Читать онлайн «В поисках потерянного разума, или Антимиф-2». Страница 82

Белорусская оппозиция не имеет собственной идеологии, не является организационно и финансово самостоятельной. В этом, с одной стороны, причина ее слабости, а с другой стороны - живучести. За годы борьбы против «режима» была создана целая прослойка функционеров, профессионально выполняющих функции оппозиции. И эта группа людей, играющая первую скрипку в неофициальной политической жизни Беларуси, саботирует всякие попытки объединения и консолидации антигосударственных сил. Их устраивает то положение, которое они занимают (положение «грантососа», как принято их называть). В то же время, эти люди предотвращают дальнейшую радикализацию оппозиции, заботясь о самосохранении и о сохранении своих «рабочих мест».

«Борцы против режима» и прочие прогрессивные деятели с ходу отрицают всякое обвинение в политической несамостоятельности, в обслуживании интересов Запада и в прочих неприятных вещах. Но если посмотреть на дело беспристрастно - то что мы увидим? Программы «оппозиционных партий» не редактировались уже очень давно. Лозунги, выдвигаемые от выборов к выборам, претерпевают чисто косметические, фразеологические изменения - в соответствии с веяниями времени (например, в 2004 году на выборах в Палату Представителей «оппозиция» учла экономические успехи белорусского руководства и вставила в свои программы социал-демократические словечки, что, впрочем, ей не очень-то помогло). Текущие проблемы страны никак не отражаются в деятельности оппозиционных структур - если не считать стремления к политическим спекуляциям на этих проблемах. Да что и говорить: многие оппозиционные функционеры явно или косвенно признаются, что их позиция в отношении развития ситуации в Беларуси - «чем хуже, тем лучше». Где здесь признаки нормальной партийной борьбы? Где заверения в сохранении преемственности курса развития, характерные для выборов в странах Запада? Где предвыборные программы, ориентированные на решение текущих проблем развития? Этого всего нет! И быть не может. Потому что белорусские «оппозиционные политические партии» не имеют никакого отношения к политическим партиям в западном «цивилизованном», как принято выражаться, смысле слова.

Все понимают сложившуюся ситуацию. И ведут себя адекватно. И «оппозиционеры», и простые белорусские люди в массе своей понимают, что борьба «власть - оппозиция» -это борьба двух типов общественного устройства, это борьба двух различных, взаимоисключающих миропониманий. Это, можно сказать, борьба метафизической глубины. Есть ошибки в понимании сути борющихся сторон - стремление возлагать слишком большие надежды на ту или иную сторону и т.д. Но суть проблемы, в общем, понимают все.

Соответственно фактическому статусу оппозиционных структур изменяется и их формальный статус. Оппозиция становится маргинальной. Их газеты закрываются, движения и партии ликвидируются, лидеры попадают за решетку. Отдельные умники винят в этом конкретных судей, чиновников и проч. Это просто глупо. Отдельные умники винят в этом «режим». Это не только глупо, но еще и нагло. Я бы хотел спросить у таких господ: «Сколько раз, уважаемые, вы писали на крышку унитаза, прежде чем поняли, что ее надо поднимать?». Что же еще, кроме тюрьмы, можно ожидать от власти, если ты борешься не просто за ее свержение, но за разрушение всего существующего общественного уклада?! И власть, и большинство белорусских людей воспринимают оппозицию такой, какая она действительно есть -как силу, враждебную белорусскому обществу. И вполне закономерно, что оппозиционные структуры потихоньку выдавливаются из поля законности. И совершенно неважно, какие для этого используются юридические приемы (тем более, что формальный, то есть, собственно юридический, повод для ликвидации того или иного заведения всегда найти можно, что каждый раз успешно проделывает белорусская юстиция). Главное, что этот процесс суть проявление объективного социального закона: общество избавляется от того, кто борется против общества. Этой простой истины «оппозиционеры» никак не могут себе уяснить.

