение полностью выгорало. Следы таких пожарищ встречались в швейцарских раскопках.

Мы говорим о жизни людей эпохи неолита на примере свайного поселения в Швейцарии. Примерно такой же образ жизни вели племена, распространившиеся по всей Европе. Человек начинал с того, что преследовал стада диких, еще не одомашненных коров и овей. И в этой охоте собака была его соперником. Но незаметно человек почувствовал себя хозяином стад и смог завязать дружбу со своим соперником, ставшим теперь верным помощником в охране стад. Человек научился заворачивать стада назад, когда они уходили слишком далеко. А следующим шагом стало умение перегонять их к лучшим пастбищам. Люди научились направлять стада в долины, а затем и в загоны, с уверенностью, что найдут их завтра на том же месте. Человек кормил животных, когда им не хватало пищи, и постепенно приручал их.

Земледелие также началось с необходимости собирать и хранить корм, в том числе и для скота. Несомненно, человек научился жать прежде, чем сеять. Впрочем, уже для охотника эпохи палеолита существенным подспорьем в питании (при непостоянной добыче) были съедобные корни, плоды и дикие злаки. Весьма сомнительно, чтобы первобытный человек на какой-либо стадии своего развития питался только мясом.

В один прекрасный день человек научился сеять. Несомненно, одним из самых примечательных и основополагающих факторов в развитии общества, как показал сэр Джордж Фрейзер* в своей монументальной «Золотой Ветви», было то, что представления о севе злаков в сознании человека эпохи неолита были неразрывно связаны с жертвоприношениями. Здесь невозможны никакие логические объяснения, подобную связь могло обнаружить лишь первобытное мышление в эпоху творения мифов, в эпоху детства человечества. В том мире, каким он был десять тысяч лет назад, как только наступало время сева, совершались человеческие жертвоприношения. И в жертву приносили не каких-либо изгоев или преступников. Это были молодые люди или девушки, чаще всё-таки юноши, с которыми обращались необычайно почтительно, вплоть до самого момента умерщвления. Такой человек выступал в качестве жертвенного божества-правителя, и детали его заклания становились ритуалом, который сохранялся старейшинами и утверждался на протяжении веков. Везде, где человек вступал в первую фазу земледелия или прошел через эту фазу, были человеческие жертвоприношения. Некоторые их черты сохранились и в последующих земледельческих обрядах.