Читать онлайн «Демократизация». Страница 114

В терминах «модели ванны», представленной в гл. 4, каждая из оцениваемых переменных может трактоваться как показатель объективных геополитических и структурных общественных условий. Все эти условия достаточно фундаментальны, и ни одно из них, как правило, не меняется быстро. Корреляция между доходом на душу населения для последних десятилетий, как и между разницей в уровне грамотности полов, превышает 0,9[877]. В расчет берутся значения для относительно недавних лет, поскольку эти данные являются более подробными и содержат меньше пропусков. Если же учитывать данные более ранних десятилетий, то результаты изменятся пренебрежимо мало. Хотя каждый из рассмотренных здесь факторов в долгосрочном периоде может находиться под влиянием демократии, риск эндогенности, т. е. ситуации, когда переменная, взятая как зависимая, действительно влияет на значения переменной, полагаемой независимой, невысок. Ни одна из независимых переменных не относится напрямую к институтам (например, правилам голосования), событиям (например, войнам), трендам (например, функционированию экономики) или политическим курсам (например, степени открытости экономики). Последние два фактора, возможно, заслуживают рассмотрения, однако оценить их влияние с исключением риска эндогенности довольно трудно. В этой части главы мы будем измерять влияние только объективных факторов, перечисленных выше.

В табл. 17.1 представлены результаты серии пробит-моделей с порядковой зависимой переменной. Идея, лежащая в основании моделей такого рода, заключается в оценивании независимого эффекта каждого включенного в анализ фактора при условии учета эффекта других факторов, причем отклик, т. е. переменная, на которую предположительно влияют эти факторы, принимает значения, соответствующие элементам упорядоченного дискретного множества. В нашем случае эти значения представляют собой разные возможные статусы страны: устойчивая автократия, страна неудавшейся демократизации, страна неустойчивой демократизации, страна устойчивой демократизации или устойчивая демократия. Модель 1 учитывает все факторы, которые, по нашему предположению, могли бы определять, в какой из пяти категорий окажется страна. Для тестирования устойчивости результатов мы представляем также альтернативные спецификации. В общей сложности насчитывается пять моделей.

Экономическое развитие, зависимость от экспорта энергоносителей, доля мусульман, колониальное наследие и неравенство полов – все эти переменные оказались статистически значимыми и влияют на тип политического режима в ожидаемом направлении. Более высокий уровень экономического развития благоприятен для демократии; существенная экономическая зависимость от энергоносителей, напротив, отрицательно воздействует на нее. Более высокая доля мусульман среди населения вредна для демократи так же, как позднее обретение государственной независимости и неравенство полов. Единственный, возможно, неожиданный результат состоит в том, что этническая фракционализация не препятствует демократизации. Знак при коэффициенте положителен; это указывает на то, что более высокая фракционализация скорее благоприятна, чем пагубна для перспектив демократии; однако коэффициент при данной переменной оказался незначимым во всех трех моделях, в которые эта переменная была включена. Следовательно, мы не можем сказать, полезна ли для демократии более высокая фракционализация, но у нас есть основания полагать, что она не вредна для нее.

Таблица 17.1. Пробит-регрессии с упорядоченной зависимой переменной: тип политического режима и факторы, предположительно его определяющие

Примечание: N = 158 стран. Стандартные ошибки указаны в скобках. * p < 0,05; ** p < 0,01; *** p < 0,001. Стандартные ошибки – это мера неуверенности в том, что получены точные оценки коэффициентов. Чем больше коэффициент регрессии по отношению к стандартной ошибке, тем больше оснований считать влияние фактора значимым. Степень уверенности в коэффициентах принято обозначать звездочками. Чем больше звездочек находится при коэффициенте, тем более мы уверены в его значимости.

Источники: Для данных об экономическом развитии – [878]; для зависимости от энергоносителей – [879] и ежегодные доклады других лет; для этнической фракционализации – [880]; для доли мусульман в населении страны – [881]; для неравенства полов – [882].

