Читать онлайн «Битва империй. Англия против России». Страница 89

В Европе существовали и другие государства, претендующие на роль ядра империй. Испания, Португалия, Франция, Голландия, Швеция, Германия, Австрия, Россия… Монархи этих стран прокладывали мечом и отвагой путь к величию.

Пока Европа была занята «великими географическими открытиями, ей не было дела до России. Только слабая поначалу Англия, которой путь в южные моря был заказан, начала осваивать русский Север. Так состоялось знакомство России и Англии. Экспансия со стороны англичан объяснялась желанием захватить рынки сбыта, возможностью приобрести дешевое российское сырье и потребностью доминировать на торговых путях в Азию. Россия желала взаимовыгодной торговли и равноправных отношений с Европой. Но сильного Московского государства никто в Европе не желал. Сохраняя техническое отставание России, вызванное нашествием и двухвековым владычеством монгольских завоевателей, ее даже не допускали до современной техники и технологий. России было недоступно новейшее вооружение Западной Европы, она не умела строить морские корабли. Поэтому появление посланников английского короля, разрывавших европейскую блокаду, было встречено одобрительно. Англичанам был создан режим наибольшего благоприятствования в торговле.

Британские «мужики торговые» у себя на родине быдлом считали простолюдинов. Естественно русские для них тоже не были людьми, с которыми возможны равноправные отношения. Англичане заключали с аборигенами — то ли на острове Фиджи, то ли на Кольском побережье — только «Leonina societas». Свободолюбивая Россия вхождение в «львиное содружество» всячески отвергала, ей не нужны были вериги неравноправных обязательств и договоров. Но британцы всюду осознавали себя хозяевами и вели соответственно. По сути, ступив на землю России, англичане объявили аборигенам (русским и живущим с ними народам) непрекращающуюся и поныне войну. Войну с применением армий, экономических мер и политических санкций. Только, исходя из имеющейся силы, англичане вели себя по отношению к местному населению более или менее лояльно. Англия тиранствовала в мире, досталось от нее, естественно, и нашей стране.

В Древнем Риме граждане империи требовали «хлеба и зрелищ». Хлеб отбирался у побеженных варварских народов. А для ублажения толпы и для ее же вразумления в цирках устраивали представления. На растерзание диким зверям отправляли тех же варваров и иноверцев. Цивилизованные римляне неистовали, ожидая крови варваров: «Christianos ad leonem!» — «Христиан ко льву!». На арену выталкивали детей, женщин, мужчин. Уже измученные пытками, вооруженные лишь верой страстотерпцы были беззащитны пред когтями и клыками царствовавших на манеже зверей. На глазах беснующейся толпы разыгрывалось кровавое убийство.

Среди свидетелей трагедий были, конечно, и христиане. Зрелище мученической смерти единоверцев лишь укрепляли их дух. Вера в благостный исход земного существования давала мужество страдальцам. Зрелище бойни поражало сердца и вносило смятение в души язычников. Варвары смели Рим, а христианство им овладело безраздельно. Христианство победило Льва.

Соединение варварства и христианства создало идеологию дикости и жестокости. Крестовые походы, порабощение народов, прикрываемое именем Христа, уничтожение иных культур и народов, уничтожение христиан, толкующих на свой лад Священное писание — все это было на Западе. Европейцы вновь вспомнили призыв древних римлян «Christianos ad leonem!» — «Христиан ко льву!». Особую ненависть у варварского христианства вызывало христианство византийское, восточное.

В результате реформаций, протестантского движения оформились религиозные воззрения разных европейских народов, объединенные общими христианскими символами. Возродившаяся европейская цивилизация, Новый Рим, узрел в России своего врага. Как известно, именно она восприняла у Византии идею православия, не изменяемого в основах своих учения Христа.

Лидерство в западном мире после длительной борьбы отошло к Великобритании. Она и возглавила борьбу с Россией, организуя то одни, то другие коалиции. Символично, что, страна, в чьем гербе оскалился лев, вела борьбу с державой, ставшей оплотом истинного христианства. «Christianos ad leonem!». Британия терзала христианскую Россию, а также «дикие» африканские, американские, азиатские народы.

