Читать онлайн «Внимательный мозг. Научный взгляд на медитацию». Страница 49

Когда была зарегистрирована электрическая активность мозга у людей, имеющих длительный опыт медитации и находящихся в медитативном состоянии беспредметного сострадания, отличного от внимательности, оказалось, что в энцефалограмме преобладает более высокая доля гамма-волн, что позволяет предположить высокую степень синхронизации активности во время медитации. Интересно отметить, что у этих испытуемых активировалась также и премоторная область, что мы можем теперь объяснить участием зеркальных нейронов, расположенных в этой зоне мозга. Высокая степень нейрональной осцилляции, скорее всего, отражает постсинаптическую активацию нейронов, особенно в коре. Синхронная осцилляторная активность возникает в тех случаях, когда имеет место координированное взаимодействие между удаленными друг от друга участками мозга. Такая координированная активность может иметь место на различных уровнях – как в мелких, так и в крупных группах нервных клеток, как на коротких расстояниях, так и на большом удалении. Несмотря на то что это исследование не имело отношения к медитации внимательности, а исследовало другой вид медитации, оно тем не менее позволяет увидеть нейрональные корреляты сострадания, отражающие интегрированное состояние.

Лутц, Данн и Дэвидсон предположили, что, когда нейроны вступают в такую согласованную активность, это усиливает связи между ними, усиливает их общую функцию в момент, когда это происходит, и устанавливает «приоритет» их текущей активности в сравнении с другими группами нейронов.

Интеграция ближнего порядка, как полагают, имеет место внутри локализованных сетей, связанных единичными синапсами, обеспечивающими быструю (несколько миллисекунд) передачу импульсов между взаимосвязанными нейронами. Такая интеграция ближнего порядка будет осуществляться между корковыми колонками со сходной модальностью, и это поможет нам понять, как восприятия «связываются» воедино. Мы также можем представить себе, как устранению нисходящих процессов могут сопутствовать разрывы связей на этом уровне синхронизации ближнего порядка, что, в свою очередь, позволит понять, каким образом внимательность может разрушать вторичный напор влияний инвариантных репрезентаций.

В интеграции дальнего порядка участвуют удаленные друг от друга группы нейронов, связанные между собой контурами, или цепями, содержащими множественные синапсы, и поэтому время передачи импульсов в таких сетях больше. Примером медленных (время передачи 10 миллисекунд или больше) интегративных петель могут служить области коры, связанные между собой через таламические «ворота», о которых уже было сказано выше. Именно таким образом нейрональная интеграция делает возможным возникновение сознания.

Лутц, Данн и Дэвидсон очень красноречиво обрисовали сложность устройства крупных форм интеграции и осцилляции:

Эти проводящие пути соответствуют обширным связям, соединяющим различные уровни сети в разных участках мозга в единый ансамбль. Лежащие в основе функционирования этих сетей механизмы синхронизации дальнего порядка до сих пор изучены очень слабо. Синхронизация дальнего порядка, как представляется, – механизм образования временных связных макроансамблей, соединяющих затылочные и лобные доли или правое и левое полушарие, а время прохождения импульсов между такими удаленными областями составляет десятки миллисекунд. Этот феномен синхронизации дальнего порядка привлек столь пристальное внимание нейрофизиологов, потому что он может пролить свет на связь между нейрональным и ментальным описанием этих процессов.

Когда мы думаем о мощи внимательного осознавания, способного изменить наше собственное глубинное ощущение своей самости и восприятие окружающего мира, нам, вероятно, стоит внимательно присмотреться к этим уровням ансамблей ближнего и дальнего порядка. Мы уже видели, что мелкие ансамбли могут разрываться и прекращать нисходящий поток от инвариантных репрезентаций из высших слоев коры головного мозга. Более масштабные сдвиги перспективы, сопутствующие опыту чистого «я» (ipseity), могут осуществляться с помощью нейронных ансамблей дальнего порядка и за счет предотвращения их интеграции, о чем мы говорили в главе 7. После познания преходящей и относительной природы нашей личной идентичности благодаря таким возникающим на фоне рефлексии масштабным интегративным сдвигам для нас становится возможным постижение чувства «я-ковости» (или чистого «я»), лежащего за историческими процессами адаптации и укоренившимися привычками.

