Читать онлайн «Подъем и падение Запада». Страница 90

Религиозный «салат» привел к тому, что в 1992 г. все церковные церемонии при окончании средней школы были отменены. В 2000 г. запрещены молебны в средних школах при помощи громкоговорителей, особенно в случае спортивных состязаний. Рождественские хоралы и празднование Пасхи ушли в прошлое. Конгресс не осмеливается противостоять судам в их наступлении на традиционные догмы.

При всем этом секуляризм вызвал во второй половине XX в. мощное противодействие.

Вся история Соединенных Штатов — это сплошная битва между либеральным секуляризмом и консервативным фундаментализмом евангелистов. Те и другие знали моменты триумфа и периоды ослабления. Идеологи евангелизма–фундаментализма ведут свою разновидность воинственного христианства от голландского теолога шестнадцатого века, носителя «мягкого кальвинизма» — теолога Якоба Арминиуса, от работ таких английских евангелистов, как Джон Уэсли, от традиций религиозного подъема в США в XIX в.

Фундаменталисты–евангелисты восприняли божественный текст как заглавный для государственных учреждений; они ссылаются на традиции отцов–основателей, на то положение, что вся политическая система Соединенных Штатов покоится на основании иудео–христианских ценностей, на Библии. Не население некой части континента, а совокупность людей, разделяющих одинаковые ценности, являет собой (подчеркивают евангелисты) американскую нацию. Л ишь общая идентичность и общий проект будущего сохранят целостность страны и гарантируют ее уникальное лидирующее положение.

В 1859 г. Чарльз Дарвин опубликовал «Происхождение видов». В следующем году труд Дарвина был опубликован в Соединенных Штатах, подрывая библейское описание процесса сотворения мира. Никто в мире не схватился с дарвинизмом с такой яростью, как американские евангелисты–фундаменталисты. Мир стал критически изучать Библию, а американцы подверстали к ней все достижения современной науки. Среди ученых битву с Дарвиным возглавил профессор Гарвардского университета Луис Агассиз[516]. Именно тогда евангелисты–фундаменталисты призвали верующих покинуть те церкви, которые показали склонность к секуляризму и плюрализму в культуре.

На горизонте снова показался евангелический фундаментализм, который уже казался многим похороненным в американской истории, где якобы уже воцарился легальный секуляризм. Наиболее активным борцом с секуляризмом стала Национальная ассоциация реформ, которая потребовала так называемой «христианской» поправки к преамбуле американской Конституции, которая утверждала бы авторитет христианского Бога и Священного Писания как основополагающих основ американской нации. Ассоциация была создана в 1864 г.: было очевидно стремление воспользоваться смятением Гражданской войны и перехватить инициативу в руки евангелистов–фундаменталистов, пока секуляризм не пришел в себя (он создал в пику фундаменталистской ассоциации Национальную либеральную лигу).

«Объять верным пониманием» ошибающийся мир американские фундаменталисты решили задолго до президента Буша–мл. «Собственно фундаменталистское движение возжелало вторжение в весь громадный внешний мир», — пишет известный американский политолог Уолтер Рассел Мид о периоде полуторастолетней давности. В 1863 г. фундаменталисты перевели и напечатали миллион Библий на арабском языке и основали в столице Оттоманской империи — Стамбуле первый американский университет за пределами США (ныне Босфорский университет), стоящий в самом узком месте Босфора.

Съезд Национальной ассоциации реформ в Цинцинатти (1872) потребовал формального, конституционного признания христианства, определения его как «единственно верной дороги»[517]. Этот съезд потребовал упоминания Бога в Конституции, как это имеет место в Декларации независимости. Библия для школы и мораль для нации — так фундаментализм в последние десятилетия XX и особенно в начале XXI в. вышел вперед в национальном самосознании американцев. Особенно упорны были американские фундаменталисты в Китае, где еще один миллион Библий был переведен на китайский язык. У американских евангелистов–фундаменталистов XIX в. сложилось особое представление о роли США в мире.

Первый шанс простереть длань над всем миром появился у Соединенных Штатов в ходе Первой мировой войны, когда президент Вудро Вильсон (сын пастора и сам глубоко верующий протестант) задумал организовать весь мир по плану, корреспондирующему с «Божьим замыслом».