Более подробная картина складывается из сравнения стран неудавшейся демократизации со странами устойчивой демократизации. Важность экономического развития очевидна. Усредненный по 20 странам неудавшейся демократизации годовой подушевой доход равен примерно 3700 долл. США; между тем для 39 стран устойчивой демократизации аналогичный показатель равен 8100 долл. США. Только в двух странах неудавшейся демократизации – Кувейте и России – доходы населения выше, чем средний доход в странах устойчивой демократизации. Бедность практически несовместима с демократией. То, как бедность сокращает шансы на успешную демократизацию, можно проиллюстрировать еще и посредством подсчета предсказанных вероятностей срыва демократизации при

разных уровнях экономического развития. Эти вероятности показаны на рис. 17.1. Чтобы получить кривые, изображенные на рисунке, значения всех объясняющих переменных, кроме ВНД на душу населения, мы приравняли к их средним арифметическим. Затем при помощи нашей модели подсчитали предсказанные вероятности срыва демократизации при ВНД, изменяющемся от 0 до 40 000 долл. Сплошная кривая указывает на эти предсказанные вероятности при данном ВНД; пунктирные кривые отмечают границы 95 %-го доверительного интервала. Ни одна статистическая оценка не является абсолютно достоверной. 95 %-й доверительный интервал есть интервал, относительно которого мы на 95 % уверены в том, что в нем лежит истинное значение оцениваемого параметра; в данном случае – истинная вероятность срыва демократизации. Как следует из убывающего тренда на рисунке, экономическое развитие – это превосходный способ максимизировать шансы на успешную демократизацию.

Рис. 17.1. Связь между экономическим развитием и вероятностью провала демократизации

Связь между зависимостью от энергоносителей и демократией даже более однозначна. В 6 из 20 стран неудавшейся демократизации (Венесуэла, Габон, Кувейт, Нигерия, Республика Конго, Россия) прибыль от энергоносителей составляет более половины доходов от экспорта, в то время как среди 39 стран устойчивой демократизации лишь в одной из них – в Тринидаде и Тобаго – эта статья доходов приносит более четверти экспортной прибыли. Демократия не знает более страшного врага, чем нефть.

Ислам также может затруднить демократизацию. Доля мусульманского населения в странах неудавшейся демократизации в среднем равна 44 %; в странах устойчивой демократизации она составляет 11 %. Половина государств, в которых демократизация оказалась сорванной, являются преимущественно мусульманскими, но среди стран устойчивой демократизации преимущественно мусульманских – всего 8 %. Отсутствие независимости к 1900 г. тоже может быть причиной сложностей с установлением демократии. Только 2 из 20 стран неудавшейся демократизации (Россия и Венесуэла) были независимыми до 1900 г., в то время как среди 39 стран устойчивой демократизации независимостью к означенному времени обладали 10. Неравенство полов тоже может препятствовать демократизации. Среди стран неудавшейся демократизации разница в уровне грамотности мужчин и женщин в среднем равна 13 процентным пунктам («в пользу» мужчин); среди стран устойчивой демократизации этот разрыв составляет только 4 процентных пункта. Пагубный для демократизации эффект разрыва в уровне грамотности полов отображен на рис. 17.2. Для получения кривых, изображенных на рисунке, все значения объясняющих переменных в нашей модели, за исключением неравенства полов в уровне грамотности (показатель был определен как разность грамотности мужчин и грамотности женщин), были приравнены к их средним арифметическим. Затем в рамках принятой ранее спецификации модели были подсчитаны предсказанные вероятности срыва демократизации; при этом значения переменной неравенства полов варьировались от 20 до 40 %. Как и на рис. 17.1, сплошная кривая обозначает предсказанные вероятности, а две пунктирные – границы 95 %-го доверительного интервала. Из рис. 17.2 видно, что, при прочих равных условиях, чем больше разрыв в уровне грамотности мужчин и женщин, тем выше вероятность срыва демократизации.