Читать онлайн «Расы Европы». Страница 100

У вотяков обычно немного волос на теле, а борода часто редкая, хотя в отдельных случаях обнаруживаются очень густые бороды и обильные волосы на теле. Похожее на айнское оволосение многих русских крестьян чаще встречается среди славян, нежели среди финнов, но исключительно в обеих группах. Таким образом, обе группы в целом не являются такими же волосатыми, как большинство западных европейских брахицефалов. Форма волос преимущественно прямая, только исключения волнистые или кудрявые. Сорок процентов вотяков указаны как имеющие длинное или овальное лицо, оставшиеся круглолицы, широколицы или имеют уплощенные лица. Нос прямой у 60%, выпуклый только у 12%. Малиев заявляет, что 36% «плотные» по телосложению, а стройные или худые только 6%. В любом случае, вотяки – это типичные финны, немного ниже и круглоголовее, чем карелы или мордва, необычно рыжеволосые, и не более монголоидные, чем их южные соседи.

К северу от вотяков живут два союзных племени – зыряне и пермяки, называющие себя коми. Эти два народа в целом составляют одну категорию, особенно потому что они говорят на взаимно понятных языках и занимают смежные территории. Зыряне занимают большие пространства, тянущиеся от 58 градусов северной широты до Арктического океана и от Уральских гор на востоке до реки Пинега, притока Двины, на западе. Также некоторые зыряне живут на сибирской стороне Урала. Главный город зырян – это Ижма на реке Печора. Пермяки живут больше на восточной стороне в верховьях Камы. Статистика населения, касающаяся этих народов, сильно различается. Золотарёв дает цифру 186 000 человек как общее количество зырян, живущих в России, и 9566 для Сибири. Йохельсон оценивает зырян в 260 000 человек, а «Атлас Финляндии» в 364 000 человек. Золотарёв находит 130 000 пермяков в Коми-Пермяцком и Верхнекамском районах Уральской провинции.

На территории, расположенной ниже 65 градусов, зыряне и пермяки занимаются земледелием, и их отмечает мастерство и упорство в получении зерновых в таких высоких широтах. За этой линией земледелие становится невозможным, и зыряне разводят оленей и ведут менее оседлую жизнь. Их отмечают способности в торговле и общая финансовая точность. Говорят, что в религии они строго придерживаются православных догматов и отреклись от языческих практик, которые задержались среди вотяков.

По росту, по телосложению и по размерам и пропорциям головы как пермяки, так и зыряне кажутся идентичными своим родственникам вотякам[625]. Однако различие между этими народами и поволжскими финнами может существовать в форме носа, так как носовой указатель пермяков составляет 64,9, а у зырян 65,7. Только 11% зырян и 14% пермяков имеют темные волосы; таким образом, эти северные пермяки, вероятно, как более светлоглазы, так и более лепторинны, нежели большая часть поволжской финской группы. Одна подгруппа зырян, живущая в Усть-Силосском районе, видимо, смешана с самоедами или другими нефинскими народами, так как головной указатель составляет 83,3 в противоположность обычной средней величине 81 для других зырян, а доля темных глаз в два раза больше, чем у всех других. По цвету волос для зырян в целом мы находим наконец серию наблюдений, основанную на шкале Фишера, и проведенную на основе серии в 400 человек[626]. Авторы делят шкалу на три категории: темную (№№ 4–8 по Фишеру), золотистую (№№ 9–15) и пепельную (№№ 16–26). Проценты соответственно составляют 53,1; 9,6 и 37,4. Нужно заметить, что не было отмечено ни одного случая черных или рыжих волос. Имея это в виду, можно прийти к предположению, что высокая степень рыжеволосости, о которой сообщалось в случае вотяков, может быть частично технического происхождения.

Подытоживая данные по пермякам, мы можем сказать, что по форме головы и лица и по пигментации они напоминают карельскую норму более полно, чем черемисы или мордва. Кажется вероятным, что финны и пермяки, ушедшие со своей родины в ранние века н.э. как в северном, так и в западном направлении, унесли с собой более древние финские черты, а оставшиеся на своей волжской родине в большей степени подверглись влиянию татар и прочих. Однако в целом то обобщение, что общий корпус финнов и пермяков, кроме балтийских групп, которые нам осталось изучить, тесно связан между собой по расе, является точным, что и было продемонстрировано.

До завершения этого обзора восточных финно-угорских народов требует рассмотрения еще одна группа – это остяки и вогулы, угры Оби, первобытные охотники и рыболовы Западной Сибири. Это самые близкие языковые родственники венгров-мадьяр. Остяки уменьшились до менее чем 20 000 человек, а количество вогулов составляет от 5000 до 7000 человек. Некоторые из остяков сильно русифицированы, а остальные смешались с самоедами и переняли оленеводство. Во время русской экспансии на восток в Сибирь остяки первыми почувствовали это давление: южная часть их территории была у них отнята, и они оказались в более первобытных условиях, чем раньше.

