Читать онлайн «Расология». Страница 115

Современная борьба рас происходит точно по такому же принципу. Победа в результате достанется тому, кто в единой энергоинформационной системе Земли сумеет структурно перессорить конкурентов, отняв у них тем самым главнейший из ресурсов живой материи — время. Фатальность долженствующего свершиться обосновывается В. Муравьевым также строго научно, и даже прозрение одиночек не сумеет предотвратить поражение биологических систем с более низким уровнем организации.

«Изменение отношений вещей в смысле обособления их или объединения есть всегда изменение времени. Утверждение себя и укрепление своей длительности, как существование объединяющего центра, и есть создаваемое сознанием преодоление внешнего времени. На место порождаемых объективным процессом отношений вещей создаются новые, диктуемые разумом. Посредством разума мы постоянно воздействуем на время и не его видоизменение. В этом смысл разумных действий. Так называемые несознательные элементы или вещи принудительно участвуют во времени, увлекаются безудержно его слепым потоком. Сознательные же существа, хотя они в известной мере подвластны времени, но вместе с тем обладают способностью его делать. Любой акт действительности есть борьба времени принудительного и подвластного. Надо перестать надеяться на готовую вечность и начать делать время».

Впрочем, чем закончилось подвластное время для Кащея Бессмертного, мы также хорошо помним из сказок: Иванушка Дурачок разломил яйцо, в котором была заключена игла, чем вызвал агонию и самоликвидацию Кащея. Все вышеизложенное может быть объяснено следующим образом: наш великий сказочный соотечественник первым в мировой истории применил генетическое оружие, поразив наследственность противника, символизированную яйцом, и тем самым уничтожил его время, его стрелу времени, символизированную иглой. Под поражением генома Кащея в данном случае нужно понимать не только вульгарный вирус или какой-то безобидный лишай, но и разновидность излучения, вызывающего мутагенный эффект и включающего на клеточном уровне механизм самоуничтожения биологической системы. Кстати, сам финал в сказках почему-то описан очень подробно и красочно, точно его создавал не неграмотный сказитель, как нас убеждали в школе, а как минимум Лауреат Нобелевской премии по генетике.

Впрочем, как говорится, сказка ложь, да в ней намек…

Однако если же вернуться из лона сказочных вымыслов в современную науку, то приоритет в данной области следует отдать итальянскому ученому Вито Вольтерра — основателю науки под названием математическая экология, разработавшему ее соответствующий научный аппарат. Мы настоятельно рекомендуем всем филантропам и гуманистам перед сном читать главный труд его жизни «Математическая теория борьбы за существование» (М., 1976).

Подчинение или уничтожение противника как биологического вида здесь уже рассчитывается с помощью интегралов и дифференциальных уравнений — математических функций, имеющих также и временное измерение. Конечно же, одиозных названий некоторых народов, на которых так любят тренироваться адепты теории мирового заговора, здесь нет, и, как положено, борьба не на жизнь, а на смерть происходит между Х и XI веками. Но заменить их на соответствующие названия — дело вкуса и свободного выбора каждого, знакомого с уравнениями Гаусса, тем более, если дается четкое оформление математических моделей: «народ — жертва», «народ — хищник», «народ — донор» и «народ — паразит». Нужно только, как в детской игре, вначале выбрать, на чьей Вы стороне.

В начале Вито Вольтерра определяет понятие явления «борьба за существование», под которым он понимает конкуренцию биологических сообществ, живущих в единой общей среде, где в условиях ограниченности пространства и материальных ресурсов один биологический вид необходимо должен уничтожить другой. Далее следуют подробные расчеты противостояния, рассматриваемая именно как борьба во времени. «Когда два биологических вида, условно называемых „жертва“ и „хищник“, сосуществуют в ограниченной среде, первый будет развиваться тем медленнее, чем больше существует индивидуумов второго вида, а второй — тем быстрее, чем многочисленнее будет первый вид. Если два вида истребляются равномерно и пропорционально числу их индивидуумов, то среднее число жертв возрастает, а хищников — убывает».

