Читать онлайн «Демократизация». Страница 118

Сделанное наблюдение заставляет нас задуматься о том, что случилось бы, если бы зависимые от энергоносителей страны, в которых демократизация потерпела неудачу, смогли «перерасти» нефтяную зависимость, как это удалось Мексике и Индонезии. Чтобы ответить на данный вопрос, мы оценим вероятность срыва демократизации для разных уровней зависимости от нефти. Венесуэла 86 % дохода от экспорта получает от продажи углеводородов, и вероятность этой страны оказаться в группе неудавшейся демократизации составляла, согласно нашей статистической модели, 76 %. Если же мы устанавливаем долю экспортного дохода, извлекаемую из продажи энергоносителей, на уровне 25 %, то вероятность срыва демократизации в стране падает до всего лишь 16 %. Практические импликации полученных результатов очевидны: сокращение зависимости от нефти – это очень важная (а возможно, и самая важная) предпосылка успеха демократизации в странах, в которых сейчас эта зависимость высока, от Республики Конго и Габона до Венесуэлы и России.

Что можно сказать о неравенстве полов? Наши модели показывают, что этот показатель имеет значение для демократизации. Если разрыв в уровне грамотности полов снизить с 30 до 0 % в Пакистане, то вероятность срыва демократизации в стране оценивается уже в 39 % вместо 51 %. Меньшее неравенство полов сокращает риск неудачи демократизации. Но это неравенство меняется медленно. Однако же, как и в случае зависимости от энергоносителей, есть исключения: в некоторых странах имело место быстрое изменение степени неравенства. Исследование данных по уровню грамотности среди молодежи (люди возраста от 15 до 24 лет), позволяет заглянуть в будущее. В ряде государств обнаружились заметные улучшения, достигнутые в короткий срок. К примеру, в Тунисе между 1990 и 2004 гг. разрыв в уровне грамотности между молодыми мужчинами и женщинами сократился с 18 до 4 %, в Саудовской Аравии – с 13 до 4 %, а в Албании –

с 6 до 0 %. С точки зрения качества жизни людей и, конкретнее, с точки зрения шансов на успешную демократизацию это воодушевляющие тенденции. Приведенные показатели демонстрируют, что в определенных обстоятельствах меры, направленные на снижение неравенства между полами, могут быть эффективными даже в краткосрочной перспективе.

17.3. Ключевые положения

• Сильные легислатуры могут выступать надежным средством против возвращения к авторитаризму.

• Уменьшение зависимости от экспорта топлива, хотя и является труднодостижимым в ближнесрочной перспективе, снижает вероятность провала демократии.

• Гендерные неравенства в существенно большей степени поддаются исправлению политическими средствами. Снижение их уровня значительно способствует консолидации демократии.

Обращение демократизации вспять – это одна из центральных драм современной мировой политики. Хотя во многих случаях антиавторитарный прорыв не был полностью нивелирован, только менее половины стран, в последние три десятилетия предпринявших демократизацию, действительно преуспели в этом. В большинстве государств демократизация протекает неустойчиво или вовсе потерпела неудачу. Более того, из трех крупных стран, в начале 1990‑х годов казавшихся вполне созревшими для перехода к открытой политической системе, значительные и устойчивые изменения претерпела только Индонезия. Китай и Иран остались такими же закрытыми, как и два десятка лет назад.

Как было показано в настоящей главе, то, окажется ли демократизация полностью успешной, частично успешной или потерпит неудачу, определяется несколькими крупными структурными факторами. Бедность увеличивает вероятность срыва демократизации. Схожее воздействие оказывают недолгая история государственной независимости, большая доля мусульманского населения, экономическая зависимость от нефти и газа и неравенство полов. Однако связь между каждым из этих факторов и итогом режимных изменений носит вероятностный, а не абсолютный характер. Например, в некоторых бедных, преимущественно мусульманских странах, поздно обретших независимость, наблюдалась устойчивая демократизация. Кроме того, структурный характер названных факторов не означает, что их нельзя изменить. Конечно, история государственной независимости не поддается корректировке, религиозный состав общества также достаточно жестко фиксирован. Но бедность, зависимость от углеводородов и неравенство полов могут снижаться с течением времени, тем самым сокращая риск срыва демократизации.

