Читать онлайн «Черный Принц (СИ)». Страница 67

Куда спешить? По лужам, которые подернулись тонкой пленкой льда, по тротуару, белесому, обындевевшему. Скрываясь от света фонарей, которых становилось все больше. И снег, начавшийся внезапно, летел на свет.

…на Перевале снег выпадает рано. Но по ту сторону гор зима мягкая. И чем ближе к побережью, тем мягче. Райдо писал о белом береге и море, о летнем доме, который весной полагалось белить, но за зиму ветра и сырость побелку съедали, и дом лежал на побережье темной обглоданной костью.

…не нашлось времени съездить.

И уже не будет.

Ключ опалил холодом сквозь перчатку. Кейрен придержал язычок колокольчика, повешенного над дверью и дверь толкнул, сказав в темноту:

- Я дома.

- Рад слышать, - ответила ему темнота голосом Райдо. - А то я уже, признаться, заждался. Слушай, ты не мог квартирку попросторней найти? Тут развернуться негде.

Она и вправду была тесновата для Райдо, который, устроившись в кресле, вытянул ноги и ноги эти уперлись в каминную решетку.

- Ты?

- Не рад? - Райдо поднялся и воздух втянул. - Кровь, надеюсь, не твоя?

- Не моя.

- Опять по помойке голубей гонял?

- Вроде того.

Кейрен зажег свет и поморщился. Яркий. Непривычно яркий после сумерек Нижнего города. Он стянул пальто, с неудовольствием отметив, что оно набрало запахов, самым ярким из которых был даже не сладковатый кровяной, но гнилостный, прелый. Этот запах прочно впитался в ткань и вывести его не выйдет…

Райдо обнял.

И к себе позволил прикоснуться.

- Изменился, да? - он возвышался над Кейреном на голову, но рядом с ним Кейрен не чувствовал себя слабым.

- Изменился. Выглядишь много лучше.

Рубцы не исчезли, и лицо его, шея, по-прежнему словно из лоскутов сшиты, грубо, неумело. Но швы побледнели, истончились.

- Ийлэ говорит, что со временем они станут еще более незаметны.

- Как она?

- Хорошо, - Райдо нахмурился и со вздохом признал. - Лучше, чем было. Она согласилась остаться одна, но…

- Ненадолго.

- Да. Самое большее - неделя.

Отпустил, взъерошил волосы и отвесил легкую затрещину.

- Бестолочь ты, младшенький. Все такая же бестолочь… ну хоть что-то постоянное есть в этом мире. Чай будешь? Будешь. И голодный, небось… честно говоря, я опасался, что ты домой отправишься. Записку-то оставил, но… не был уверен, что передадут.

- Что случилось?

Что-то серьезное, если Райдо сорвался с места. И он, заполнивший собой почти всю кухню, отмахнулся от вопроса.

- Иди, ополоснись и поговорим нормально. А то сил нет тебя нюхать. Когда ты повзрослеешь?

- Уже, - ответил Кейрен, стягивая рубашку.

- Вижу, - серьезно сказал Райдо. - И меня это не радует.

Горячая вода. Пар. Он наполнил крохотную ванную комнату, затянул зеркало, но Кейрен успел увидеть себя, бледного растрепанного с безумным взглядом и лихорадочным румянцем на щеках.

Помада на щеке… или кровь?

Кейрен мылся, растирая кожу докрасна, не чувствуя жара, но лишь холод, который не получалось выплавить. И он прибавлял и прибавлял горячей воды, пока не оказался вовсе в кипятке. Он дышал паром, избавляясь от вони в легких, от кислого привкуса гнили.

…на полочке под зеркалом остались крема Таннис, и Кейрен передвигал баночки… ее раздражало, когда после него оставался беспорядок в ванной. И лужи на полу. И еще след пальцев на зеркале. Кейрен прижал к запотевшей поверхности ладонь.

Больше не будет злиться.

Ушла.

- Эй, - дверь хрустнула от пинка Райдо. - Ты там топиться не вздумал? Если что, то помогу… по-родственному.

- Не дождешься.

Вытереться кое-как, натянуть рубашку, чистую, но мятую… утюг где-то есть, но Кейрен не умеет им пользоваться. Привык, что рубашки стирают за него, возвращая накрахмаленные, наглаженные.

Матушка не одобрила бы…

…она, верно, ждет. И следует оправить записку, извиниться, но позже.

- Садись, младшенький, - Райдо отодвинул стул. - И ешь, давай. А то у тебя вид такой, что вот-вот ноги протянешь с голодухи.

Чай в огромных кружках. И свежий хлеб, нарезанный крупными ломтями. Сыр. Ветчина. Поздний ужин на двоих, которому явно недостает изящества.

- Так зачем ты приехал? - Кейрен ест, впервые за последние дни ощущая голод.

Когда он в последний раз обедал?

Вчера, кажется. И с утра матушка пыталась что-то сказать про завтрак, но он соврал про занятость. В особняке Кейрен начинал задыхаться.

- Причин несколько, - Райдо подпер щеку кулаком.

Любимая поза, матушку раздражавшая. Она боролась и с ней, и с его привычкой ставить локти на стол, исправляя мягко, настойчиво… Райдо не исправлялся.

Он, наверное, с рождения был такой вот, неисправимый.

- Первая - чтобы сказать, что ты - идиот, - Райдо выковырял из хлеба мякиш, который скатал в шар. А шар отправил в рот. - Вот ответь, младшенький, чего ради ты себя гробишь?

- А я гроблю?

- Гробишь, - Райдо разламывал корку на кусочки, а их раскладывал по краю тарелки.

…матушка хмурилась и говорила, что нельзя играть с едой.

- И не делай морду клином. Ты прекрасно все понимаешь. Долг - дело, конечно, хорошее, но одними долгами жив не будешь.

Между кусками хлеба Райдо раскладывал сырные крошки. Узор получался странным.

- Ты о свадьбе?

- А о чем, хрысь тебя задери, еще?

- Этот союз нужен роду…

- Нужен, - согласился Райдо, облизывая пальцы. - Союз нужен, а не свадьба двух несчастных идиотов. Или девушка не против?

- Против, - вынужден был признать Кейрен.

- И тогда чего ради? Вот только не начинай про политику! Этой хрени я уже наслушался, и скажу тебе так. Коалиция нужна Сурьме не меньше, чем нам. Союз будет заключен в любом случае. А остальное…

- Матушкиными стараниями.

- Узнаю, - Райдо вздохнул. - И сочувствую.

- Она хотела, как лучше.

- Она всегда хочет, как лучше. Но вот лучшее для нее и лучшее для тебя - это разные вещи. Что, твоя девчонка не нравилась? Неподходящая компания?

- Вроде того. Я пытался объяснить, но…

- Тебя не услышали. Кейрен, я люблю маму, но иногда… она пытается сделать окружающий мир идеальным. Знаешь, в свое время она и меня пыталась переделать, только я чересчур грубый… и остальные… а вот ты - мягкий мальчик. Ее мальчик.

Райдо сгреб с тарелки хлеб и сыр, встряхнул в горсти и отправил в рот.

- Я это понял, - прижав ладони к чашке, Кейрен наслаждался теплом. - Правда, поздновато, но понял. Знаешь, ей кажется, что я ошибаюсь. Что она старше, опытней и… остальное же - ерунда. Как колени разбитые, поноет и пройдет.

- И как, проходит?

- Нет.