Читать онлайн «Франция в поисках внешнеполитических ориентиров в постбиполярном мире». Страница 64

позволить мириться с их нарушением. Вербальный фон французской

дипломатии полон ссылками на права человека и призывами к защите

правового государства и демократии. Франция является одной из немногих

стран, ратифицировавших статус международного трибунала по правам

человека, утверждённый на Конференции ООН в Риме в 1998 г.

Французская геополитика основана на идее многополюсного мира. С

окончанием холодной войны ушло в прошлое биполярное деление мира, экономический прогресс новых индустриальных стран Азии больше не

позволяет говорить о промышленной гегемонии Запада, но в мире сохраняется

дисбаланс, не устраивающий Францию: это глобальное политическое

лидерство США. Претендуя на глобальное присутствие, Франция особенно

дорожит влиянием в «ближних» географических сферах. Помимо Европы, с

которой она себя отождествляет, стремясь сделать ЕС полюсом силы, эти

сферы включают бывшие з«аповедные владения» Франции -

Средиземноморье и Африку. Снижение авторитета Франции в этих регионах

является постоянным предметом для беспокойства. Излишне говорить, что

там французские позиции страдают от натиска американцев.

167 Raymond J.-F. L’actiоn culturelle extйrieure de la France. P.: La Documentation Franзaise, 2000.

275

Американский фактор постоянно присутствует в размышлениях о

глобальной роли Франции, поскольку внешнеполитическое могущество

является категорией относительной. Оно может утвердиться только в

соотношении с мощью и влиянием других государств, и благодаря признанию

других государств, среди которых на первом и недосягаемом месте оказались

США. Их первенство утверждалось и находило себе подтверждение в ходе

международных кризисов 90-х годов, в то время как сами США признавали за

Францией роль великой державы только до 1940 г., т.е. до её поспешной

капитуляции перед Гитлером.

2.Франция – США: две модели мира

а. Проблема американского лидерства в свете войны в Персидском

заливе

Борьба против американских претензий на мировую гегемонию является

одной из традиций и важным слагаемым независимого внешнеполитического

курса Франции, основы которого были заложены де Голлем. Но со второй

половины 70-х годов процессы глобализации и политической и

экономической интеграции стран Запада приводят к усилению солидарности

Франции с развитыми индустриальными демократиями. В годы первого

септената Миттерана, совпавшие с очередным пиком холодной войны, солидарность с США, особенно в вопросах безопасности, питалась

антисоветизмом французского президента. В свою очередь, США, которые

всегда критиковали проект создания французских ядерных сил, смирились с

их существованием как с данностью. Были преодолены и франко-

американские разногласия в арабо-израильском конфликте168. Франция и

168 Прежде французские руководители противопоставляли американским схемам ближневосточного

урегулирования свои предложения, которые были ближе к требованиям арабоских государств и учмтывали

права палестинцев. Теперь Франция признала необходимость гарантий безопасности Израиля, на чём

постоянно настаивали США.

276

США совместно разработали программу борьбы с терроризмом. Франция

присоединилась к Договору о нераспространении ядерного оружия после 35

лет упорного нежелания в него вступать, а это означало отказ в будущем от

поставок ядерных продуктов и технологий странам-изгоям, в первую очередь, Ираку.

Правда, спорные моменты между Францией и США остались: они

касались взаимоотношений Франции и НАТО, что порождало у американцев

постоянные сомнения в лояльности Франции к этой организации. Несмотря

на изменения в расстановке сил в Европе и мире, Ф.Миттеран, оставаясь в

рамках голлистской дипломатии, продолжал направлять её в русло политики

державы с мировой ответственностью. Выше было отмечено значение участия

в урегулировании международных кризисов с точки зрения французской

«дипломатии престижа». Первым серьёзным испытанием этих амбиций после

окончания холодной войны стала война в Персидском заливе.

