Читать онлайн «Франция в поисках внешнеполитических ориентиров в постбиполярном мире». Страница 75

мировых войн. Когда в разгар боснийского кризиса сербы осаждали Сребреницу, генерал Жанвье, командовавший силами ООН, отказался поднять в воздух самолёты, чтобы остановить сербское наступление и

спасти город: см.: Известия, 9 декабря 2001.

320

африканцев и остального мира. Развивая мысль японского дипломата, П.Бонифас пишет: «Те, кто в связи с Косово провозгласили наступление

нового международного порядка, в котором прогресс прав человека заставит

отступить абсолютную власть государственного суверенитета, или слишком

наивны, или излишне циничны. Дело в том, что эти принципы применимы

только к Европе, да и то если страна, их нарушающая, не обладает ядерным

оружием»268. Вмешательство Франции и НАТО в целом в косовский

конфликт, если даже оно происходило во имя защиты прав меньшинств и

именно поэтому, поставило перед французским общественным мнением

проблему морали в международных отношениях269. Операция НАТО была

призвана помешать в Косово сербскому меньшинству преследовать албанское

большинство. Но, решив эту задачу, западные демократии не были столь же

последовательны в защите прав сербов и цыган, силой вытесненных из Косово

албанцами, вернувшимися вместе с европейцами-победителями. В газете

«Монд» в августе 1999 г. были опубликованы две статьи. В одной из них: «Фашизм в Косово. Позор албанцев», косовский журналист осуждал своих

соплеменников за то, что для вытеснения сербов они используют те же

методы, что применяли против них сербские власти270. В другой статье

французский журналист Ф.Ребафер считал, что истребление сербов в Косово

можно понять, пока белградская верхушка, в своё время санкционировавшая

репрессии против албанцев, не предстала перед судом271. Спор по поводу

двойных стандартов в защите Францией прав человека на международной

арене приобрёл особую остроту в связи с началом новой чеченской кампании

в России, в августе 1999 г. Намёк на то, что Франция предпочитает

воздерживаться от права вмешательства, если речь идёт о ядерной державе, прямо указывал на Россию. Разница в отношении к Чеченской войне и к

268 Boniface P. Оp.cit. Р. 67.

269 Boniface P. , Garapon A. Morale et relations internationales // RI et S. - N 35.

270 Surroi V. Fassisme au Kosovo. La honte des Albanais // Le Monde. - 1999. - 12 aout.

271 Rebafert Ph. Rendre justice au peuple Kosovar // Le Mondе. – 1999. - 31 aout.

321

происходящему в Косово состоит в том, что у большинства трибунов

французского общественного мнения не только методы, но и мотивы России

не вызывают сочувствия, также как не вызывали их сочувствия интересы

сербских косоваров, пока их мог защитить Белград. Критерий разделения

один. За интересами русских в Чечне стоит репрессивный аппарат

государства, и он должен был защищать их силами правопорядка, а не

военным путём. Косовские сербы, вследствие натовского вмешательства, были лишены государственной поддержки, отчего отношение к ним с тех пор

тоже может измениться: из обидчиков они превращаются в жертвы 272.

Главная проблема политики гуманитарного вмешательства, проводимой

Ж.Шираком, по-прежнему состоит в том, что, несмотря на великодушные

заявления о «пространстве солидарности» Франции, которое простирается за

пределы Европы, реальные политические и экономические усилия её на этих

пространствах отстают от масштабов провозглашённых задач и от

потребностей и ожиданий народов, нуждающихся в помощи развитых стран.

Поэтому Франция неустанно призывает к многосторонним усилиям в этом

направлении и к увеличению участия развитых стран в проблемных регионах

и экономиках, к выработке широкой программы международного сообщества, с самым широким кругом участников.

4.“Пространство солидарности”: новая политика содействия

развитию

а. Франция и страны Средиземноморья

В 1995 г. французский премьер-министр А.Жюппе заявил, что два

региона представляют для Франции «предпочтительную ценность». Это

Средиземноморье и Африка273. С этими регионами Франция считает себя

связанной традиционными узами, которые являются следствием

272 Подробнее см. ниже: Глава 6.

