Читать онлайн «Доктрина Русского мира». Страница 100

Для того чтобы удостоверится в этом, припомним основные вехи развития русской цивилизации.

Известно, что русский этнос, консолидировавшийся и ставший полноценной цивилизацией, выполнил в истории почти невероятную задачу: после первой попытки гуннов по объединению Евразии под своей властью, после второй попытки тюрков создать каганат от Желтого до Черного морей, после попытки монголов связать Евразию своим жестко централистским синтезом, наступил черед русских дать новый формат и векторность развития. С этой задачей они справились успешно, хотя и в несколько этапов. Но главное, что сама эта задача была выполнена именно как цивилизаторская, а именно, как реализация византийского (материнского) задания: 1) «быть в некотором смысле всем миром, вмещающим даже рай»; 2) «быть миром под знаком истиной веры» (Аверинцев С.С. Византия и Русь: два типа духовности // Аверинцев С.С. Другой Рим. Избранные статьи. СПб.: Амфора, 2005. С. 311).

Собственно именно так на первом этапе реализовала себя русская цивилизация. Но за этим последовал период непростых отношений со Степью, которая (в лице «кочевой цивилизации») пыталась навязать отношения зависимости. Тем не менее, «Русская земля» сумела сохранить относительную независимость, а далее, регенерировать свои преимущества в сложном историческом пространстве, вплоть до созидания единого, общерусского пространства и времени (Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. М.: Танаис – Ди Дик, 2004. С. 172–173).

Дальнейшая её историческая динамика была оформлена и подчинялась логике имперской формы (романовской и советской), что само по себе говорит о зрелости и доброкачественности притязаний. А именно: соединять этносы в единую семью при сохранении уникальности каждого из них. При этом русский, а затем и советский народ нёс на себе все тяготы цивилизационно-имперского строительства.

К сказанному нужно добавить аргумент о том, что русская цивилизация всегда готова была разделить с «униженными и оскорбленными» народами их судьбу. Это обстоятельство напрочь вычеркивает её из состава западной цивилизации, народы которой (португальцы, испанцы, англичане и т. д.) стремились господствовать над «малоразвитыми» народами Азии, Африки и Латинской Америки. В том числе, в советскую эпоху с её опекой «отсталых» по меркам тех же стран (их бывших колоний!), а тем более сегодня, когда США «безраздельно» нависают над всем миром, поучая его то демократии, то правам человека…

Разумеется, в данном контексте можно говорить о том, что существующие за пределами русской цивилизации (локализованной в пространстве) ареалы её прямого или косвенного влияния – Балканы, Ближний Восток, Азия, Африка и Латинская Америка уже «облучены» русским влиянием. Конкретно: православно-христианским и светски-гуманистическим. Более того, симпатии народов этих регионов к России и её цивилизационной модели остаются на весьма высоком уровне. Чего хотя бы стоит отношение юго-славян, сирийцев, кубинцев к этому русскому влиянию.

Но как мне кажется, вопрос о Русском Мире недавно (во время визита святейшего в Антарктиду) заметно актуализировался. Речь идет о том, что духовный лидер нашей цивилизации увидел на этом материке «образ идеального человечества». И думается не зря, ведь сообщество полярных исследователей, состоящее из представителей разных народов и континентов плюс фауна Антарктиды – образуют искомую модель гармонии. Впрочем, которая ранее выстраивалась и выстраивается теперь в виде Русского Мира.

И последнее. Коль скоро Русский Мир – суть порождение исторического пути русской цивилизации, то необходим общий критерий оценки такого «продукта» её творения. И здесь следует вновь прислушаться к мнению Патриарха Кирилла: «Ценность любой цивилизации – не в том, во сколько миллиардов долларов оценивается её совокупный продукт за истекший год, и не в том, сколько у неё приверженцев на сегодняшний день. Ценность любой цивилизации – в том, что она несёт человечеству. И перед каждой цивилизацией стоит вопрос: способна ли она отражать в мыслях, чувствованиях, словах и делах ту непреходящую правду, которая имеет значение в вечности?» (Кирилл, Патриарх Московский и Всея Руси. Семь слов о Русском мире. М.: Всемирный Русский Народный Собор, 2015. С. 36). В таком случае, творческое задание – «быть миром миров» выходит далеко за пределы любых идеологических клише, настаивающих на той или иной партикулярности. Напротив, русскомирность в её актуальности и незавершенности открывает возможность творения истории сообща, по ту сторону хищных геополитических и геоэкономических интересов. Истории, в её русской соборной и участной редакции.

