Читать онлайн «Отцы тьмы, или Иезуиты просвещения». Страница 49

В своей деятельности, направленной на упрочение влияния в церкви, общественно-политической жизни и экономике капиталистических и развивающихся стран, «Опус деи» опирается на выдвинутую им в качестве краеугольного камня «теологию пенетрации», т. е. метод проникновения в различные слои населения. При этом слово «теология» носит здесь условный характер, подчеркивая лишь религиозную оболочку, под которой скрываются практические дела ордена. В отличие от иезуитов, оставшихся главными идеологами католической церкви, опусдеистов меньше всего интересуют чисто теологические вопросы. Раз и навсегда восприняв неотомизм как основу своего мировоззренческого постулата, ставшего догмой католицизма, они не утруждают себя ни сомнениями, ни стремлением разработать эту догму далее или ревизовать ее.

Буржуазным интеллигентам, а именно в этой среде, как мы знаем, орден черпает главным образом новые кадры, учение неотомистов может импонировать тем, что оно формально провозглашает права разума и науки, выступает против иррационализма и субъективизма, пытается создать целостный мировоззренческий аппарат, дающий картину вселенской действительности, и т. д. Наиболее близки, однако, опусдеистам социологические положения неотомизма, трактующие, что важнейшая причина социальных противоречий кроется в ослаблении веры, которое якобы и привело к забвению бога и росту эгоистических склонностей человека. Возврат к вере и духу христианства, к чему призывал Эскрива де Балагер, усиление роли католической церкви в политической, экономической и идеологической сферах общественной жизни — такова, по мнению «Опус деи», панацея от всех бед.

Исходя из поставленной задачи, орден прилагает максимум усилий для того, чтобы занять ключевые позиции в области экономики и политики, как можно большего числа государств. Привлекая в свои ряды технократов, «святая мафия» стремится таким образом воздействовать через них на массы трудящихся, обработать их в нужном русле. Аналогичное назначение имеют и центры, открываемые опус деистами в заводских кварталах крупных городов, а также школы для рабочих и профессиональные училища.

Во всех без исключения областях, где действует «Опус деи», она выступает с крайне правых позиций, крепко усвоив правило номер 157 из своей «Библии» — «Пути» де Балагера: «Не переделывай порядка вещей. Если Господь Бог Сам отдает Себя тебе, то к чему эта привязанность к тварям?»

Вот уж поистине, как говорится, умри, Денис, лучше не напишешь. Из сего постулата четко проглядывается, на каких установках базируются действия «крестоносцев XX века». Во всем мире наиболее прозорливые политики, писатели, журналисты, исследователи, церковные деятели осознали, что «Опус деи» далеко не та безобидная религиозная организация, за которую пытается себя выдать. В реальности, считают западные исследователи, это гигантский спрут, энергично захватывающий основные участки жизнедеятельности тех стран, куда «Божье дело» внедрилось, и держащий членов правительств, руководство целых партий, профсоюзов и крупнейшие финансовые, торговые и промышленные концерны в своих щупальцах.

Для того чтобы не быть голословными, приведем несколько примеров. Начнем ab ovo — с Испании, страны, где «Опус деи» была рождена далеко не в муках, выросла, вызрела, окрепла и откуда начала свое шествие «тихой сапой», выбирая самые извилистые дороги мировой истории. Когда в конце 60-х гг. известный американский писатель Джеймс А. Миченер путешествовал по Испании, беседуя с людьми и собирая материалы для своей книги об этой стране (эта книга под названием «Иберия» вышла затем на многих языках мира), он услышал об «Опус деи» два диаметрально противоположных мнения:

«Первое — речь идет о добровольном слиянии католиков-благотворителей, которые хотят усовершенствовать людей и тем самым общество. Второе — говоря об «Опус деи», имеют в виду представителей клерикального фашизма или же ответную реакцию католицизма на движение масонов».

В одном, однако, отмечал Миченер, все были единодушны: «Божье дело» всерьез готовилось к захвату власти в Испании. Со смертью их покровителя — каудильо Франко позиции и реноме «католиков-филантропов» несколько пошатнулись. Сразу же после падения фалангистского режима руководство ордена предприняло активные, а зачастую и довольно судорожные попытки сохранить бразды правления в руках реакционной буржуазии, а когда в стране начался процесс демократизации, опусдеисты вынуждены были затаиться и исподволь подготавливать почву для возрождения былого влияния.