273 Juppй A. Quelle politique йtrangиre… Ibid. P.255.

322

колониального прошлого. Поэтому от Франции требуется особая

деликатность, чтобы, пытаясь покровительствовать и помогать странам

региона, не быть заподозренной в неоколониализме. Это обстоятельство

определяет двойственность отношений между разными берегами

Средиземного моря. Груз колониальных отношений и сравнительная

ограниченность финансовых потоков, которые Франция может направить на

помощь развитию стран региона, могут быть компенсированы благодаря

привлечению к средиземноморскому сотрудничеству средств и институтов

ЕС.

В Средиземноморье разрыв Франции с имперским прошлым

знаменовался двумя событиями: Суэцким кризисом 1956 г. и деколонизацией

Алжира в 1962 г. В обоих случаях Франция должна была ретироваться под

давлением арабского национально-освободительного движения и мирового

сообщества, осудившего колониализм. Оба события положили конец англо-

французскому господству в регионе, который стал полем битвы за влияние

между СССР и США, особенно на Ближнем Востоке. Уже тогда в недрах

арабского национально-освободительного движения зрели ростки

мусульманского фундаментализма274. Франция покончила с колониальным

прошлым, переориентировав свою политику величия на европейское

строительство и независимость от США, которая утверждалась благодаря

собственному ядерному оружию и выходу из военной организации НАТО. Ей

удалось также спешно эвакуировать около миллиона европейцев, составлявших французскую диаспору в Алжире. Но, парадоксальным

образом, колониальный шлейф не оборвался благодаря массовому бегству

французов из бывшего заморского департамента. Конец империи дал

рождение ещё более массовой иммиграции выходцев из стран Магриба и с

Ближнего Востока во Францию. Эта иммиграция вначале рассматривалась как

274 Об этом предупреждали Москву французские коммунисты в конце 50-х годов, советуя советским

товарищам осторожнее относиться к Фронту национального освобождения Алжира. См. подробнее: Обичкина

Е.О. Советское руководство и война в Алжире // Новая и новейшая история. – 2000. - №1.

323

временное явление во Франции, испытывавшей недостаток рабочих рук в

годы послевоенного промышленного подъёма. Однако выходцы с других

берегов Средиземного моря укоренились в бывшей метрополии и создали

внутри французского общества мощную мусульманскую идентичность, которая превратилась в важный фактор внутриполитического и социального

развития. Последнее обстоятельство самым серьёзным образом влияет на

выработку внешнеполитической линии в отношении мусульманского востока

и в ближневосточном конфликте. С одной стороны, Франция стремится

поддерживать интенсивные двусторонние отношения со странами Магриба, с

другой стороны, память о Суэцком конфликте не позволяет ей стать в глазах

арабских государств желанным арбитром в ближневосточном

урегулировании. В то же время, экономическая помощь и влияние на

соотечественников, живущих во Франции, определяют заинтересованность

стран восточного и южного Средиземноморья в связях с Парижем.

В свою очередь, Франция не желает ни предоставить страны региона

самим себе, ни допустить в них безраздельного влияния США, привлечённых его нефтяными богатствами. После окончания холодной

войны начался новый этап в отношениях между Францией и её

средиземноморскими соседями. Фактор американо-советского

соперничества в регионе стушевался, зато влияние США возросло там

беспрецедентно. В то же время, рост радикального исламизма в Алжире и

Египте добавил к проблемам иммиграции проблему коллективной

безопасности и внутренней стабильности стран Средиземноморья. Ещё в

1986 г., после серии террористических акций исламистов во Франции был

введён визовый режим для выходцев из этих стран, который после

заключения Шенгенских соглашений распространился на всю европейскую

зону их действия. Французские политики полагают, что

средиземноморские общества в большинстве своём вступили в

продолжительную фазу нестабильности, что мусульманско-арабский мир

324