Вторжение Ирака в Кувейт 2 августа 1990 г. поставило французскую

дипломатию в сложное положение. С одной стороны, постоянное членство в

Совете Безопасности ООН и атлантическая солидарность диктовали

необходимость совместного отпора агрессору, а жёсткая позиция США не

оставляла возможности поисков компромисса и умиротворения. С другой

стороны, будущее независимой политики Франции на Ближнем и Среднем

Востоке, прежде не совпадавшей с американскими приоритетами, ставилось

под сомнение присоединением к коалиции, вдохновителем, организатором и

доминирующей силой в которой являлись США.

С сентября 1990 г. Ф.Миттеран заявлял о том, что Франция не может

поступиться принципами международного права и устраниться от мировой

ответственности вплоть до отпора агрессору военными средствами. В

ближайшем окружении президента эта позиция разделялась далеко не всеми.

Министр обороны Ж.-П.Шевенман предупреждал о последствиях

присоединения к антииракской коалиции под руководством США и подал в

277

отставку после начала военных действий в январе 1991 г. Для общественности

главным мотивом этой отставки стали пацифистские убеждения бывшего

министра обороны. Что касается Миттерана, он объяснял своё решение

принять участие в военной операции против Ирака тем, что, оставаясь в

стороне, Франция неизбежно лишилась бы какой-либо роли в будущем

урегулировании кризисов в этом районе169. Решение Франции состояло в том, чтобы присутствовать вместе с американскими союзниками в разрешении

кризиса, насколько это позволяют средства, но дипломатически

дистанцироваться от жёсткого курса США. Вплоть до истечения срока

американского ультиматума Ираку, Франция считала, что следует пытаться

избежать открытого военного столкновения. В своей речи в ООН 24 сентября

1990 г.Ф.Миттеран призвал Ирак объявить о намерении вывести войска из

Кувейта. Франция оспаривала целесообразность военной операции на

территории Ирака и отправила эмиссаров в арабские государства региона с

предложением созвать международную конференцию по урегулированию

арабо-израильского конфликта. Это вызвало неудовольствие США.

Инициатива, выдвинутая Францией в разгар Иракского кризиса, была

расценена американцами, как попытка отвлечь внимание мирового

сообщества от Ирака и Кувейта, увязав арабо-израильский и иракский

вопросы170. Подозрительность американцев была связана и с тем, что они не

могли забыть отказа Франции пропустить через своё воздушное пространство

их самолёты, направлявшиеся бомбить Ливию, хотя с того времени прошло 9

лет.

Несмотря на то, что после начала «Бури в пустыне» участие Франции в

военных операциях под руководством Пентагона было полным и

безусловным171, дивиденды от этого участия были минимальными. Оно не

169 Об этом пишет журналист и писатель П. де ля Горс: De la Gorce P. Une politique йtrangиre faite de contradictions // Le Temoignage chretien. - 1996. – 12 janvier.

170 Об этом пишет посол Франции в США (1989-1995): Adrйani J. Les relations franco-amйricaines // PE . – 1995.

– N4. P.891.

171 Франция направила для участия в военных операциях против Ирака 15 000 человек.

278

обеспечило Парижу политической роли в урегулировании конфликта. В то же

время, Франция отказалась от самостоятельного диалога с Ираком, с которым

её связывал ряд перспективных экономических проектов. По завершении

операции США стали рассматривать Ближний и Средний Восток как сферу

своих интересов. После победы над Ираком Вашингтон активно продвигал

идею установления прочного мира на Ближнем Востоке. В течение двух лет, начиная с Мадридской конференции и заканчивая Осло, при посредничестве

США и, формально, СССР (потом России) произошли важные сдвиги в

решении арабо-израильских проблем. Французская дипломатия, ратовавшая за

палестино-израильский диалог, была оттеснена на второй план, хотя Франция

играла в становлении этого диалога не последнюю роль, настойчиво защищая

права палестинцев на политическую самостоятельность в обмен на признание

ими Израиля и гарантии его безопасности. Не следует забывать, что ещё 2 мая