Читать онлайн «Постскриптум. Поможет ли России Путин?». Страница 58

Уверен, что локальные попытки создать культ Гайдара обречены на провал — в народе еще жива память о его преобразованиях.

Ведь кем были младореформаторы? Необольшевиками. Они исходили не из той реальности, которая существовала в России, а из собственных идеологических догм, под которые они эту реальность хотели подогнать. Из надломленной, полуразрушенной, теряющей свой промышленный потенциал страны, они хотели, по их словам, создать либеральную экономику. И что же? Они ее так и не создали! То, что получилось, можно назвать разве что олигархическим, бандитским капитализмом по худшим латиноамериканским образцам. У нас совершенно антилиберальная экономика, когда все позиции принадлежат крупным монополиям, душащим любую конкуренцию со стороны малого и среднего бизнеса. Получается, что те святые идеалы, которые провозглашали Гайдар и Чубайс, оказались ими же самими и поруганы! И мало того, что у них получился продукт прямо противоположный «либеральной экономике», их правление, к тому же, закончилось в 1998 году полным дефолтом.

О «профессионализме» и «экономической мудрости» реформаторов красноречиво свидетельствует такой эпизод. В ночь с 14 на 15 августа 1998 года Чубайс, Немцов, Кириенко и Дубинин (в то время — глава Центробанка) срочно отправились в «Метрополь» к Джону Олдингу-Смиту, представителю МВФ в России, и спросили: «Как нам быть? У нас все рушится». К тому времени они правили страной уже восемь лет — неужели за этот срок нельзя было разобраться, как вести собственное хозяйство? Оказалось, без совета международного чиновника средней руки никак не обойтись. «Гуру» и посоветовал: «Надо в первую очередь спасать иностранный капитал». В итоге, иностранный бизнес во время дефолта 1998 года практически не пострадал, в то время как российская экономика понесла огромный урон.

Ныне покойный депутат от КПРФ Виктор Илюхин в свое время обвинил Гайдара в том, что тот где-то заявил: «Если погибнет 30 миллионов пенсионеров, это освободит нас от социального балласта». Гайдар подал в суд на Илюхина за клевету, но Илюхин суд выиграл! Он доказал, что, хотя Егор Гайдар конкретно эту фразу не говорил, но совокупность его высказываний означала, что он эту идею проводил — и неоднократно! А ведь фактически он провозглашал теорию социального геноцида, действуя по принципу: «Подумаешь, погибнут 30 миллионов человек. Зато мы построим новую Россию!»

Увы, но та модель капитализма, которая сложилась в 1990-е годы, практически без изменений дожила до сегодняшнего дня. В кризисный 2009 год у нас в два раза возросло число миллиардеров — было 34, стало 68! Как же это произошло? В годы кризиса во всем мире число миллиардеров падает, а у нас оно растет — и почти вдвое! И, как оказалось, это был еще не предел — в 2010 году количество миллиардеров уже выросло до 101 человека. Каковы же механизмы экономики, которые позволяют создавать такие гигантские состояния при невысоком уровне жизни, общей экономической неразвитости и деградации производящих секторов?! А ведь эти механизмы были созданы именно трудами реформаторов в 1990-е годы, и шлейф их деятельности тянется за нами до сих пор.

Запад аплодировал Ельцину, но смеялся над ним

На мой взгляд, полное фиаско ожидают и попытки выставить Бориса Ельцина великим государственным деятелем, действовавшим в трудные времена. С его антисоциальной политикой, разрушительными экономическими реформами и бездарным внешнеполитическим курсом создать культ из этой фигуры не получится никогда. Наш народ отлично понимает, что мы заплатили чудовищную ценой за свободу и демократию. Ведь демократия и свобода, которые у нас до сих пор весьма ограничены, не могут быть оплачены самоуничтожением нации. Вот либералы про Сталина говорят: «Он выиграл Великую Отечественную войну, но страна за это заплатила огромную цену». А Ельцин вообще ничего не выиграл — он лишь худо-бедно сохранил те базовые институты, которые возникли без его участия. Ведь уже при Горбачеве существовал и парламент (Верховный Совет фактически был его прообразом), свобода слова и свобода передвижения. Но заплатили мы за правление Ельцина огромную цену — и еще продолжаем платить.

