Читать онлайн «Демократизация». Страница 122

Караманлис имел в своем распоряжении инструмент торга с военными в виде серьезной угрозы, создаваемой вероятностью войны с Турцией. Он отказывался принимать свое новое назначение до тех пор, пока военные не согласились вернуться к своим прямым обязанностям и отказаться от дальнейшего вмешиваться в дела правительства. Перед лицом ужасной альтернативы военного поражения от Турции военные приняли его условия. Караманлис быстро перешел к созданию нового демократического режима. Он немедленно инициировал восстановление на временной основе конституции 1952 г. (за исключением статей, касавшихся дискредитировавшей себя монархии, быстро отвергнутой референдумом 1974 г.) и назначил в скором времени выборы в учредительное собрание, которое должно было осуществить пересмотр старой конституции. Восстановление действия конституции 1952 г. ускорило процесс изменений, которые проводились бы гораздо медленнее, если бы пришлось разрабатывать и принимать совершенно новую конституцию.

При том, что Караманлис действовал единолично, он старался смягчить обеспокоенность ключевых игроков, как правых, так и левых. Он заручился поддержкой (или как минимум молчаливым согласием) военной элиты, восстановив ее высокопоставленных представителей в прежних должностях, с которых они были смещены хунтой во время чисток 1967–1968 гг. Однако наиболее примечательное изменение в греческой политике стало результатом действий Караманлиса, которые позволили обеспечить поддержку нового демократического режима со стороны левых. Режим, установленный после гражданской войны в Греции в 1946–1949 гг. вслед за провалом коммунистического восстания, стал исключающим режимом, который не был в полной мере демократическим. При том что выборы проводились регулярно, режим эффективным образом изгонял из политики и маргинализировал всех, кто подозревался в симпатиях к левым. Основные политические и гражданские права регулярно нарушались из-за таких мер, как получение разрешения полиции на трудоустройство в большом государственном секторе Греции или даже для выдачи паспорта. Ясно, что простое восстановление предшествующего статус-кво привело бы не только к установлению режима, легитимность которого оспаривалась бы левыми партиями, но и к нарушению того, как мы определили полностью демократическую систему. Вместо этого Караманлис быстро освободил политических заключенных и легализовал все политические партии, таким образом дав возможность Коммунистической партии Греции (КПГ; Kommounistikó Kómma Elládas) и другим левым партиям открыто участвовать в политической жизни страны впервые после окончания Второй мировой войны. Еще более удивительно то, что он отменил все те ограничения гражданских и политических свобод, которые были введены в 1948 г. в качестве мер для недопущения коммунистов и левых к участию в политике.

Эта политика национального примирения способствовала как быстрому завершению транзита к демократии, так и ее консолидации, особенно среди левых. Но Караманлис (политик правого толка) предпринял ряд дополнительных шагов, которые перекрыли возможность появления симпатий к предыдущему режиму военной хунты. При том что лидеры хунты подверглись пыткам и суду за их преступления против демократии и основных прав человека, Караманлис сделал так, чтобы лидеры военной хунты не были наказаны слишком сурово, дабы избежать появления образов жертв среди них в глазах будущих оппонентов режима: смертные приговоры трем главным лидерам хунты (Георгиосу Пападопулосу, Стилианосу Паттакосу и Николаосу Макарезосу) были заменены на пожизненное заключение. Такие меры позволили не допустить повторения мести и казней политических лидеров, имевших место в 1920‑х годах, что привело к поляризации греческого общества и открыло путь для создания диктатуры Метаксаса.

