Читать онлайн ««Крещение огнем». Том I: «Вторжение из будущего»». Страница 97

Вот он, важнейший урок гитлеровских блицкригов. Кадры! Кадры из энергичных, умных и отважных людей решают все. Сможешь их найти и выдвинуть — и получишь все. Победы в операциях, напоминающих сначала план самоубийства. Завоевания целых стран, похожие на детектив пополам с триллером. Чудо-технику. Головокружительные открытия. Вот что нам надо уяснить в самую первую очередь! Вот он, ключ к победе в войнах наступившего века.

И еще одно наблюдение. Дело — еще и в личности вождя, обладающего особыми психологическими качествами: вести за собой, заражать окружающих энергией и верой, расковывать их воображение. Хватит изображать врагов наших отцов и дедов недалекими недоумками, как это делал Ромм в «Обыкновенном фашизме» или Мельников-Черная в своих опусах о гитлеризме! Я понимаю: их еврейская кровь иного не позволяла. Трудно спокойно рассуждать над проблемой людей, поставивших целью полностью изничтожить твой народ. Но мы-то должны уяснить: русским в 1941-1945 годах пришлось иметь дело с выдающимися гениями зла, с великими полководцами, с пришельцами из «эры хаоса и катастроф». И не рассказывайте нам сказочки о тупом ефрейторе и погромщиках-питекантропах у власти в Третьем рейхе. Мы столкнулись с теми, кто смог опередить свое время на полвека, а то и больше.

Теперь я знаю, что Гитлер выступал психогенератором для целой страны. Недалекие его критики смеются над ночными беседами немецкого вождя. Мол, каков сумасшедший: собирал вокруг себя несчастных генералов, министров и машинисток, часами говоря на всякие темы. От проблем культуры и немецкой истории до перспектив новейших вооружений, от музыки до внутренней политики США. Мол, что с шизанутого возьмешь? Но я-то знаю: тем самым Гитлер приводил в возбуждение свои огромные психические ресурсы, рисовал образы будущего мира, излагал свою философию, заставляя элиту страны работать в унисон его фантазии. Ну, а кто этого не понял — мои сожаления.

Теперь понятны и причины наших тяжелых потерь в войне с немцами. Нет, я не буду повторять злобные вопли о тиране и азиате Сталине, который всю страну загнал в железные тиски бюрократической системы. Не стану повторять истории о том, как командиры боялись проявлять инициативу, предпочитая класть солдат тысячами «у безымянной высоты», лишь бы не прогневить начальство. На все есть свои причины. Сталину пришлось собирать страну на пепелище, на остатках распавшегося, взорвавшегося изнутри общества царской России. Еще вчера люди в стране ожесточенно грабили, резали и расстреливали друг друга. Потом Сталину пришлось жестокими методами проводить индустриализацию разоренной страны, дабы она не стала жертвой высокоразвитых агрессоров. (Без ускоренной индустриализации мы просто гибли в столкновении с немцами, а индустриализацию в тех условиях было невозможно совершить без не менее жесткой коллективизации-раскрестьянивания. Во всем мире раскрестьянивание ради строительства промышленности занимало десятилетия и даже века, как в Англии. У нас его пришлось проводить в несколько лет). И после этого общество было крайне нестабильным. Удержать его можно было только с помощью бюрократии. И это — наша беда, а не вина. Столкнувшись с хаотически-предпринимательской гитлеровской системой, регулярно-бюрократическая машина СССР понесла тяжелые потери.

И все же она не рухнула, как рухнули западные общества, едва только Гитлер нанес по ним удар. Только водные преграды спасли англичан и американцев от участи Франции и прочих европейских стран.

Я вижу еще одно объяснение удручающе высоких потерь Сталина. Вы когда-нибудь пробовали сравнить сталинских полководцев и сталинских же командиров промышленности? Мне всегда казалось, будто они происходят из разных не то, что стран, а миров.

Итак, промышленники (Косыгин, Ванников, Устинов, Малышев, Берия со своими сподвижниками) продемонстрировали чудеса предприимчивости, сумев наладить работу на эвакуированных во чисто поле предприятиях, по максимуму используя отпущенные (и ограниченные!) ресурсы.

А вот генералы и маршалы: получив от промышленности больше всех в мире танков, снарядов, орудий, они не смогли это использовать с наивысшей эффективностью. Олицетворением генералитета стал Жуков — мастер лобовых атак и массовых жертвоприношений. (Я не о всех командирах говорю, но, увы, жукоподобных было слишком много). Почему? Мне кажется, прав публицист Мухин: Сталин в предвоенные годы занимался экономикой и созданием мощной индустрии, армию перепоручив самим генералам. В индустрии было ясно видно, на что способны люди. Здесь наш лидер смог найти и выдвинуть вперед дельные кадры. В экономике успешность менеджеров хорошо проверялась реальными свершениями, введенными в строй заводами, выпуском продукции.