Даже как-то не верится. Прошло уже два года с тех пор, как начала сбываться русская мечта. Мечта о том, что мы снова будем одной большой страной. Империей. Да, чего нам стесняться? Почему англичанам и американцам можно, а нам – нет? Давайте не будем врать друг другу – ведь не за тем же люди выходили на улицы и поднимали русские флаги 1 марта 2014 года, сотрясали площади мощным «Россия!», чтобы теперь стыдливо опускать глаза и говорить: «Нет, ну что вы, что вы, будем реалистами…». Не будем реалистами, не нужно. Реалисты организовывали военные походы на русские земли в 1812 и 1941 годах. А побеждали их идеалисты, наши предки. Поэтому пусть реалистами остаются те, кто планирует цветные революции. А мы будем как, и раньше, жить по принципу «Делай, что должен, и будь что будет».

О «Русской Весне» написано уже много, даже целые книги вышли. Поэтому утомлять читателя хронологическим изложением событий не стану, поговорить хотелось бы о другом. Все и так помнят, что, осознав реальность переворота, произошедшего в Киеве, мы с Вами (думаю, «Новую Землю» читает именно эта категория) вышли на улицы и сказали «нет». Каждый на своём месте. Каждый в своём городе. И было этих городов много, не только Донецк и Луганск. Всё, что до сих пор по недоразумению называют «юго-востоком Украины» весной 2014 года взбунтовалось – ведь было понятно, что к власти пришли не просто нацисты. И не какие-то «майданутые». Стало вдруг очевидно, что контроль над ситуацией, над нашими жизнями и будущим наших детей, пытается взять откровенное инфернальное зло. Это ощущалось кожей, в воздухе был ток. Именно поэтому наши митинги переросли сначала в захваты административных зданий (власть, которая подчинилась ЭТОМУ, нужно было гнать в шею), а потом и в войну.

Всё это произошло динамично, но логично и предсказуемо. Именно этого ждали от нас те, кто вкладывал деньги в киевский майдан. Нужно было, чтобы началась братоубийственная война, ведь хотим мы того, или нет, но сейчас защитники Донбасса, взявшие в руки оружие, вынуждены убивать представителей своего же народа. Да, у людей с той стороны линии фронта перевёрнутая система ценностей и перестроенная психика. Но они всё равно русские. Именно поэтому они так и ненавидят нас – иначе не вытравить сомнение, что нужно «москалей на ножи». А потом отлаженная система стала давать сбои. И вот это как раз тот момент, который нам с Вами нужно осознать: именно люди, вставшие за Новороссию, стали причиной сбоя глобальной системы. Как в пословице – «Нашла коса на камень».

Как бы ни обидно было признавать данный факт, но термин «Русская Весна» нам не принадлежит. Это как раз креатура, определённый шаблон, который работал без дефектов начиная с девятнадцатого века. Если коротко: в 1848 году континентальную Европу потрясла целая цепь революций, охвативших территорию нынешних Франции, Германии и Италии. Сильнее всего тогда тряхнуло Австро-Венгрию, там бунтовали везде: в столице, в Хорватии и Воеводине, в Трансильвании и Словакии, в Словении, Далмации… Список можно продолжать, но система уже и так видна. Во всех случаях «Весна народов» серьезно подкосила институт монархии, подорвала экономику, создала почву для грядущего крушения политического строя, который на тот момент существовал в охваченных «весной» странами. Череда революций, разрушивших прежний политический уклад во всей европейской части материка, прокатившаяся в результате Первой мировой войны не имела никаких «весенних» эпитетов. Но она как раз была логичным следствием событий «Весны народов».

Следующая ощутимая порция «весенних» политических ударов пришлась на 1968 год – в Праге бунтовали против социалистического настоящего (т. е. против СССР в конечном итоге), а в Париже заставили покинуть президентский пост Шарля де Голля. Кстати, многие исследователи считают, что именно в этот момент Франция окончательно перестала быть суверенным государством, и стала вассалом США. Если внимательно наблюдать за процессами, которые сейчас разворачиваются на родине Фантомаса, с этим утверждением трудно спорить: ведь сегодня мы можем увидеть что угодно, но только не сильную Францию, способную к принятию самостоятельных решений. Аналогичные черты имела и протестная волна в США, развернувшаяся в том же году. Но учитывая, что в итоге американцы бунт хиппи «переморгали», можно предположить, что Америка стала именно испытательным полигоном. С которого потом всё и переносилось в реальную жизнь.