Таким образом, у нового демократического режима был великолепный старт. Он был полностью демократическим и впервые с начала XX в. допускал включение в политику всех альтернативных взглядов, таким способом обеспечивая принятие режима всеми политически значимыми группами. Однако существовали некоторые сложности в части полной консолидации режима. Первые демократические выборы были проведены слишком быстро, что не позволило левым партиям, долгое время испытывавшим на себе тяжесть репрессий, самоорганизоваться. Первые выборы были проведены по сильной мажоритарной системе. Соответственно КПГ и партия «Всегреческое социалистическое движение» (ПАСОК; Pan-ellinio Sosialistikó Kínima – PASOK), основанное Андреасом Папандреу, сыном бывшего премьер-министра Георгиоса Папандреу, руководившего «Объединением центра», получили лишь 6,7 % мест в учредительной ассамблее, при том что партия Караманлиса «Новая демократия» (Néa Dimokratía) получила значительное преимущество от действия предусмотренного законом о выборах коэффициента увеличения 54 % голосов избирателей до 73 % мест в ассамблее. В ответ на сильные искажения представительства, допускаемые законом о выборах, а также на некоторые положения конституции, которые воспринимались как авторитарные и нелегитимные, две основные левые партии периодически выступали с заявлениями против такой политической системы и первоначально занимали жесткую политическую позицию. Более того, новая конституция была принята только при поддержке депутатов от «Новой демократии».

В течение последующих нескольких лет уровень неудовлетворенности левых в отношении нового режима значительно снизился. Исключительно демократическое и толерантное поведение правительства Караманлиса сильно способствовало поддержке левыми партиями демократической консолидации. Аналогичное действие произвел и приход к власти по результатам выборов 1981 г. правительства ПАСОК, когда настала очередь этой партии выиграть от мажоритарной асимметрии закона о выборах. К 1981 г. только двусмысленная позиция КПГ и ее марксистско-ленинская риторика указывали на неполное завершение консолидации демократии. По мере снижения политической поддержки КПГ со стороны избирателей эти опасения ослабли, и они полностью исчезли (по крайней мере на символическом уровне) после формирования в 1989 г. коалиционного правительства в составе «Новой демократии» и КПГ. Эта коалиция включала в свой состав не только партии, принадлежавшие к противоположным частям политического спектра, но и представителей обеих сторон, участвовавших в гражданской войне 1940‑х годов.

Греческий транзит и консолидацию демократии сложно охарактеризовать в терминах стандартных типологий. Это, конечно, не был случай «пактированного» перехода, так как Караманлис действовал единолично, без широких консультаций или каких-либо открытых соглашений, заключенных между соперничающими политическими силами. Однако важно отметить, что в период правления режима полковников политические элиты правой и левой частей спектра втайне вели интенсивные обсуждения, и занятые когда-то соперничавшими политическими группами примирительные позиции помогли выработать «консенсуальное единство» в поддержку новой демократии после начальных этапов транзита[902]. Тем не менее имеются явные признаки «конвергенции элит» между левыми и правыми партиями после первых выборов.

После первых выборов в ПАСОК взяли верх идеологические максималисты, и партия начала ориентироваться на третий мир, регулярно выступая с осуждениями в адрес НАТО и ЕЭС (сегодня ЕС). ПАСОК также заняла частично нелояльную позицию по отношению к закону о выборах и некоторым положениям конституции. Партия потерпела сокрушительное поражение на выборах и 1974‑го, и 1977 г. После повторного поражения в 1977 г. лидер ПАСОК Папандреу решился выбрать электоральную стратегию, отстаиваемую более умеренными фракциями партии (многие из них происходили еще из «Объединения центра» его отца), и взять курс на «короткую дорогу к власти». Решение об отказе от радикализма и неполной лояльности было в значительной мере принято для увеличения привлекательности партии в глазах большинства греческих избирателей, что соответствует характеристике поведения партии после 1977 г. в духе концепции «конвергенции элит»[903]. Успех такой стратегической переориентации виден на примере победы партии на выборах 1981 г., в ходе которых она получила 48 % голосов и 58 % мест в парламенте. Такой успех не только означал принятие партией полностью лояльной позиции по отношению к новому режиму, но и отражал превращение ПАСОК во «всеохватную» партию (catch-all party) умеренного толка, каковой она является и сегодня.

18.3. Ключевые положения

• Подобно второму транзиту в Португалии, первые шаги к демократизации Греции включали перехват власти высшими военачальниками у неиерархической военной хунты.