А вот с армией дело обстояло не так просто. По большому счету, войн не было. Конфликты на КВЖД (1929), на Хасане (1938) и Халхин-Голе (1939) были слишком скоротечны. Хотя благодаря Хасану и удалось вскрыть ничтожество Блюхера, их было слишком мало, чтобы увидеть истинное качество нашего генералитета до второй половины тридцатых. Не могли вскрыть истинного положения дел с командирами и стычки с басмачами. Армия могла скрываться за внешней показухой. Что она и делала. Вот отчего у нас к началу войны были лыжные батальоны, где бойцы не умели ходить на лыжах, и горнострелковые части, где солдаты понятия не имели об альпинизме и войне в горах. И отбор в армии шел совсем не по боевым качествам, а по умению угодить начальству, пустить пыль в глаза, «покрасить бордюры». А почему высший командный состав «ленинского разлива» не стал таким же изобретательным и предприимчивым, как немецкий, мы уже говорили.

Вот и пришлось заплатить за все это кровью. И учиться воевать в ходе Великой Отечественной.

«...Ни одна из нацистских школ не смогла вызвать чувства столь крепкой привязанности со стороны воспитанников, как это удалось «имперской школе НСДАП Фельдабинг» на озере Штарнбергер. И сегодня, полвека спустя после последнего занятия, бывшие «фельдафинги», как они себя называют, с ностальгией вспоминают об учебе в стенах школы. Ни одно другое учебное заведение в рейхе не могло похвастать таким обеспечением и возможностями. Лозунг «Тот, кто хочет заманить, должен предложить нечто заманчивое» в Фельдабинге воплотили в жизнь. Воспитанники обучались игре в гольф на лучших газонах Германии. Они осваивали парусный спорт на новеньких олимпийских яхтах на Штарнбергском озере. Для занятий мотоспортом всегда стояли наготове 25 мотоциклов. Условия проживания были на самом высоком уровне. Более 40 роскошных особняков на берегу озера находились в распоряжении учащихся. Многие из них в недавнем прошлом принадлежали богатым еврейским семьям. Мартин Борман-младший, сын могущественного вельможи «третьего рейха» и бывший воспитанник школы в Фельдабинге, рассказал, что после бойкота еврейскому бизнесу, объявленного 1 апреля 1933 года, эти виллы были выкуплены у их владельцев или достались бесплатно...

У будущих повелителей не должно быть недостатка ни в чем. Режим не жалел денег на образование нового поколения вождей. ...Спортивная подготовка предусматривала занятия парусным делом, фехтованием, велогонками, планеризмом, конной выездкой, а для старших классов — вождением автомобиля и мотоцикла с последующим получением прав. Форменная одежда учащихся укрепляла в них чувство своей избранности...» — написал Гвидо Кнопп в книге «Дети Гитлера»[18].

В той школе воспитанники становились отличными лыжниками и мастерами полетов на планере. Они ездили в Альпы и на море...

Знаешь, читатель, было у немцев еще кое-что, помимо глобального спецназа и роботблица, что могло бы раскрыться и потрясти весь мир. Система подготовки новой элиты. Немцы не успели «десантировать» ее в реальность. Большинство воспитанников их элитных школ пошло в бой с фаустпатронами в руках тяжелой весной 1945 года. А если бы успели, то мир увидел бы психотриллеры уже совершенно иного уровня. Во главе Германии должны были стать дерзкие, смелые и умные люди. Да, наши враги — но какие! Именно они могли бы составлять немыслимые комбинаторные схемы войн, на всю катушку используя возможности нового оружия. Уж эти-то не проворонили бы технические новинки своего времени.

Немцы поняли главное — без качественной элиты страна бессильна. Ей не помогут ни сильная армия, ни богатейшие арсеналы, ни деньги. И войны выигрываются прежде всего людьми. Тот, кто отважен, предан своей родине и интеллектуально развит, сможет многое. Если война — то использует любой шанс для борьбы, не побоится ничего и выжмет максимум даже из устаревшего оружия. Грубо говоря, сможет сочетать те возможности, что дают спецназ и ракеты. Если мир (хотя бы и относительный) — то поведет умелую дипломатическую игру, сможет использовать малейшую возможность для экономического развития страны, кожей, шестым чувством почует любую угрозу национальной безопасности. А если во главе страны, ее армии, спецслужб и корпораций оказались ничтожества — то не поможет ничего.