Далее основоположник математической экологии именно с позиций математики дает важнейшее пояснение к общей теории эволюции: «Невозможно, чтобы виды сосуществовали с ограниченными изменениями».

Это означает прежде всего то, что если «жертва» желает изменить свой экологический статус, она должна сама подвергнуть мутации выживания все свои инстинкты и сознание. Биологическая победа с математической точки зрения представляется кардинальной сменой иерархических принципов организации, а также критерия сборки всей системы. Именно этот генетический обряд трансмутации в мистике и называется инициацией, под которым с медицинской точки зрения следует прежде всего понимать изменение биохимических параметров крови, а те, в свою очередь, влекут за собой глобальную перестройку сознания. Поэтому обленившийся «хищник», «утерявший нюх», сам того не ведая, может в одночасье превратиться в «жертву».

В. Вольтерра ведет стройную цепь рассуждений к обоснованию двух основных правил математической экологии. Из первого явствует, что чем сложнее общество, тем оно устойчивее. Второе свидетельствует, что в биологическом сообществе конкурентная борьба видов наиболее сильно проявляется вблизи положения равновесия структуры этого общества, и это положение равновесия определяется не характеристиками, присущими виду, а характеристиками межвидовых отношений. Это означает, что в условиях единой экологической ниши наибольшие шансы на победу имеет не более сильный в биологическом отношении вид, а вид, способный успешнее реализовывать свои преимущества по отношению к конкурентам. Следовательно, расово-биологическое просвещение своего вида способствует умелому использованию наиболее сильных его сторон и наиболее слабых сторон противника, как биологического вида, что и является залогом выживания.

От себя добавим, что только с точки зрения математической экологии становится наконец понятен один из древнейших сюжетов мировой мифологии, когда «хищник» наслаждается видением предсмертных мук «жертвы», продлевая ее мучения. Все очень просто. Отодвигая неминуемую смерть противника, победитель насыщается энергией агонии организационной структуры противника. Именно эти секунды уже не силового, но исключительно психического противостояния «жертвы» и «хищника» проливают свет на всю глубину расовых отношений. Из истории и мифов мы четко помним, что представители белой расы уничтожают в поединке представителей темных рас легко и непринужденно, не испытывая никакого наслаждения от их предсмертных страданий. Очевидно, потому, что белые люди в процессе борьбы осознают энергоинформационное превосходство своей структуры организации над представителями низших темных рас, страдания которых не представляют для них никакой эволюционно-биологической ценности.

С другой стороны, когда в роли победителя оказывается представитель темной расы, то, как показывает гигантский исторический материал, он никогда не может отказать себе в удовольствии насладиться муками белого человека, который уже обречен. Он буквально выпивает его страдания по капле лишь затем, чтобы хоть как-то усвоить принципы биологического превосходства, которые для него недостижимы.

«Хищник — агония — жертва» — этот универсальный логический ряд расшифровывает суть всемирного противостояния рас. Борьба и ее трагический финал — вот универсальный биологический маркер, по которому определяется иерархическая ценность любой живой структуры. Наслаждение чужой агонией — удел низших.

Наконец, именно время, как мы убедились, является той стихией, на которую проецируется финал любой борьбы. Победить означает иметь будущее в трансперсональном смысле, то есть как представителю своего вида, своей расы.

Приблизительно в это же время, в 20-е годы ХХ века, замечательный русский ученый В. И. Вернадский создает концепцию о жизненном (биологическом) времени, подчеркивая тем самым неравнозначность его течения в различных биологических системах. Источником, причиной и носителем всякого «дления» он назвал именно живое существо. Именно из-за этого специфику происхождения времени следует искать в наследственных свойствах организма. Время — это не самостоятельная субстанция, а признак, атрибут и сопутствующий показатель состояния любого живого существа, имеющего конкретную видовую принадлежность. Жизнедеятельность немыслима без пространственно-временных отношений. При этом наследственность, по мнению В. И. Вернадского, означает в первую очередь организацию биологических кодов во времени.