Согласно переписи 2010 г., только за период 2003–2010 г. мы потеряли 2,2 миллиона человек. Причем эта цифра выглядит сильно заниженной, а качество переписи оставляло желать лучшего. При Ельцине же население вообще убывало со скоростью 1 миллион в год. При первом президенте РФ, в 1995–1996 гг. продолжительность жизни мужчин в России упала до 56 лет — это, извините, уровень Гаити! Мой друг, американский журналист Пол Хлебников, убитый в Москве в 2004 году, написал о ельцинской эпохе шокирующую книгу «История разграбления России». Пол пришел к выводу, что социально-экономические последствия правления Ельцина оказались для России даже более катастрофичными, чем итоги Второй мировой войны. Несмотря на многомиллионные жертвы и чудовищные разрушения, Россия вышла из войны с меньшим уроном для человеческого и экономического потенциала, чем постсоветская РФ — из ельцинского правления!

Когда говорят, что Ельцин «заложил основы» правового государства, остается лишь в недоумении развести руками. Какое это было правовое государство, если оно действовало неправовыми методами? Сам факт существования ельцинской «семьи» чего стоит! В правовом государстве не могут править люди, которые никем не избраны и никем не уполномочены на управление страной. Но в России второй половины 1990-х годов это, увы, стало нормой. Ни для кого не секрет, что после 1996 года вся полнота власти в стране находилась в руках «семьи». Большую часть времени Борис Николаевич проводил в Кремлевской больнице, а его пресс-секретарь, за неимением лучших новостей, сообщал нам с телеэкранов, что «президент работал с документами» и что «у президента крепкое рукопожатие». Это было единственное подтверждение тому, что Ельцин все еще присутствует в нашей политической жизни.

Ту политическую систему, которая в 1990-е годы сложилась в России, американская пресса называла демократией. А теперь посмотрите, что недавно произошло в Тунисе и Египте! Там тоже правили семейные кланы, но когда их свергли, американские журналисты с ликованием писали о «народных революциях, покончивших с деспотией». Вот они — западные двойные стандарты в действии! В России правит «семья» — и Запад это называет демократией. В Тунисе и Египте тоже правит «семья» — и Запад клеймит это диктатурой. Думаю, что причины такой слепоты в одном случае и прозорливости в другом очевидны — США закрывали глаза на деяния Ельцина и его «семьи» потому, что тот шел им на уступки по всем вопросам, превращая Россию в младшего партнера Америки. Нашему руководству в 1990-е годы казалось, что благодаря нашим заискиваниям в Вашингтоне нас будут считать хорошими парнями. Но в реальности они считали нас весьма недалекими людьми, которые не умеют отстаивать собственные интересы. Помните известные кадры, на которых Ельцин стоит и что-то из себя изображает, а рядом, чуть ли не сгибаясь пополам, хохочет Клинтон? Ельцин считал, что это признак одобрения, но на самом деле это было признаком презрения.

Инструмент для политических киллеров

Сегодня любят раскручивать миф о том, будто при Ельцине процветала свобода слова. Что ж, Борис Николаевич действительно старался особенно не воздействовать на прессу, но не потому, что был демократом. Попросту ему было глубоко плевать на то, что говорят и пишут в СМИ. А ведь свобода слова подразумевает не только свободу высказываний, но и серьезную реакцию на них со стороны власти. Если же вы можете разоблачать кого угодно, но это остается безо всяких последствий, то это — не демократия, такая практика называется манипуляцией. К примеру, в начале 1990-х СМИ практически в ежедневном режиме писали о распродаже и разворовывании собственности в группе западных войск, которые тогда мы выводили из Германии. И что дальше? Это никак не повлияло на судьбу ни одного из видных фигурантов этого громкого дела.

Телевидение при Ельцине находилось под прямым контролем со стороны олигархов. Когда в 1995 году «Останкино» было преобразовано в ОРТ — Общественное российское телевидение, 49 процентов учредительного капитала оказалось у пула олигархов, во главе которого стоял Борис Березовский. И хотя формально председателем Совета Директоров считался Виталий Игнатенко, гендиректор ТАСС, представлявший 51-процентную долю государства, он не играл вообще никакой роли, именно Березовский определял эфирную политику. Нужно «замочить» Лебедя? ОРТ тут же отрабатывало заказ. Березовский о чем-то договорился с Лебедем? Из отрицательного персонажа он превращался в разумного политика и в положительного героя. Нужно дискредитировать Примакова или Лужкова? Березовский бросал в дело известного телекиллера. И это — свободное телевидение?!