Прежде чем охватить весь мир, собственно периферийное движение возобладало в университетах и в государственных учреждениях. Предпосылкой было создание в 1918 г. в Филадельфии Всемирной христианской фундаменталистской организации. Финансировали предприятие два брата — христианских филантропа — Лайман и Мильтон Стюарты. Во главе новой волны фундаментализма в самом конце XIX в. встал ведущий деятель демократической партии (трижды выдвинутый ею в президенты) — Уильям Дженнингс Брайан, талантливо связавший религиозный фундаментализм с политическим популизмом, эффективно призвавшим противопоставить единство верующих современной ереси. Брайан многим памятен процессами против учения Дарвина. Лидер фундаменталистов проиграл эти процессы (1925), но выиграл более важную битву — он сумел ослабить позиции секуляристов на американской политической арене.

Сенат обрушил в 1919 г. вильсоновскую фундаментальную идею Лиги наций, уводя американский протестантизм с мировых горизонтов на построение «Храма на холме» в пределах собственно американского государства. (Секулярный изоляционизм господствовал в Соединенных Штатах до 1945 г.).

Протестантский фундаментализм обрел исключительную силу с приходом в Белый дом Гарри Трумэна — своеобразного воплощения протестантской воли, при котором фундаменталисты особенно упорно верили в «фундаментальные ценности» протестантской веры, такие как буквальное следование истинам священной Библии. Верховная судебная власть — Верховный суд США вынес в 1952 г. безапелляционный вердикт (хотя и умолчал о собственно христианстве): «Мы — религиозная нация, чьи государственные институты предполагают существование Высшего Существа». Под давлением фундаменталистов американский-Конгресс в 1956 г. сделал национальным лозунгом «В Бога мы верим».

Спор между теми в Америке, кто безоговорочно согласен с этим суждением, и теми, кто оспаривает его, — сердцевина национального раскола страны, антагонисты в котором яростно отстаивают свои позиции. Совсем недавно — в 2003 г. — Верховный судья штата Алабама Рой Мур воздвиг во дворе Верховного суда штата стеллу, весящую две с половиной тонны, на которой высечены Десять заповедей, символизируя связь политической системы США с Божьим провидением. Страна и ее политическая система по этому поводу раскололись надвое.

Спор идет не о том, чей бог прав, а по вопросу роли веры в американской системе управления. Проблемы однополых браков, использования стволовых клеток, абортов, эвтаназии, смертной казни, по мнению одной половины американцев, должны решаться мнением правительственной системы, а по мнению другой части американцев — без участия юридически–силовой структуры государства. Являются ли слова «по воле Бога» в государственной официальной клятве признанием религии как основы государства?

Тут же встает вопрос: следует ли государству финансовыми средствами помогать религиозным школам? Это вопрос исключительной важности, от его решения зависит целостность американского государства, готовность или неготовность Соединенных Штатов сплоченно проводить устойчивый политический курс в мире. Ведь речь, что ни говори, идет о взаимоисключающих подходах.

Только к концу века, в 1980‑е гг., довольно неожиданно для многих секуляристы начали терять свое влияние в стране. Почему? Либеральный секуляризм стал терять привлекательные либеральные ценности, начиная со свободы. Окончание «холодной войны» ликвидировало даже словесное основание ярых приверженцев «Билля о правах». Как защитники гражданских прав и как охранители окружающей среды, секуляристы оказались активистами внутри западного мира, но не в громадном большинстве бедного мира. Секуляристы, прежде усиливавшие влияние благодаря растущим связям с католиками и иудеями, теперь начали противоположный процесс ввиду заметного отчуждения по вопросам гомосексуализма, абортов и других краеугольных камней схватки с поздними носителями пуританизма.

Число верующих в «либеральных» деноминациях стало уменьшаться едва ли не на глазах. Либеральный протестантизм (довольно неожиданно — после того как он победил в «холодной войне»!) уступил место консервативному крылу как протестантизма (первая по массовости в США конфессия) и фундаменталистов–католиков (вторая по численности американская конфессия). Вперед вышли такие организации, как «Моральное большинство» и «Христианская коалиция», у которых обнаружился новый взгляд на взаимоотношения церкви и государства — и новый идеал моральных ценностей, базирующихся на моральных основах. Евангелисты достаточно отчетливо поняли, что финансирование государством отдельных конфессий «может генерировать раздоры, может взорвать национальное единство»[518]. Телеаудитория евангелистского проповедника Билли Греэма стала составлять десятки миллионов верующих.