Читать онлайн «Демократизация». Страница 83

Консолидация процедурной (или полноценной?) демократии

В политологической литературе консолидацию обычно связывают с завершением процесса демократизации, которое знаменуется первыми свободными выборами, окончанием периода неопределенности и (или) реализацией минимальных условий полноценной демократии[650]. Однако демократия не может стать консолидированной без повсеместного и успешного воплощения гражданских прав, которые не исчерпываются голосованием. На этом этапе движения во многих странах призывают к соблюдению прав тех, кто исключен «демократиями низкой интенсивности» (low intensity democracies), и выдвигают требования более инклюзивной демократии (т. е. движения, требующие проведения земельной реформы, обеспечения трудоустройства, движения коренного населения и женские движения) и упразднения наследия авторитарного режима. Требования, выражаемые движениями в понятиях «прав», «гражданства», и их политическая реализация играют ключевую роль в превращении населения в граждан[651]. Как отметил Джо Форэйкер[652], «борьба за права имеет более чем только риторический эффект. Настойчивые требования свободы слова и собраний являются предпосылкой для коллективного (и демократического) принятия решений, которое образует граждан». Социальные движения обычно производят имеющие долговременный характер воздействия, не только институциональные, но и культурные и социальные. Трансформации такого рода осуществляются посредством альтернативных практик и ценностей этих движений, которые помогают поддерживать и расширять демократию[653]. Более того, сети движений играют важную роль в мобилизации против устойчивых моделей исключения и наследия авторитарного режима[654].

Наконец, социальные движения могут играть важные роли в расширении демократии (до сих пор недостаточно изученный этап демократизации), направляя свои усилия как на демократическую реформу международной системы управления, так и на преодоление пределов представительной демократии на национальном уровне посредством экспериментов с демократией участия и делиберативной демократией[655]. Существуют как минимум два подхода к этому вопросу. Первый подход связан с концептом глобального гражданского общества[656]; он подчеркивает благоприятную для демократизации на наднациональном уровне роль всемирного организованного гражданского общества, занимающего место между государством и рынком[657]. Второй подход, связанный с изучением движений за глобальную справедливость (global justice networks)[658], и анализом транснациональных правозащитных сетей[659], отмечает значение правозащитных, женских, альтерглобалистских групп и групп, представляющих коренное население, в продвижении и расширении национальных демократических режимов, равно как и в реформировании не особо демократических процедур международных правительственных организаций, таких как Всемирный банк или Международный валютный фонд (МВФ). Предложения о реформах, выдвигаемые движениями за глобальную справедливость, в большей степени ориентированы на расширение прозрачности процесса принятия решений в международных правительственных организациях, увеличение контроля над ними со стороны национальных парламентов, а также открытие каналов доступа для организаций социальных движений.

12.2. Ключевые положения

• Циклы протестов и волны забастовок играют важную роль в процессах демократизации.

• Роль социальных движений имеет тенденцию меняться на различных этапах демократизации.

• Подпольные сети сопротивления подрывают внутреннюю и внешнюю поддержку авторитарных режимов.

• Интенсивность протеста может ускорить процессы либерализации.

• Социальные движения часто являются важными союзниками политических партий и других коллективных акторов в коалициях сторонников демократии на этапе транзита.

• Во время и после консолидации в социальных движениях используются альтернативные практики демократии.

Хотя социальные движения и играют важную роль в продвижении демократии, они не всегда эффективны. В 1984 г. в Бразилии крупная мобилизационная кампания под названием «Прямые (выборы) прямо сейчас» (Diretas Já) с целью реформирования избирательной системы и введения прямых выборов не оказала влияния на авторитарные элиты. Этот и другие примеры, такие как студенческие протесты в Китае в 1989 г., показывают, что одна только мобилизация в поддержку демократии не приводит к демократизации[660]. Для результативной демократизации необходимо сочетание нескольких факторов. Главной причиной необходимости комбинировать подходы, изучающие факторы «снизу» и «сверху», является то, что «способ транзита», контекст процесса демократизации, типы акторов, вовлеченных в этот процесс, их стратегические взаимодействия – все это влияет на то, какая именно демократия будет учреждена»[661]. Литература, упомянутая в этой главе, показывает, что следующее сочетание элементов создает наиболее благоприятные условия для демократизации: 1) не связанная с синдикализмом волна забастовок и (или) продемократический протестный цикл; 2) увеличение политической организованности жителей городов и относительно плотная сеть сопротивления; 3) в странах с населением, исповедующим католицизм, Римско-католическая церковь активно вовлечена в борьбу за демократизацию; 4) международное давление со стороны правозащитных сетей; 5) расколы в авторитарных/тоталитарных элитах по поводу вопроса о сохранении недемократического режима; 6) существование элит, поддерживающих демократию и способных интегрировать запросы на демократию «снизу» (хотя бы до тех пор пока не начался переход).

Существуют и сочетания факторов, которые негативно влияют на демократизацию. Сложности возникают тогда, когда: 1) в ходе транзита приходится одновременно иметь дело с противоборствующими движениями, требующими национальной независимости и отстаивающими альтернативные исключающие взгляды на демос; 2) в ходе процесса демократизации происходят террористические нападения и набирают силу партизанские движения, отвергающие демократию в качестве реального немедленного результата. Эти два фактора не делают демократизацию невозможной, но привносят опасность того, что консолидация никогда не будет достигнута или будет иметь место лишь частичная либерализация авторитаризма. Это подводит нас к самой интересной региональной неудаче демократизации, которой, помимо Китая, является регион Ближнего Востока и Северной Африки (см. гл. 21 наст. изд.). Частичное объяснение того, почему в странах данного региона отсутствовала борьба за демократизацию, может определяться: 1) отсутствием (или недостаточностью) поддержки демократии со стороны сильных и независимых от государства религиозных институтов; 2) неорганизованной городской беднотой; 3) корпоративизмом в требованиях профсоюзов, которые являются синдикалистскими (или их отсутствием); 4) слабостью правозащитных движений или их отсутствием (при наличии сильного давления со стороны транснациональных правозащитных сетей и межправительственных организаций). Хоть это до сих пор открытый вопрос, все еще продолжающееся накопление важных знаний о демократизации в XX в. может помочь нам в улучшении понимания динамичного, полного случайностей и конфликтов процесса формирования альтернативных траекторий движения к разным типам демократии.

Вопросы

1. Как структуралистские подходы определяют роль социального движения в процессах демократизации?

2. Назовите основных исследователей, рассматривающих роль социальных классов в процессах демократизации через призму исторического сравнительного подхода. Что именно они предлагают?

3. Какую роль отводят транзитологи социальному движению на различных этапах демократизации?

4. Каков потенциал социальных движений в разных типах недемократических режимов?

5. Всегда ли социальные движения благоприятствуют демократии?

6. Каким образом протестные циклы и волны забастовок связаны с демократическими процессами?

Посетите предназначенный для этой книги Центр онлайн-поддержки для дополнительных вопросов по каждой главе и ряда других возможностей: <www.oxfordtextbooks.co.uk/orc/haerpfer>.

Дополнительная литература