Читать онлайн «Демократизация». Страница 100

Система пропорционального представительства (ПП) считается системой «открытого доступа» (permissive) или «слабой». Сама по себе она не сокращает количества партий. Но в большинстве стран, использующих ПП, несколько факторов снижают степень пропорциональности, включая существование избирательных барьеров, небольшие размеры избирательных округов и конкретный вид формулы, которая используется для конвертации голосов в места в парламенте. Учитывая эти различия, Сартори отмечает, что чем менее пропорциональной является ПП, тем больше она будет сокращать количество партий.

Мажоритарная система голосования в два тура не привлекла такого же внимания исследователей. Хотя утверждение Таагеперы[765], что «если выбор делается в два тура, может произойти что угодно», является преувеличением, тем не менее справедливо, что второй тур голосования с меньшим числом кандидатов открывает возможности для маневров и торга, которые трудно смоделировать. Но некоторые прогнозы сделать можно, учитывая правила прохождения во второй тур (только два кандидата, набравшие больше всех голосов, или все, преодолевшие определенный порог), способ определения победителя во втором туре (абсолютное или относительное большинство) и размер избирательного округа (одномандатный или многомандатный). На этой основе Сартори[766] формулирует четыре «правила».

Влияние двухтурового голосования на особенности партий является более определенным, чем на их количество: «Мажоритарная система голосования в два тура ставит антисистемные партии в очень невыгодное положение»[767]. Под антисистемными партиями имеются в виду различные силы: революционные партии, отрицающие политическую систему; экстремистские партии с того или иного края политического спектра; изолированные партии, критикуемые доминирующим общественным мнением. Антисистемные партии не получат представительства, если только самостоятельно не смогут выиграть большинство голосов, поскольку они неспособны получить поддержку умеренных избирателей.

15.1. Ключевые положения

• Институты имеют значение.

• Институты, включая избирательную систему, могут быть разработаны специально для достижения определенных целей в определенных обстоятельствах.

• Хотя исследования фокусировались в основном на концепции Дюверже, «электоральные законы» Сартори являются наиболее точными из имеющихся в социальных науках.

• При изучении влияния избирательного законодательства на политический процесс всегда необходимо учитывать контекст.

Подобно избирательной системе, партийная система может быть как следствием, так и причиной. Сартори[768] рассматривал избирательную систему в качестве объяснительной переменной, предсказывая, что влияние избирательного законодательства на политический процесс будет различным в «структурированных» и «неструктурированных» партийных системах. «Структурированные», или устойчивые, партийные системы в современной терминологии можно охарактеризовать как «институционализированные». Скотт Мэйнуоринг и Тимоти Скалли[769] определяют четыре критерия институционализации: 1) модели конкуренции постоянно воспроизводятся; 2) партии укореняются в обществе; 3) граждане и организации воспринимают партии и выборы в качестве единственных легитимных средств определения того, кому принадлежит власть; 4) партийные организации должны быть «относительно крепкими и сплоченными». По сравнению с партийными системами в зрелых демократиях, в новых они не являются прочно институционализированными. Различие между структурированными и неструктурированными партийными системами объясняет, почему при разных обстоятельствах схожее избирательное законодательство может по-разному влиять на политический процесс. В самом деле, в своем исследовании посткоммунистической Восточной Европы Йон Эльстер и его соавторы[770] приходят к выводу, что, «учитывая размытый характер программ партий, их слабую организационную основу, недостаточно структурированную партийную систему и неустойчивое политическое группирование (alignment) избирателей вдоль тех или иных общественных расколов, электоральные нормы неспособны сократить количество партий и структурировать партийную систему». Неструктурированные партийные системы существуют не только в новых демократиях. Ослабление связей между избирателями и партиями в постиндустриальных странах Запада, известное как «размывание» группирования избирателей вдоль расколов (de-alignment), может также ослабить там влияние избирательного законодательства.

Отдельного рассмотрения требуют смешанные избирательные системы, которые становятся все более распространенными. Следуя за Луи Массикотом и Андрэ Блэ[771], их можно разделить на три основных типа: сосуществование (пропорциональное представительство и правило абсолютного или относительного большинства голосов используются одновременно, но в разных частях страны); сочетание (сосуществование на общенациональном уровне); корректирование (пропорциональное представительство исправляет дисбалансы, возникающие при выборах по правилу абсолютного или относительного большинства). Наиболее известная смешанная избирательная система существует в Германии, где половина членов парламента избирается по системе пропорционального представительства в многомандатных округах, соответствующих федеральным землям, а вторая половина – в одномандатных округах. По сути, выборы по системе пропорционального представительства определяют распределение мест между партиями, в то время как система относительного большинства используется, чтобы определить, займут ли эти места кандидаты от округов или из региональных списков. Поскольку общий результат является пропорциональным, немецкая избирательная система известна как «пропорциональная со смешанными кандидатами» (mixed-member proportional)[772] и часто характеризуется как пропорциональная система.

Мэтью Шугарт[773] объясняет популярность смешанных избирательных систем тем, что они, по его мнению, максимизируют «эффективность» избирательной системы и в известной степени сочетают лучшие черты двух базовых моделей избирательных систем. В то же время проведенное Ренске Доренсплит[774] исследование эмпирической взаимосвязи между типом избирательной системы и оценками качества государственного управления дает некоторые подтверждения тезису Сартори[775] о том, что смешанные избирательные системы сочетают худшие черты двух базовых моделей избирательных систем. Вместе с тем, поскольку смешанные избирательные системы принимаются особенно часто в новых демократиях, а также в старых, сталкивающихся с кризисом легитимности и (или) правительственным кризисом, как это случалось в Японии, Италии и Венесуэле, подобная связь может существовать из-за других причин, не связанных с избирательной системой. В любом случае, влияние избирательного законодательства на политический процесс труднее предсказать в смешанных системах, чем в тех, которые устроены по какому-то одному принципу.

15.2. Ключевые положения

• Предполагается, что избирательные системы по-разному влияют на структурированные и неструктурированные партийные системы.

• Партийные системы в новых демократиях являются слабо институционализированными.

• Важно понимать точное устройство смешанных избирательных систем.

• Чем сложнее устроены смешанные избирательные системы, тем труднее определить их последствия.

Зависимой переменной для Дюверже была дихотомия двухпартийности (dualisme des partis) и многопартийности (multipartisme), при этом партийный дуализм мог обозначать как классическую двухпартийную систему, так и существование двух партийных блоков. Вместе с тем Дюверже никогда не уточнял, как эти тенденции могут быть эмпирически проверены. Эмпирическое исследование влияния избирательных систем зависит прежде всего от способа подсчета партий. Количественные подходы к анализу взаимосвязи между голосами избирателей и местами в представительных органах используют математические формулы, с помощью которых можно определить относительный размер партий. Первым был «индекс фракционализации», разработанный Дугласом Рэ[776]. Сейчас общепринятым является предложенный Маркку Лааксо и Рейном Таагеперой[777] индекс эффективного числа партий, который подсчитывается как единица, деленная на сумму квадратов долей голосов или мест, полученных всеми партиями. Индекс может использоваться для определения эффективного числа партий, участвующих в выборах (если используется доля голосов), или парламентских партий (если используется доля мест).