Оппозиционные структуры в Беларуси уже давно лишились какой-либо позитивной социальной миссии: они не представляют никаких интересов, не выдвигают никаких программ, не ориентируются на позитивные действия. Их кредо - это борьба «ПРОТИВ», а не «за». Их единственная позитивная функция в рамках системы - канализация недовольства. И до тех пор, пока государство поддерживает относительную организационную слабость оппозиции, оппозиция как институт будет эффективно выполнять эту социальную функцию. Основное же содержание деятельности оппозиции - работа на свержение конституционного строя - автоматически, по определению, ставит оппозицию вне закона: причем, как в отношениях с властью, так и в глазах простых белорусских людей. В этом смысле в качестве объективной тенденции можно выделить следующую: оппозиция постепенно деградирует до того вида, в котором существовала оппозиция в СССР - до фиги в кармане и разговорчиков на кухне. Единственное отличие - интеллектуально она куда слабее, чем те же «шестидесятники».

В белорусских условиях нормальная, конструктивная, как принято выражаться, оппозиция возможна лишь по конкретным, отдельным вопросам жизни общества, да и то -лишь до того, как решение по этому вопросу будет принято. Как было сказано, сегодня мы находимся в ситуации, когда приходится в интересах элементарного выживания отдавать приоритет соображениям целесообразности перед соображениями формальной законности. В таких условиях - не до плюрализмов. В этом смысле возникновение подлинной оппозиции могло бы стать делом пропрезидентских партий или даже самой власти. Однако, судя по всему, те функции, которые могли бы выполнять политические партии в Беларуси (а самая важная из этих функций - кадровая), пока что успешно выполняются президентской вертикалью и БРСМ.

В отличие от любой «революционной» власти, белорусское руководство не стоит перед необходимостью срочного замещения огромного количества бюрократических работников на новых, «лояльных». Поэтому на местах остаются люди сравнительно высокого профессионального уровня. По крайней мере, профессионализм их однозначно выше того, который могли бы продемонстрировать любые новые лица у власти, даже если бы они действительно были озабочены интересами дела, а не своими личными интересами. Ну а об «оппозиционерах» и говорить не приходится. Эти люди в течение 10 лет ничем кроме «протестов» не занимались и заниматься не могут. Достоверно можно сказать, что приход ко власти таких «профессиональных революционеров» или «профессиональных борцов с режимом» будет для страны катастрофой (наглядный пример - последствия прихода к власти в Грузии Михаила Саакашвили), потому что кроме как исполнять роли в «революциях» и других подобных шоу (именно исполнять роли - организация всего спектакля находится, как правило, не в их компетенции) они больше ничего не умеют.

Возвращаясь к социальной роли «оппозиции» в Беларуси, следует сказать еще следующее. Ввиду того, что белорусская «оппозиция» в выполнении своей единственной социальной функции (канализация общественного недовольства) ориентирована сугубо на деструктивные формы работы, а не на организацию диалога с властью, постольку в стране постепенно формируются другие каналы контактов между властью и населением. В этом смысле примечательным событием было возрождение «Книг жалоб и предложений». Значительное внимание уделяется работе с обращениями граждан. Особенно велика в формировании имиджа власти и поддержке ее авторитета роль работы Администрации Президента с обращениями граждан.

Таким образом, сегодня в Беларуси действует не политическая оппозиция, а антиконституционные силы, цель которых - разрушение существующего общественного устройства. И здесь необходимо подчеркнуть следующее. Все политически активные люди делятся на три части. В первую входят, скажем так, западники - люди, более-менее имеющие представление о сути западного общественного устройства и желающие превращения Беларуси в западное общество. Во вторую входят, скажем так, почвенники - люди, более-менее имеющие представление о сути белорусского общественного устройства и желающие развития Беларуси как самобытного общества. Третью часть - самую большую - составляют люди, которые не знают ни сути западного общественного устройства, ни сути белорусского общественного устройства, которые, тем не менее, уверены, что знают суть и западного, и белорусского общественных устройств, и которые, исходя из этой уверенности, борются за то, что, как они думают, является западным или белорусским общественным устройством. Поскольку прогосударственно настроенных товарищей среди таких людей немного, постольку основная масса, составляющая эту третью часть политически активных людей - тоже как бы западники. Их можно назвать прозападными мечтателями. И эти люди - самые опасные.