Можно ожидать, что современные остяки и вогулы будут демонстрировать результат столетий ухудшившихся условия жизни, и это действительно выражено в уменьшении роста: различные средние значения помещают их на уровень между 154 и 160 см, но самая большая серия из обеих групп попадает в категорию 158–159 см. Телесная форма обеих групп в большинстве случаев небольшая и стройная[627]. Сомье в серии из 106 мужчин-остяков находит 50% карих глаз, а остальные смешанные и светлые; вогулы, очевидно, несколько более светлоглазы[628]. Около 25% остяков имеют каштановые или светлые волосы, а вогулы опять же немного светлее[629]. В обеих группах и во всех сериях черные волосы находятся в меньшинстве. Десять их процентов среди остяков могут указывать на самоедскую примесь. В целом эти лесные угры Сибири самые темные из финно-угорских народов, кроме лопарей, которых мы уже рассмотрели.

Форма головы этих двух сибирских народов такая же, как и у волжских финнов и пермяков, размеры же немного меньше. Их лица кажутся короче, а носы – определенно мезоринными. Фотографические свидетельства позволяют удостовериться, что как остяки, так и вогулы впитали заметное количество монголоидной крови, которая проявляется особенно в чертах лица. Тем не менее, по большинству черт они в основном похожи на своих родственников по другую сторону Урала[630].

10. Балтийские финны: ливы и эстонцы

Ради связности давайте вернемся к началу восьмого раздела, в которой мы выразили намерение изучить расовый состав балтийских финнов. Тем временем мы увидели, что базовый финский расовый тип, к которому принадлежат поволжские финны и их родственники от Карелии до Оби, – это современный двойник доисторической дунайской расы, со склонностью как к нордическому, так и к ладожскому направлению. Поэтому этот тип был назван неодунайским. Именно этот неодунайский расовый тип предки балтийских финнов, должно быть, и принесли с Волги в своих западных миграциях во время столетий, непосредственно предшествующих н.э. и после ее начала. Отклонения современных балтийских финнов от этого типа будут отражать влияние более древнего населения балтийского побережья на завоевателей и в меньшей степени влияние более поздних народов, влившихся в финский этнический корпус.

Древнейшие балтийские земли, занятые завоевателями, – это Эстония и большая часть современной Латвии, включая особенно Курляндию и Ливонию. Однако эти страны уже содержали некоторое население за столетия до прихода финнов. Древнее население культуры ямочно-гребенчатой керамики запоздалого северного неолита представлено черепами из Салис-Ройе; это большие черепа по меньшей мере двух разновидностей – с зачаточными монголоидными особенностями и широколицый мезоцефал палеолитической внешности. Производители более позднего времени, поселившиеся в некоторых количествах вдоль южного берега Финского залива, представлены многочисленными скелетными останками, показывающими, что они были составным населением с очень высоким ростом, крепкими костями и большими телами, большими головами, с размерами, предполагающими смешение шнуровых и верхнепалеолитических элементов, сравнимыми с западнонорвежскими. Древнее население Эстонии было особенно высокоголовым и длинно– и широколицым. Именно это сочетание лесного типа гребенчатой керамики с этой формой со странными пропорциями и с иммигрантами-финнами с Волги произвело современную балтийскую финскую расовую общность.

Из сегодняшних балтийских финнов южнее всех находятся ливы, населяющие двенадцать деревень, находящихся вдоль прибрежной полосы и простирающихся на обе стороны мыса Домеснес, у южного края Рижского залива, в провинции Курляндия (Курземе) в Латвии[631]. Ливы – это последние финны в Латвии, сохранившие свою первоначальную речь, так как на восточной стороне Рижского залива ливский язык вымер в 1862 г. В 1852 г. ливов было 2354 человека, в 1881 г. – 2374. Однако к 1920 г. их количество сократилось до 831 человека, и, возможно, ливам суждено потерять как свой язык, так и этническую идентичность. К счастью, из-за грозящей им ассимиляции ливы подверглись тщательному антропологическому изучению[632]. Две серии, каждая по 100 взрослых мужчин, измеренные в 1878 и 1922 гг., имеют средний рост 174 см. Итак, ливы очень высокие, и их рост не обязан своим происхождением современному механизму, увеличившему рост других народов в северо-западной Европе. У них большие кости, длинные конечности, и в то же время плотное и мощное телосложение. Их плечи широкие, но относительный рост сидя составляет 51,3, что демонстрирует скорее чрезмерную длину ног, нежели туловища. Их головы и лица большие, сравнимые по величине с западнонорвежскими. Диаметр длины и ширины головы со средними значениями 193,3 мм и 155,1 мм производит средний головной указатель 80,2, который не особенно разнообразен, хотя диапазон составляет от 70 до 90. Будет замечено, что форма головы восточных финнов сохранилась, а размер головы сильно увеличился.