В конце-концов Лев ослабел, он больше не в состоянии нести корону. Британский Лев, чтобы не терять власти призвал к владычеству над миром Американского Орла. Они после длительной вражды будто бы поладили. И сегодня США восприняли традиции британцев, восходящие к беспощадности нормандских викингов. Американцы продолжают завоевания… Но и в Америке, как в древнем Риме, есть люди, чей разум и чье сердце поражены бессмысленной бойней, разворачивающейся на планете. Они требуют не только «хлеба и зрелищ». Если не верите — загляните в Intrnet на американские сайты антиглобалистских, экологических и религиозных движений. Они пытаются действовать в интересах понимаемого по-своему здравого смысла, понимая, что грубый нажим на другие народы, в первую очередь, на Россию может завершиться антиамериканским и антизападным объединением, консолидацией россиян вокруг идеи возрождения своего могучего в недавнем прошлом государства. И они опасаются, что имперская Россия положит конец гегемонии США в современном мире, что напрямую отразится и на доходах всех «здравомыслящих» людей. Древний Рим рухнул, нет Британской империи, может наступить конец американскому процветанию и достатку…

Как не вспомнить в связи с этим поразительное открытие, сделанное русским философом Ильиным в эмиграции:

«Никто из нас не учитывал, до какой степени организованное мнение Запада настроено против России и против Православной Церкви. Западные народы боятся нашего числа, нашего пространства, нашего единства, нашего душевно-духовного уклада, нашей веры и Церкви, наших намерений, нашего хозяйства и нашей армии. Они боятся нас и для самоуспокоения внушают себе, что русский народ есть народ варварский, тупой, ничтожный, привыкший к рабству и деспотизму, к бесправию и жестокости: что религиозность его состоит из суеверия и густых обрядов… Европейцам нужна дурная Россия: варварская, чтобы «цивилизовать» ее по-своему; угрожающая своими размерами, чтобы ее можно было расчленить; завоевательная, чтобы организовать коалицию против нее; реакционная, религиозно-разлагающая, чтобы вломиться в нее с пропагандой реформации или католицизма; хозяйственно-несостоятельная, чтобы претендовать на ее «неиспользованные» пространства, на ее сырье или, по крайней мере, на выгодные торговые договоры и концессии».

Выдающийся русский мыслитель очень точно подметил, что не только силой — танками и ракетами — можно сломить русского богатыря. Истолкуй в самом негативном свете русскую историю, приведи доказательства неэффективности нашего общинного хозяйства, заклейми позором традиционный авторитаризм власти, вылей ушат помои на наши святыни! И пожнешь плоды — безразличие к прошлому, безропотность в настоящем и отсутствие у бывшего русского народа будущего. Это будущее будет принадлежать другим.

Одним из доброжелателей России является известный финансист Джордж Сорос. Пытаясь ответить на вопрос, как «помочь» нашей стране, он даже написал книгу «Кто потерял Россию?». Сорос озабочен тем, что Россия уходит с пути, указанном ей западными советниками. Он опасается возрождения в России авторитаризма, полагая, что западные страны должны оказать России помощь, сопоставимую с помощью европейским странам после второй мировой войны. В этом случае в российском обществе отношение к реформам по западным рецептам стало бы более лояльным, что подвигло бы страну к более энергичному строительству «открытого общества».

Сорос констатирует:

«…странам Запада, живущим в условиях открытого общества, не хватило прозорливости. После окончания Второй Мировой войны Соединенные Штаты инициировали план Маршалла; после распада советской системы подобная инициатива представлялась невообразимой. Я выступил с ней весной 1989 г. на конференции в Потсдаме и был в буквальном смысле слова высмеян. Больше всех смеялся Уильям Уолдгрейв, сотрудник министерства иностранных дел в правительстве Маргарет Тэтчер. Тогдашний премьер-министр Великобритании была энергичным поборником свободы — например, во время визитов в коммунистические страны она настаивала на встречах с диссидентами, — но мысль о том, что открытое общество возникнет только в результате целенаправленных усилий и такая работа нуждается и заслуживает поддержки извне, — эта мысль не приходила ей в голову. Будучи адептом рыночного фундаментализма, она была против участия государства в общественных процессах. По сути дела бывшие коммунистические страны были оставлены наедине со своими проблемами. Некоторые из них преодолели этот барьер; другим это не удалось…