В 1977 г. ордену удалось протащить в парламент Испании 60 своих представителей, а на последующих выборах увеличивать их число до 70 и более человек. В основном это члены Союза демократического центра (СДЦ), который распался в 1983 г., что не помешало «Опус деи» продвинуть собственных кандидатов в нижнюю палату кортесов — конгресс депутатов, а также члены Народного альянса (НА), объединившего правые партии неофранкистского толка. Кстати, сейчас НА кооперируется с правобуржуазной Народно-демократической партией (НДП), вобравшей в себя большинство депутатов конгресса после распада СДЦ. Не остались без «трогательной заботы» ордена и другие влиятельные политические и общественные организации, а также их лидеры.

Параллельно «Опус деи» начала внедряться в средства массовой информации. Среди шести крупнейших испанских издательских групп — «Испанская пресса», католическое издательство, группа Конде Годо, церковная группа, «Опус деи» и группа «Мундо» — организации целиком, как мы видим, принадлежит одно издательство, а еще в двух она имеет прочные связи.

Группа «Опус деи» владеет четырьмя значительными еженедельниками и компанией по распространению изданий.

Поставив под контроль многочисленные печатные органы и главное информационное агентство Испании, опусдеисты получили уникальную возможность для манипулирования общественным мнением в собственных интересах. Тенденциозный подбор фактов и их двойственная интерпретация позволяют им навязывать свою точку зрения на события внутри страны и за ее пределами, знакомить испанцев с процессами, происходящими в мире, через призму идеологических установок «Божьего дела», тщательно фильтровать и нормировать политические, экономические и культурные новости, которые доводятся до сведения населения.

«Опус деи» и принадлежащие этой организации средства массовой информации используют любой шанс для собственного возвышения, пуская в ход испытанный прием: измышления в адрес соперника. Именно подвластная ордену печать информировала Иоанна Павла II о том, что иезуиты втайне «поддерживают международный терроризм». Она же, кстати, была первой, кто сообщил о «заговоре КГБ» в связи с покушением на папу в Риме. Когда дело касается кампании по дискредитации, словесной эквилибристики и создания духовного климата, «божий полип» подкатывает вперед всю свою «артиллерию», а запасы ее у ордена достаточно велики: по всему миру он контролирует 604 печатных издания, 52 теле- и радиостанции, 38 пресс- и рекламных агентств и 12 киностудий.

«Божий полип» все глубже проникает во все поры общественной жизни Испании. Все факты, ставшие известными за последнее время, убеждают, что «святой» альянс юдоль земная привлекает куда больше, нежели царствие небесное. Возьмем хотя бы экономическую сторону деятельности «Опус деи». Несмотря на то что она всегда отрицала таковую, скандалы, один за другим разразившиеся в первой половине 80-х гг., пролили свет на подоплеку многих событий.

На деле эта всесильная организация давно внедрилась в экономику многих стран, и все ее предприятия разворачиваются под прикрытием различных вывесок, призванных замаскировать подлинного хозяина. В уже упоминавшейся нами разоблачительной книге Джанкарло Рокка приводятся документы, которые неопровержимо доказывают, что не только сами концерны, но и компании-филиалы, включая банки, находятся под жестоким контролем иерархии «Опус деи», а ее администраторы и менеджеры обязаны бывать на контролируемых ею предприятиях по крайней мере раз в пять лет.

В 1983 г. всю Испанию потряс крах концерна «Румаса», который в конечном счете был национализирован правительством Филиппе Гонсалеса. Как писал итальянский журнал «Эспрессо» в мае 1986 г., это было грандиозное банкротство, выразившееся суммой в 3—4 трлн. итальянских лир, поскольку концерн являлся восьмой финансовой компанией по величине вкладов, настоящей державой, акционерным обществом с участием десятков банков и сотен компаний. Всего в его орбиту входило более трехсот фирм, из которых 19 — финансовые учреждения.

Мы бы не стали упоминать об очередной гигантской спекулятивной авантюре, которым в западном «свободном предпринимательстве» несть числа, если бы не одно обстоятельство: его глава Хосе Мария Руис Матеос, беспринципный и до поры до времени удачливый банкир состоит в «Опус деи» в качестве супернумерария, и не просто состоит, а считается (или, вернее, считался до своего банкротства) близким другом Альваро дель Портильо. Концерн лопнул, и супернумерарий бросился в поисках спасательного круга к родной организации, но после того, как «Румаса» был должным образом выжат до основания, он стал слишком опасным для «Опус деи». От него и от его незадачливого руководителя поспешили избавиться.