Еще один структурный фактор – этническая фракционализация – тоже почти фиксирован, но он не влияет на успех демократизации. Этот результат противоречит общепринятой точке зрения, но согласуется с выводами недавних эмпирических исследований[891]. Это хорошие новости для новых демократий с разнородным населением. Иногда между этническими группами случаются конфликты, приводящие к гибели демократии (как в Фиджи). Тем не менее этнический конфликт – это исключение, а сотрудничество – норма, и фракционализация per se не коррелирует со срывом демократизации. Было также обнаружено, что определенный институт, а именно полномочия парламента, может серьезно повлиять на будущее демократии. Власть парламента важна, поскольку он может выступить противовесом деспотизму президента или монарха, которые часто, по нашим наблюдениям, оказываются виновниками обращения демократизации вспять.

Далее, установлено, что другие акторы, способные положить конец демократизации, представляют опасность только в особых случаях. Военные остаются потенциальной проблемой, но все же меньшей, чем глава государства. Наш результат согласуется с другими недавними работами, отметившими наблюдающуюся в последние десятилетия тенденцию по снижению опасности, которую военные представляют для открытой политической системы[892]. Повстанцы тоже могут быть угрозой для демократизации, но из десяти специально рассмотренных случаев ни в одном они не были единственными виновниками ее срыва и одними из двух главных виновников они оказались только в двух случаях.

Любопытно, что два актора, часто воспринимаемых как несущие опасность для демократизации (речь идет о массах и иностранной силе), ни в одном из проанализированных кейсов не выступили в качестве основной причины поворота демократизации вспять. Угроза народных восстаний, столь острая на фоне массовых движений межвоенного периода, сегодня не является проблемой. Массовые восстания нередки, но в современном мире они носят скорее продемократический, чем антидемократический характер: примерами могут служить Филиппины в 1986 г., Украина в 2004 г. и Бирма в 2006 г.[893]. Иностранные силы также не были главным актором ни в одном из рассмотренных случаев. Надо признать, что иногда они производили интервенцию. Некоторые повстанцы в Центрально-Африканской Республике – из Судана и Чада. Некоторые главы исполнительной власти, при которых демократизация потерпела неудачу, пользовались поддержкой иностранных правительств. Примерами могут послужить поддержка США монархов Иордании и Россией – президента Белоруссии. Однако иностранное вмешательство никогда не было главной движущей силой возвращения к авторитаризму. Этот факт особенно примечателен на фоне того, как часто интервенция извне блокировала демократизацию в прежние времена; в пример можно привести спонсированный США и Великобританией переворот в Иране в 1953 г., спонсированный США переворот в Гватемале в 1954 г., американское вторжение в Доминиканскую Республику в 1965 г. и вторжение СССР в Чехословакию в 1968 г. В последние десятилетия тоже происходили такие неприкрытые интервенции, но обычно не в демократизирующиеся страны и не с целью остановки демократизации. Возможно, в межвоенный период или на пике холодной войны массовые восстания, иностранное вмешательство, повстанцы и армия были главной угрозой открытому политическому устройству. Но в последнее время основную опасность для демократизации несут люди, облаченные в костюмы и галстуки, а не в рабочие рубахи, камуфляж партизана или форму с эполетами.

Какие советы можно дать на основе полученных результатов сторонникам демократии? Помните, что экономическое развитие, продолжительная история государственной независимости и религиозные традиции могут иметь значение, но они не выносят приговора. Из общих правил влияния этих переменных на судьбу демократизации есть достаточно исключений для того, чтобы никогда не падать духом. Нефть – это яд; сокращайте зависимость от нее экономики страны – или любая попытка провести демократизацию с большой вероятностью закончится неудачей. Сокращайте неравенство между полами, даже если это требует продолжительных усилий, а в короткие сроки не станет источником чудесных изменений. Не опасайтесь массовых восстаний или иностранных сил. Минимизируйте политическую власть военных и угрозу, исходящую со стороны повстанцев, но не думайте, что люди с оружием в руках обязательно будут главными врагами демократии. Вместо этого опасайтесь президентов и монархов; чтобы ограничить их власть, выстраивайте сильный парламент.