Читать онлайн «Расология». Страница 101

Ни в русских народных сказках, ни в сказках других народов, принадлежащих к исходному индоевропейскому культурному кругу, нигде нет и намека на половые извращения. А в таких классических арийских религиях, как индуизм и зороастризм, гомосексуализм считается самым тягчайшим преступлением, подлежащим наказанию не только в этой жизни, но и во всех последующих воплощениях. Существуют специальные древнеперсидские трактаты, детально описывающие технологию ритуального убийства половых извращенцев и принесения их в жертву. В войсках СС также расстреливали за мужеложество.

Вместе с тем турецкий султан Мехмед II, сокрушивший Византию в 1453 году и превративший христианские храмы и дворцы Константинополя в груду дымящихся развалин, был ревностным мусульманином, несшим всюду слово пророка Мухаммеда, но при этом открыто содержал два гарема; один состоял из женщин разного возраста, а второй был укомплектован мальчиками. Данный факт никак не входил в противоречие с «культурными» нормами ислама и не мешал проповеди истины Аллаха.

Несколько глав в своей замечательной книге В. П. Осипов посвятил описанию всех видов половых извращений, процветавших в библейские времена, из чего становится окончательно ясно, что для понимания «духовных красот» Ветхого Завета нужно предварительно обзавестись учебником по криминальной сексологии.

Крупный итальянский антрополог и психолог Паоло Мантегацца весьма оригинально объяснил генезис гомосексуализма, который, по его мнению, возникает в результате анатомо-физиологической аномалии, выражающейся в распространении периферических нервов половых органов на прямую кишку, включаемую таким образом в эрогенную область. Обилие магазинов, торгующих «марсианской» механической техникой для удовлетворения аномально экзотических сексуальных наклонностей, делают эту гипотезу вполне достоверной. Причем, что характерно, количество этих магазинов в крупнейших городах Европы и Америки увеличивается параллельно общей демократизации общества и борьбе за права человека, а это полностью вписывается в контуры нашей концепции, согласно которой для восприятия и распространения каждого типа идеологии необходим определенный тип нервной системы. Движения за гуманизм, феминизм, права сексуальных и иных меньшинств нуждаются в особом типе нервной системы, функционирующей через соответствующий массаж аномальных периферических нервов половых органов. Демократические ценности по уровню и характеру агитации все больше напоминают предписания практолога.

Работы крупного русского психолога и физиолога Григория Николаевича Бренева сегодня совершенно забыты, однако его труд «Доисторическая цветная цивилизация» (1935) весьма актуален в контексте современной культурной ситуации, так как ее сущность этот русский ученый, бывший одним из любимых учеников И. П. Павлова, раскрыл сквозь призму полового рефлекса и языка, то есть соотнес основной инстинкт продления рода с одним из главных орудий культуры, что означало революцию в науке. Он писал: «Рефлекс является сигнализатором био-процессов в прошлом. Современный русский рефлекс „колыбели“ Белого человека не сломался, а оброс, впитал в себя мировые идеи цветного соревнования всех своих цветных врагов. Русский язык поэтому — это вечный часовой всех цивилизаций, всех эпох и всей нервной энергетики человечества. Русский язык все видел, все слышал и решительно все рефлекторно выстрадал и запомнил. Язык — это воплощение нервной энергетики народа».

Постижение и истолкование мировой истории, по Бреневу, вообще возможно лишь через сравнительное изучение рефлексов различных рас, ибо только тогда становятся понятными и очевидными мотивы их поведения, преследуемые цели и культурные ценности: «Современное положение в России может быть понято только на точном знании рефлекса крови белого и цветного людей». Для изучения биологической сущности извечных врагов России Бренев предложил ввести специальный научный предмет — «цветное крововедение». Духовное же состояние современного русского человека, обросшего противоестественными рефлексами цветных соседей, он метко назвал «колонизированной психикой»: «В современной экспериментальной России всюду „переключка“ рефлекса, отсюда океан Русских терзаний, крови и слез».