Рефлексия, как мы ее определили, использует по меньшей мере три функции: восприимчивость, самонаблюдение и рефлексивность. Каждый из этих различных, но усиливающих друг друга аспектов рефлексивной сердцевины внимательного осознавания способен изменять конфигурацию крупных и мелких интегративных ансамблей в мозге и тем самым изменять самую природу нашего сознаваемого опыта.

Представляется маловероятным, что мы сможем увидеть мелкомасштабные сдвиги, изменяющие вторичное вмешательство в ощущение первичных восприятий, с помощью фМРТ или метода энцефалографии. Активность будет так мала и ограничена в пространстве, что мы не сможем уловить ее существующими инструментальными методами. Однако прерывание обычных форм личностной идентификации внутри сознавания может требовать участия более обширных и диффузно распространенных уровней, которые можно, вероятно, уловить с помощью компьютерного анализа электрической активности цельносистемной интеграции. Это, возможно, будут уровни, на которых удастся зарегистрировать и оценить нисходящие влияния в момент их растворения в ходе внимательного осознавания.

Процесс синхронизации дальнего порядка был описан Энгелем, Фризом и Зингером в 2001 году. В своих выводах они предполагают, что, возможно, «нисходящая обработка отражается в связях дальнего порядка областей и подсистем и такие паттерны интеграции дальнего порядка могут быть независимыми составляющими специфических предикторов будущей стимуляции». Может ли процесс предсказания сенсорного следствия двигательного акта быть одной из форм, с помощью которой рефлексивный тип осознавания вызывает связность и синхронизацию дальнего порядка? Такая согласованность функций включает в себя форму фазной синхронизации, имеющей место в крупных макроансамблях дальнего порядка, объединяющих удаленные друг от друга области мозга. Возможно, механизм создания нейрональной интеграции коррелирует с состоянием ментальной связности во внимательности.

Вероятно, более сложные методы анализа этих масштабных интегративных состояний помогут прояснить, какими на самом деле могут быть «нейрональные подписи» (neural signatures) функциональных состояний, соответствующих внимательному осознаванию. Как утверждают Афтанас и Голошейкин, «полученные результаты указывают, что динамически изменяющиеся в процессе медитации внутренние ощущения лучше выявляются сочетанием линейных и нелинейных переменных ЭЭГ, что позволяет получить дополнительные знания об интегративных функциях центральной нервной системы (ЦНС), касающихся измененных состояний сознания».

Эти интегративные ансамбли из мгновения в мгновение создают ощущение сознавания. Понимание субъективной природы этих состояний нейрональной интеграции может помочь нам более отчетливо увидеть внимательный мозг.

Этот аспект наших предположений тоже может быть проверен экспериментально исследованием путей, какими мозг создает состояния интеграции в ходе практик внимательного осознавания. Такие исследования потребуют регистрации преходящих функций, включающихся в процессе практики. Могут потребоваться изощренные методы линейного и нелинейного измерения электрической активности мозга для оценки тонких изменений, происходящих при интеграции и формирующихся в виде устойчивых черт, или свойств, личности.

Еще один доступный для проверки аспект гипотезы – то, что эти состояния интегративной функции, возможно, становятся чертами, или свойствами, не только в форме долгосрочных изменений функционирования, происходящих с течением некоторого времени, но и в форме преобразований нейрональной структуры как таковой. Предположение заключается в том, что состояние нейрональной координации и равновесия, создаваемого внутриличностной сонастройкой, в конечном счете катализирует рост интегративных волокон в головном мозге. В свою очередь, эти интегративные нейрональные связи выполняют функцию обеспечения большей легкости возникновения активированных состояний нейрональной синхронии в будущем.