Согласно его концепции, звуко-знак языка служит своего рода «радиоаппаратом», а принимающей антенной служит безусловный рефлекс крови человека. Язык все время осуществляет корректировку и настройку рефлекса крови и одновременно служит индикатором биопроцессов. Все это легко наблюдать в повседневной речи. Так, просторечное выражение «Бог шельму метит» опять же свидетельствует о физических отметинах на теле дегенератов, как, например, в случае с основателем «перестройки». Выражение «подложить свинью» раскрывает суть ритуального скотоложства, практикуемого некоторыми небелыми народами, что известно еще из Ветхого Завета. Фраза: «Держать в черном теле» — свидетельствует об исконно презрительном отношении белых людей к черным.

Г. Н. Бренев пишет по этому поводу: «Белый рефлекс никогда не признавал равенства цветной расы и никогда не признает, так как кровосмешение рефлекторно отравляет психику; коллизия разной крови снижает нравственные достоинства Белой Расы и физически ведет к вырождению и уходу „ублюдков“ в небытие. Требование Цветного Интернационала старее мира».

Выдающийся отечественный ученый В. П. Осипов неустанно подчеркивал: «Все без исключения психические акты развиваются путем рефлекса». Это означает, что расово-чуждые, а также откровенно извращенные дегенеративные идеи всегда будут оказывать негативное воздействие на развитие естественных рефлексов в лоне преобладающей расы. Человек, мозг которого сконструирован для восприятия полотен Дюрера, всегда будет испытывать физиологический дискомфорт при виде «живописи» Шагала.

Немецкий философ-позитивист Ганс Файхингер (1852–1933) в своей работе «Философия как если бы» выдвинул положение о том, что поведение огромного количества людей определяется социальными фикциями, такими, как например, «все люди равны в своих возможностях», или «все люди — братья» и т. д. Причем самое главное заключается в том, что люди, подверженные психическому влиянию этих фикций, большую часть своей жизненной энергии тратят на то, чтобы овеществить иллюзию. Поэтому управляемая фикция является мощнейшим инструментом власти. Данная теория получила название фикционализма.

Однако в свете данной теории становится совершенно очевидным, что если представители одной расы начнут экспортировать фикции в виде культурных норм или даже целых политических доктрин в жизненное пространство другой расы, то этим они извратят ценностные ориентиры ее представителей и тем самым подорвут биоресурс этой расы.

Другой крупный немецкий психолог Альфред Адлер (1870–1937) также считал, что в основе поведения невротика лежит фикционалистское поведение, которое через компенсаторную функцию отнимает у него все силы в борьбе с собственной неполноценностью. Человек, осознавая психически свою неполноценность, борется с нею по принципу компенсации. Но ведь это правило справедливо для целых народов и рас, которые можно буквально обессилить, внушив им комплекс неполноценности и принудив тем самым тратить весь биоресурс на борьбу с самими собой.

Современный немецкий ученый Фридхарт Кликс в книге «Пробуждающееся мышление» (Киев, 1985) перевел обсуждение данной проблемы на качественно новый научный уровень. Он пишет: «Основная функция нервной клетки состоит в генерировании импульса в ответ на изменение внутренних и внешних условий. Реакция в значительной мере зависит от размещения заряда в клетке и в определенном смысле может рассматриваться как распознавание. Элементарная самостоятельная функция нервного узла состоит в выборе альтернативы между возбуждением или торможением. Рефлекс замирания некоторых насекомых является уже примером комплексного осуществления данной функции. Характерная функция нервного импульса клетки состоит в „распознавании“ в целях выбора соответствующей программы поведения. В естественных условиях это выражается в усилении или подавлении активности, в зависимости от того, что „распознает“ сенсорный аппарат — хищника или жертву. Решения такого рода основываются на межклеточных нервных затуханиях. При этом распознавание и управление как функции нервной системы подчиняются удовлетворению потребности. Это филогенетическая основа для возникновения мотивации поведения, так как наследуемые программы и их реализация в признаках поведения настроены на наиболее вероятное окружение, на некий тип жизненного пространства».